Анна Шнайдер – Полюби меня заново (страница 13)
— Да, конечно, — кивнула она, расслабленно улыбаясь, и, мимолётно оглянувшись на Стаса, бросила: — Пока.
— До встречи, — буркнул он, провожая взглядом две удаляющиеся фигуры и до боли сжимая кулаки.
Ещё несколько минут назад Стас был уверен, что Артур ничего не значит для Кати. Но, посмотрев на то, как она приободрилась и расслабилась рядом с этим парнем, подумал, что всё-таки сделал неверные выводы…
25
Как же я была счастлива, отделавшись наконец от Стаса! Даже слегка прослезилась, заходя в лифт. Артур, заметив это, засмеялся и легко щёлкнул меня по носу:
— Что, неужели бывший муж настолько тебя достал?
— Не то слово, — я вздохнула и неожиданно самой для себя начала рассказывать.
За полгода, что мы с Артуром встречались, я ни разу не рассказывала нашу со Стасом историю целиком. Просто упомянула, что нахожусь в разводе, потому что муж полюбил другую женщину и ушёл к ней, — мне казалось, что этого вполне достаточно, да Артур и не спрашивал подробности. Так же, как я не выясняла подробностей его развода, когда Артур сказал, что был женат. Ну, редкий мужик в его возрасте — Артуру тридцать четыре года — обходится совсем уж без отношений, а какая разница, был зарегистрирован брак или просто встречались? Как по мне, то никакой.
В общем, пока мы ехали в лифте наверх — Артур жил на последнем, девятом, этаже, — а потом заходили в квартиру, снимали обувь и раздевались, я без умолку трещала, рассказывая ему о своём браке и разводе. И о том, как вчера Стас явился на день рождения Ники, наплевав на договорённости, а теперь хочет, чтобы я «полюбила его заново».
Артур слушал очень внимательно и серьёзно. А ещё у меня было ощущение, несмотря на его спокойное лицо, что вся эта история вызывает в нём живейший отклик… и возмущает до безумия. Так мне казалось, когда я смотрела в его глаза, которые напоминали сейчас бушующее море.
— Очень похожая ситуация была у моей младшей сестры, — сказал Артур, когда я выдохлась и замолчала. — Помнишь, я рассказывал тебе про Олю и мою племянницу Карину? Когда Карише было… хм, вроде бы она тогда ещё даже не разговаривала… да, года полтора-два ей было… Короче говоря, Олин муж тогда связался с какой-то бабой на своей работе и решил уйти от Оли. Они даже развестись не успели, когда через пару месяцев он припёрся обратно.
— Быстро он, — я фыркнула, развеселившись. — И как, они помирились?
— Нет, — покачал головой Артур. — И хорошо. Если бы Оля его простила, я бы его прибил. А так — пусть живёт. Только подальше.
Я поперхнулась смехом, кашлянула и поинтересовалась:
— Почему прибил бы?..
— Скорее за что. Тот его поступок Ольке до сих пор аукается.
— Что, тоже пила антидепрессанты? — предположила я, вспомнив свою историю. Я, чтобы выкарабкаться из своего уныния и нежелания шевелиться, выпила целую гору таблеток.
Но Артур меня огорошил…
— Нет. У неё рак груди нашли, врач сказал, стрессовый фактор мог повлиять. И когда Олькин бывший муж — хотя тогда он ещё не был бывшим — к ней явился, Оля его турнула — лечение у неё было в самом разгаре. Потом и я сказал, что если она этого дурака назад примет, то он её вгонит в гроб. Ладно, — Артур вздохнул и, немного натянуто улыбнувшись, махнул рукой в сторону кухни, — пойдём, может, чаю выпьем? Или ты не голодная?
— Как раз очень голодная. Мы в «Астре» только чай пили, я бы поужинала… Может, мне что-нибудь приготовить?
Какой мужчина не любит вкусной еды? Я с такими не знакома. Вот и Артур не был исключением. Только он, в отличие от Стаса, в плане готовки не был дилетантом — кое-что умел. К примеру, котлеты у него получались отличные, и сырники тоже. Я пару раз пробовала и то, и другое.
— Это было бы здорово, Кать, — расплылся в улыбке Артур и, наклонившись, поцеловал меня в губы. — Хотя я, возможно, предпочёл бы сначала что-нибудь другое… Но, боюсь, что в процессе испугаю тебя громким урчанием в желудке.
Я фыркнула и обняла Артура, наслаждаясь ещё одним поцелуем.
Любовь, не любовь… Гадать на ромашках я не собиралась. Рядом с Артуром я чувствовала себя почти счастливой, и мне этого было вполне достаточно.
26
Мне всегда нравился холодильник Артура — в нём, как и в моём, можно было найти много всего для приготовления какого-нибудь блюда, а не одни пельмени с сосисками. Разгадку этого явления Артур выдал мне в первый же наш совместный вечер у него дома, когда я предложила пожарить котлеты.
— Мне нельзя жареное, — развёл он руками. — Внутри я, увы, не такой идеальный как снаружи. Гастрит у меня.
Я тогда очень смеялась — мне вообще нравилось чувство юмора Артура, его способность иронизировать над собой и собственными недостатками, — и в результате сделала нам на ужин вместо жареных паровые котлеты. Я всё равно такие котлеты люблю больше обычных, в отличие от того же Стаса — тот предпочитал классику, ещё и в панировке из сухарей.
А Артур, как выяснилось, испортил желудок ещё в школе, когда целый год питался быстрорастворимыми супчиками и чипсами. Теперь ни то, ни другое он есть уже не мог, но не особенно страдал по этому поводу. Шутил, что благодаря болезни желудка открыл для себя новые кулинарные горизонты.
А ещё мне нравилось то, что Артур никогда не сидел и не ждал, пока я сделаю всё сама, — всегда помогал. Чистил картошку, резал курицу, мыл зелень… И, конечно, чай. Артур заваривал его сам, в большом стеклянном заварочном чайнике, и я потом любовалась и видом этого чая — стекло-то было прозрачным, — и его вкусом.
— А почему ты развёлся? — спросила я неожиданно даже для самой себя, и Артур, в этот момент как раз насыпавший заварку в чайник, удивлённо на меня посмотрел, но почти сразу улыбнулся и пошутил с широкой улыбкой:
— Хочешь причислить и меня к священному лику мужиков-козлов?
— Вряд ли у меня получится, — ответила я, засмеявшись. — Если ты, конечно, не бросил свою бывшую жену с маленьким ребёнком.
— Не бросил. Но у нас не было никакой особенной драматической истории, Кать. Мне было двадцать с небольшим, когда я женился — на своей однокурснице Вике. Она хороший человек, мы с ней до сих пор общаемся, кстати. Мы прожили в браке пять лет, почти как вы со Стасом. С детьми решили не торопиться, оба занимались карьерой, и, скорее всего, это и сыграло свою роль — через некоторое время мы начали ощущать, что у нас стало мало общего, нам друг с другом перестало быть интересно. В общем, по сравнению с историей развода моей сестры Оли или твоей у меня всё было скучно до зубовного скрежета. Просто однажды утром я проснулся, обнаружил, что Вика стоит возле окна, смотрит на первый снег, хотел как-то глупо пошутить, и тут она вдруг предложила: «А давай разведёмся?» Я обалдел немного, спросил почему. Она ответила, что мы друг друга больше не любим, как любили когда-то в институте. И, знаешь, мне бы хотелось отрицать то, что сказала Вика, но я не мог — потому что чувствовал то же самое. И согласился на развод. Собственно, всё — через месяц нас развели, и она уехала. Ещё через пару лет снова вышла замуж, сейчас у неё уже ребёнок есть, мальчик.
Я слушала с большим интересом, как до этого меня слушал Артур. И размышляла о том, почему же он сам до сих пор не женился?
Но спрашивать не стала. Мало ли, может, не хочет больше заключать брак и дети не нужны? Я у Артура даже и не выясняла, любит ли он детей, хочет ли. Зачем мне это? Я больше рожать не собираюсь, и замуж тоже не хочу. Мне хорошо так, как есть сейчас, с редкими встречами и качественным сексом.
Кстати… а может, я у Артура не одна такая? С его-то темпераментом он мог бы себе и ещё парочку любовниц завести. Тем более что время есть, мы же не каждый день встречаемся.
Отчего-то эта мысль отозвалась во мне чем-то неприятным, гадостным, будто я съела что-то несвежее и теперь меня тошнит. Но я быстро отогнала её в сторону, не желая рассуждать подобным образом.
Всё-таки Артур пока не давал мне ни единого повода думать о нём плохо. Впрочем, я в любом случае не имею права так думать — я ему не жена, а так… Девушка на пару ночей в неделю. Даже если он с кем-то ещё встречается в свободное время, мне до этого дела нет.
Я знала, что вру самой себе — конечно, мне было до этого дело, — но я не хотела ни о чём думать, сомневаться и страдать.
Я давно просто плыла по течению.
27
После лёгкого ужина в виде салата — Артур, как и я, вечером предпочитал не наедаться плотно — мы переместились в гостиную. Я как раз поинтересовалась, отчего так получилось, что он успел только позавтракать, и Артур начал рассказывать мне, что сегодня у него был внеплановый рабочий день — Артур трудился в банке финансовым аналитиком, и такое с ним периодически случалось, — когда в мессенджер прилетело сообщение от Ники.
Я сразу насторожилась, опасаясь, что дочь, расстроенная моим сегодняшним вечерним отсутствием, да ещё и отказом немедленно мириться с её отцом, напишет что-то не вдохновляющее. Но нет — Ника просто прислала фотографию Тигры, развалившейся на диване в смешной позе пушистым животом кверху.
— Что там у тебя? — поинтересовался Артур с любопытством, подсаживаясь ближе и аккуратно приобнимая меня. На экран он не смотрел, уважая мои границы, но я повернула телефон сама, показывая присланную фотографию. Артур засмеялся, глаза его засверкали, и я даже залюбовалась и ими, и его улыбкой.