Анна Шнайдер – След паука. Часть первая (СИ) (страница 36)

Теперь Тайра поняла, вспомнила, откуда взялся этот пёс. Когда она упала в обморок, то на несколько мгновений очутилась в собственном прошлом, которое показалось ей ярким, слепящим глаза, ведь тогда она ещё умела видеть. Тайра различила свои руки, совсем детские, стол, покрытый кружевной скатертью с вышитыми на ней ромашками – за таким столом они с отцом сидели в далёком южном городке, когда Тайре было около восьми лет.

На столе лежали газеты. Маленькая девочка, которой она когда-то была, листала их в поисках чего-нибудь интересного, и замерла, увидев небольшую заметку под заголовком «Ещё раз о собачьей верности». Под заметкой помещались два магпортрета. На одном был молодой мужчина в форме дознавателя в обнимку с белым длинноногим псом, на другом – тот же мужчина со следами ожога на лице и повязкой на глазу.

В заметке без упоминания имён рассказывалось о том, как этот пёс спас хозяину жизнь, бросившись на человека, который хотел убить дознавателя. Пёс погиб, но хозяин отделался лишь потерянным глазом.

«Бедные», – прошептала маленькая Тайра и погладила портреты.

Больше она ничего не увидела, сразу после этого пришла в себя. Но теперь девушка хотя бы понимала, что пёс не был придуман. Непонятным оставалось другое – видел ли дознаватель те же сны, что и она? И если видел, почему он её не помнит? И почему не становится мужчиной во сне?

Тайра закусила губу и покачала головой, плотнее укутываясь в одеяло. Нет, то, что она взяла образ пса из газеты, а не из собственной головы, ничего не значит. Не значит, что он живой человек, а не её фантазия.

– А запах? – прошептала девушка, утыкаясь лбом в подушку. – Ты ведь не могла почувствовать тогда его запах. А он одинаковый – и во сне, и в жизни. Разве так может быть?

Она не знала. И спрашивать об этом у отца не собиралась, боясь, что он может разрушить её хрупкую надежду на… на что?

Тайра не представляла. Она лишь вспоминала, как этот мужчина целовал её запястья, крепко, страстно сжимая бёдра и тяжело дыша, и ей сразу становилось жарко и сладко. И внизу живота тянуло, но не так, как раньше, когда её обжигали похотливыми взглядами другие мужчины – нет, иначе. Совсем-совсем иначе.

Интересно, зачем он приехал сюда, в Тиль? И надо ли рассказывать отцу о внешности, скрытой амулетом?..

О том, что следует рассказывать отцу, а что не следует, Тайра размышляла всё утро, но так и не пришла к однозначному мнению. С одной стороны, Моргану хорошо бы знать, что новый дознаватель скрывает собственную внешность, а с другой…

Ну, скрывает. Но это ведь не преступление, иллюзорные амулеты разрешены. Да и что с того? Скрывать можно и прыщ на носу, и шрам от заклинания, который хирурги убрать не в состоянии. Пятнадцать лет прошло с той заметки, и неизвестно, что за это время происходило в жизни дознавателя. Может, у него лицо всё в магических ожогах?

«Нет», – подумала Тайра и поморщилась. Она чувствовала, что это не так. И понимала, что просто пытается найти причину, дабы не рассказывать отцу об увиденном. Даже без упоминания пса, снившегося ей столько лет, было неловко. Неловко, что она выдаст Моргану чужую тайну, которая, возможно, и не стоит того, чтобы её выдавали.

«Сначала присмотрюсь сама, – решила Тайра в конце концов, – а потом определюсь, что и кому говорить. Спешить не буду».

И когда девушка об этом подумала, в их калитку позвонили.

***

Подходя к дому Ридов, Гектор немного волновался. Честно говоря, он давно не волновался в подобных ситуациях. Операцию на День Альганны, когда его высочество Аарон чуть не убил императора, Дайд не считал: тогда могла начаться гражданская война и совсем не волноваться на его месте не смог бы никто. Но сейчас дело было не в риске для жизни – Гектор волновался перед встречей с Тайрой. Волнение это было лёгким и ощущалось невнятным покалыванием в области сердца – как будто кто-то проводил по коже кончиком гусиного пера. Хотелось сбросить с себя это навязчивое ощущение, но у Дайда не получалось. Получалось только усмехаться, вспоминая собственные недавние рассуждения о глупеющих влюблённых.

Калитку открыл Морган Рид, сразу впечатлив Гектора своим размером – мужчина был почти таким же высоким, как сам главный дознаватель, но при этом намного шире в кости и мощнее. Настоящий медведь, он вполне мог играть этого зверя на детских утренниках без всякого грима. И густые волосы, и борода, припорошенные сединой, как инеем, добавляли сходства.

– Добрый день, – произнёс Гектор вежливо и приветственно коснулся ладонью лба, – Джон Эйс, ваш новый дознаватель.

– Морган Рид, лекарь без официального статуса, – отозвался собеседник с лёгкой иронией, внимательно разглядывая Дайда. Гектор прекрасно знал, что он видит – высокого худощавого молодого человека лет тридцати, черноволосого и черноглазого, с резервом в семьдесят магоктав. Фигуру Дайда амулет почти не менял, только внешность и резерв. – Вы по какому-то вопросу или так, познакомиться?

– Всего лишь познакомиться, – усмехнулся Гектор. – Надеюсь, никаких вопросов с моей стороны ни к кому не появится хотя бы в ближайшее время.

– Желаете пожить спокойной жизнью? – понимающе улыбнулся Морган, пропуская гостя в сад. – Что ж, вам повезло, Тиль – местечко мирное. Только что Геенна близко, но демоны за последние лет сто, насколько мне известно, сюда не добирались.

Сад Ридов был небольшим и уютным. Всего одна дорожка, ведущая к калитке к дому, выложенная мелкими камушками, остальное – газон с яркой, по-весеннему зелёной травой. И яблони, много-много яблонь, полный сад. С набухшими бело-розовыми бутонами, уже почти готовыми распуститься, и ветвистыми стволами. Слева Гектор заметил колодец, а справа – большой деревянный стол, на котором в ряд сушилась на солнце какая-то трава.

Возле крыльца, около собачьей будки, лакал воду из миски уже знакомый Дайду пёс. Поднял голову, увидел его – и завилял хвостом. Морган, заметив это, недоуменно поднял брови.

– Кажется, вы ему понравились.

– Я люблю собак, – пожал плечами Гектор, делая невозмутимое лицо. Конечно, Джека притворяться не заставишь, но вот то, что Тайра не рассказала отцу про утреннюю встречу – это удивительно. Их… хм… объятия могла бы не упоминать, но всё остальное – запросто. И что она там увидела, когда упала в обморок, надо бы выяснить.

Как только Дайд и Морган подошли к дому, входная дверь распахнулась, и на крыльцо вышел молодой парень лет двадцати пяти. Смуглый, темноволосый и темноглазый, он показался Гектору похожим на императора, но через несколько секунд Дайд заметил во взгляде юноши лёгкую опаску, и это ощущение ушло.

– Наш с Тайрой гость, – громко сказал Морган, поднимаясь по лестнице. – Фабиан Стиу, сын моего друга. Из Альтаки.

– Рад познакомиться, – пробормотал парень, отводя глаза и отступая в сторону от двери. – Морган, я пока…

– Вообще Тай должна была обед приготовить, – перебил его Рид. – Иди к ней на кухню, поешь заодно. Я позже присоединюсь.

Кухня. Обед.

Гектор не успел отойти от утренних угощений, но…

– А я могу пообедать с вами, айл Рид? По правде говоря, я толком не успел обосноваться. Не сочтите за наглость, конечно.

– Разумеется, это наглость, – фыркнул Морган, но, судя по его весело блеснувшим глазам, он был доволен. – Но мы как-нибудь её переживём. Проходите. У нас сегодня большая картофельная запеканка, Тайра её особенно вкусно готовит.

– Тайра всё вкусно готовит, – возразил Фабиан Стиу, и Гектор, услышав этот ревниво-гордый голос, моментально пришёл к тому же выводу, что и Томаш.

Влюблён. По уши.

Что Тайра волнуется, можно было понять только по двум маленьким красным пятнышкам на щеках, что появились там с того момента, как Гектор зашёл на кухню и поздоровался.

– Здравствуйте, – откликнулась она негромко, не отворачиваясь и глядя на него почти белыми глазами. Интересно, какими они были до слепоты? – Рада познакомиться с вами, айл Эйс.

– Ты, наверное, устала, Тай? – спросил Морган, подходя к дочери, и коснулся ладонью её плеча. – Сядь, а я обед сам положу.

– Не нужно, пап, – ответила она со спокойной твёрдостью. – Всё в порядке. Я хорошо себя чувствую.

– Ну как скажешь. Только не перенапрягайся.

Да, Тайра умела держать лицо, Гектор не мог этого не отметить. Опустил глаза на руки – они не дрожали. Девушка уверенными движениями раскладывала по тарелкам запеканку, не суетясь и не дёргаясь, и по тому, как легко она находила и посуду, и столовые приборы, Дайд сделал вывод, что готовить Тайра умеет, и делает это часто.

А потом он обратил внимание на Фабиана и ощутил веселье пополам со злостью – настолько преданно-влюблённым был взгляд парня. А ещё – голодным, и вовсе не о картофельной запеканке мечтал этот взгляд, совсем не о ней. Однако так обычно смотрят на девушку до того, как получат желаемое, значит, Тайра благосклонностью пока не отвечает. Интересно, почему? Симпатичный парень, точно уж симпатичнее Гектора даже под иллюзорным амулетом. Хотя она-то этого не видит.

– И всё же, айл Эйс, – громко сказал Морган, прервав рассуждения Дайда. – Несмотря на то, что вы желаете пожить спокойной жизнью, вам в Тиле, пожалуй, будет скучно. У нас тут, конечно, бывают конфликты, но это даже рассказывать смешно – то чья-нибудь собака курицу загрызёт и хозяин курицы хочет знать, чья была псина, то надо разобраться, по собственной воле Митч Тун упал с крыльца пьяный или жена его перед этим толкнула хорошенько, мечтая наконец стать добропорядочной вдовой. Как говорится, тоска зелёная.