Анна Шнайдер – Пёс императора (страница 18)

Кажется, она удивилась.

– Почему ты так решил?

– Ну, ты все умеешь. Значит, танцевать тоже, – абсолютно искренне ответил Риан и замер – Тайра радостно и дружелюбно рассмеялась, словно ей было приятно это слышать. И сердце от этого смеха забилось быстрее. – Пойдем? Я, честное слово, буду вести себя нормально.

– Хорошо, давай сходим. – Она кивнула и протянула руку вперед, к лесу и небу, продолжая улыбаться. – Смотри, сейчас оно взойдет.

– Кто? – прохрипел Риан. На небо он и не смотрел, изучая губы Тайры, которые манили его, как родник манит человека, заблудившегося в пустыне. Невероятно красивые, мягкие и нежные губы.

– Солнце, конечно. Да перестань ты на меня пялиться, в конце концов! Расскажи лучше, какого цвета сегодня небо.

– Что?..

– Небо. Какое оно? Расскажи мне.

Небо.

Что-то словно сдавило грудь, опаляя ее огнем, и во рту стало горько.

А Тайра ведь действительно ничего не видит…

– Небо… – Риан отвернулся от девушки и посмотрел туда, где над лесом виднелся яркий краешек солнца. – У горизонта, точнее, прямо над деревьями, оно ярко-красное, даже алое, как кровь. А потом, чем выше, тем больше в нем оранжевого, а если еще выше – то желтого, почти белого, а если совсем высоко – серо-голубой такой цвет. Тусклый, но красивый. И облаков сегодня нет совсем, все чисто. Наверное, жарко будет.

Он вновь посмотрел на Тайру. Девушка радостно улыбалась, слушая его, и Риан неожиданно подумал: возможно, еще не все потеряно и у него есть шанс завоевать ее.

Во время завтрака Морган сказал, что сегодня ему самому нужно в поселок, а Тайру попросил сходить в лес, набрать раннего весеннего клевера.

– Но… – попыталась возразить девушка, не представляя, как будет это делать, – конечно, она умела многое, но не настолько же, здесь зрение нужно! – однако Морган ее перебил:

– Возьми с собой Риана. Объяснишь ему, что собирать, в какой мешочек складывать. Думаю, он справится, голова на плечах есть.

Тайра на секунду онемела, а потом нахмурилась. У нее в который раз возникало ощущение, что отец подталкивает ее к этому непрошеному гостю, хочет их свести. Но зачем? Просто потому, что считает, будто ей нужен муж? Да какой из Риана муж, он же бабник каких свет не видывал!

– Папа…

– Сходи-сходи, – отрезал Морган таким тоном, что Тайра сразу поняла: сопротивление бесполезно. – Мальчику будет полезно проветриться, свежим воздухом подышать, заодно нам поможет. У меня в последнее время спина болит, тяжело с травами возиться, а Риан – мальчик молодой, здоровый.

– Морган, – голос их гостя дрожал от недовольства, – я же просил не называть меня так.

– Угу. – Отец Тайры отмахнулся от этой претензии, как от надоедливой мухи. – Мешочки в кладовке возьмете, там на третьей полке снизу они лежат. Три штуки. Для белого, розового и…

– Я помню, пап. – Тайра тяжело вздохнула, поняв, что от ненужной компании отвертеться никак не получится. Вечером надо будет все же поговорить с отцом, узнать, зачем ему понадобился такой зять. Должна же быть какая-то причина! – Хорошо, мы с Рианом сходим в лес за клевером.

– И к роднику сходите, наберите воды, пригодится.

Тайра чуть зубами не скрипнула. До родника два часа идти! Два часа туда, два часа обратно, это она полдня с Рианом наедине проведет. Длительное свидание отец им устроил, ничего не скажешь.

– Поесть только возьмите, вряд ли вы успеете вернуться до обеда, – продолжил Морган невозмутимо, но в конце этой фразы голос его дрогнул, словно от сдерживаемого смеха.

Конечно, он должен был понимать, в каком ужасе сейчас находилась Тайра. Мало того что четырехчасовое – как минимум! – свидание, еще и с пикником на природе. Кошмар! И хоть бы Риан к ней действительно не лез, а то ведь целым он тогда из леса не вернется, лечи его потом…

За клевером они отправились сразу после завтрака, захватив с собой еще и Джека, – к роднику путь неблизкий, а с собакой Тайре всегда было легче ориентироваться. Пес знал основные команды и, если что, мог вывести девушку куда угодно – и к роднику, и обратно домой.

– Минут через двадцать мы выйдем на поляну, где должен быть весенний клевер, – объясняла Тайра Риану по пути. – С собой у нас три холщовых мешочка, в один надо будет собрать цветки белого клевера, в другой – розового, в третий – желтого. Только цветки, головки, остальное не нужно.

– Хорошо, – буркнул парень. Он как-то странно пыхтел, будто бы рассерженно, и через мгновение Тайра поняла почему. – Давай я возьму тебя под руку и поведу? Ты с этой тростью, конечно, хорошо управляешься, но так гораздо быстрее будет.

– Нет, – отрезала Тайра, даже не задумавшись, и чуть не споткнулась, услышав:

– Я знаю, ты не любишь прикосновения. Но это ведь сущая ерунда. Просто возьмись за мой локоть, и все.

– Не люблю прикосновения? – повторила девушка и криво усмехнулась. – Это отец тебе рассказал, да? – Риан молчал, не отвечая, и она фыркнула. – Ой, да ладно, других вариантов и нет.

– Почему это нет? Сам я догадаться не мог разве? – В голосе была решительность и почему-то обида. – Я не такой идиот, как ты обо мне думаешь. Тебе не понравилось, когда я прикоснулся, я извинился и сделал вывод. Вот и все.

– Ну допустим. – Тайра ему не поверила, но решила не настаивать. В конце концов, какая разница? Эта информация ей только на руку. – Да, я не люблю прикосновения, поэтому давай уж идти, как шли. Если хочешь кого-то вести, можешь повести Джека, я поводок дам, с собой взяла.

– Джек и сам справляется, – недовольно буркнул Риан, и пес, словно поняв, о чем речь, согласно тявкнул.

– Вот и я сама справляюсь, – заключила Тайра, привычно ощупывая тростью тропинку перед собой.

Чтобы наполнить все три мешочка, Риану понадобилось около сорока минут. Тайра все это время сидела на поваленном дереве неподалеку, чесала Джека между ушами и размышляла.

Возможно, причиной, по которой отец сватает ее за этого парня, является его происхождение. В видении был император… Наверное, Риан – аристократ. Хотя не наверное, а точно, раз уж он «привык спать в тишине». И если судить по его спесивости, то он весьма богатенький аристократ. Может, в этом дело? Нет, все равно непонятно, зачем отцу Тайры аристократ в зятьях. Уж точно не ради денег. А ради чего?

– А почему мы не собрали этот клевер на обратном пути? – поинтересовался Риан, шурша травой в двух шагах от девушки. – Еще ведь к роднику идти. Мешочки, конечно, не тяжелые, но все-таки так было бы логичнее, мы ведь не вечером будем возвращаться.

– К роднику идти в другую сторону, – пояснила Тайра. – Да и устанем мы. Четыре часа в пути, у тебя к тому времени с непривычки и ноги, и спина начнут отваливаться.

– Ты меня еще и неженкой считаешь. – Судя по расстроенному голосу, парень обиделся. – Я не на пуховых перинах вырос, знаешь ли. Я могу несколько километров пробежать или на лыжах пройти, и плаваю хорошо, и в походы ходил. А ты так говоришь, будто я барышня, которая в жизни ничего тяжелее иголки с ниткой не поднимала.

– Ладно-ладно, прости. – Тайра даже засмеялась – так забавно звучал оскорбленный голос Риана. Что бы он ни говорил, как бы ни возмущался, а было в нем что-то подростковое, мальчишеское. Тайре постоянно казалось, что она общается не со взрослым мужчиной, а с ребенком лет пятнадцати. – Я ничего такого не имела в виду и вообще судила по себе. Я после похода к роднику очень устану, мне будет не до клевера. Не обижайся.

– Хорошо, – буркнул парень, выпрямляясь. – Все, я закончил. Три полных мешочка. Могу я немного посидеть рядом с тобой или сразу пойдем?

Тайра мгновение колебалась – ей не хотелось, чтобы он садился рядом, но сказать, как в прошлый раз, про собаку, было невозможно. Не сажать же Риана на землю, это нехорошо – он ведь помог со сбором клевера и вообще пока вел себя прилично.

– Садись.

Дерево под нею чуть вздрогнуло, и Тайре немедленно захотелось встать или отодвинуться. Да, Риан не касался ее, но он сел очень близко, и она ощущала тепло его тела. А еще она чувствовала его взгляд на своих губах. Он не был настолько неприятным, как взгляд Зака Иниго, но и от него Тайре было не по себе, и низ живота болел.

– Почему ты боишься императора? – спросила она быстро, стремясь отвлечь Риана от собственной персоны, а заодно отвлечь и себя. – Что он тебе сделал?

Судя по качнувшемуся под ее бедрами дереву, парень вздрогнул.

– Боюсь?.. Кто… С чего ты это взяла? – произнес он испуганно, внезапно тяжело задышав. – Откуда?..

– Когда отец принес тебя, раненого, я к тебе прикоснулась. У меня бывают видения, когда я прикасаюсь к другим людям, – пояснила Тайра. – Не всегда, но бывают, и это невозможно контролировать. Наверное, еще и поэтому я не люблю прикосновения: от некоторых видений потом плохо, иногда я даже сознание теряю. В общем, я тебя коснулась и увидела императора. Поняла, что вижу твой страх. Почему ты его боишься?

Риан молчал, но дыхание его постепенно успокаивалось.

– Если мой… если император найдет меня – убьет.

– За что? Ты что-то сделал?

– Нет. Ничего.

– Тогда почему…

– Просто поверь, – перебил он ее, и Тайра поняла по голосу: Риан сам верит в то, что говорит. – Найдет – убьет. – Он вздохнул и выпалил, вставая с дерева: – Я отдохнул, пойдем к роднику?

Не хочет говорить о своем страхе. Хотя это объяснимо – о страхах, как правило, никто не хочет разговаривать.