Анна Шнайдер – Осенние цветы (страница 29)

— А она не работает?

— Нет. Как Агнес развелась, сразу ушла, чтобы с Беккой помогать, а потом ещё и Брендан родился.

— А ты, значит, всё никак не угомонишься и не уйдёшь на пенсию, — хмыкнула Ив, поставив перед Тианом чашку, полную горячего и ароматного травяного чая. — Я помню, охранители имеют право на выход на пенсию после двадцати лет службы.

— Если доживают, — уточнил Тиан слегка насмешливо, — то да, имеют. Правда, редко кто пользуется подобным правом. Это сложно.

— Сложно?

— Да. Попадая в управление, очень скоро начинаешь понимать, насколько непросто приходится твоим коллегам. Охранителей не хватает, мы постоянно несём потери, не всегда фатальные, но даже если речь идёт о ранениях, людям нужно время, чтобы выздороветь и вернуться в отряд. И добровольно уйти, зная, что после твоего ухода станет тяжелее, нужно будет кем-то заменять, а людей не хватает… Это нелегко. Кроме того, Арчибальд — мой друг. Не такой, каким был Рич, но всё же. А друзей не бросают.

Ив понимающе улыбнулась и подумала, что Тиан всё-таки умудрился сохранить в себе то настоящее — идеалистическое, искреннее и восторженное, — чем пылал в юности. Вместо того, чтобы думать о своём благополучии и спокойствии, он думает о благополучии отряда, страны, о дружбе с принцем. Это настолько напомнило Ив прежнего Тиана, что в груди стало тепло и горько, как бывает, когда долго плачешь.

— Расскажи ещё что-нибудь, — попросила она мягко. — Что хочешь. Мне тоже интересно, как ты жил все эти годы.

— Ты же читала в газетах, — пошутил Тиан, и его ласковый, спокойный и тёплый взгляд, как в юности, отозвался в душе Ив трепетной нежностью.

— Это совсем не то.

— Что ж… Тогда слушай.

49

Они вновь проговорили почти до рассвета, и удивительно — когда Тиан ушёл, Ив не ощущала усталости, хотя почти не спала вторую ночь. Она чувствовала себя вернувшейся в прошлое, в тот год, когда ей было восемнадцать, и они с Тианом были молоды, наивны и счастливы. Сейчас всё было совсем не так, но потревоженная память словно действовала и на возраст тоже, заставляя вновь ощутить ток горячей и юной крови. Ив даже не хотела смотреть на себя в зеркало, чтобы не нарушать очарование этой ночи.

Тиан рассказывал обо всём подряд — и о своей учёбе, и о работе охранителя, и даже о жизни с Абигайль. Их связывали примерно такие же чувства, какие были у неё и Фреда — искреннее уважение, глубокая привязанность, ощущение надёжного и верного тыла за спиной. И да, брак Тиана можно было назвать счастливым, он правильно сказал. Всё же счастье состоит не только в одной лишь любви, и нередко любящие друг друга люди бывают несчастны. Ив считала, что главное в таких случаях — честность, и если ты знаешь, чего ожидать от человека, с которым живёшь, можешь на него положиться в любой ситуации и получить помощь, на которую рассчитываешь — это и есть счастье. Да, не романтичное, но зато реальное.

Таким оно и было у Абигайль и Тиана.

На этот раз, уходя, он не сказал, вернётся ли, а Ив не спрашивала, опасаясь очевидного «нет». Все слова сказаны и услышаны, тайн, недомолвок и лжи не осталось — к чему продолжать встречи чужим людям? А они несмотря ни на что продолжали оставаться друг другу чужими. Юность давно ушла в прошлое, а больше их ничего не связывало.

Поэтому Ив решила, что наверняка видит Тиана в последний раз, но не жалела об этом. Она давно научилась вообще ни о чём и никогда не жалеть…

А вечером проснулась Геенна. Не рядом с Тиарой, далеко, но и у них на горизонте были заметны изменения в цвете и структуре вечного огня, который неожиданно запылал ярко-алым цветом, превратив небо на севере в закатное.

Ив тревожилась. Несмотря на то, что Тиан рассказал о своей недавней травме, ей казалось, что он непременно должен отправиться к Геенне. Она была настолько в этом уверена, будто знала точно, и волновалась, сжимая руки и вглядываясь в кровавый столп огня на горизонте.

Ближе к ночи пришёл Фред. Посмотрел на бледное лицо Ив, которая всё сидела на крыльце и ждала непонятно чего, таращась в небо и не собираясь ложиться спать, и предложил:

— Перенесёшься со мной?

— Куда? — не поняла Ив.

— В наш столичный дом, — объяснил Фред, подошёл ближе и почти силой поставил шаманку на ноги. — Хватит тут сходить с ума в одиночестве. Раньше ты не переносилась из-за Тиана и его отца, теперь всё изменилось. Пойдём, мы с Анжи приглашаем.

— Фред…

— Отказы не принимаются.

— Но…

— Слушай, — друг закатил глаза, — если я не приведу тебя сегодня, Анжи мне голову оторвёт. Она очень ждёт, чай заварила, пирогов испекла с яблоками и вишней, мальчишек заставила в своих комнатах убраться, на Аннет новое платье нацепила. Пойдём, а?

Ив улыбнулась, представив, как Анжи заставляла сыновей, уже вполне взрослых, убираться в комнатах. В такие моменты благодушная и немного блаженная женщина превращалась в требовательную фурию, которую опасался даже Фред.

— Хорошо. Пойдём.

50

Дом Анжи и Фреда заворожил Ив, и не только обстановкой — мебелью, обоями и картинами на стенах, — но и удивительной атмосферой семейности и уюта, царившей здесь в каждом уголке. Если бы любовь была человеком, она непременно поселилась бы в этом доме, слушала целыми днями эмоциональные и увлекательные перепалки семейства Вайториус, смотрела за их жизнью, улыбалась и хохотала, и совершенно не желала уходить.

Когда-то давно Ив от чистого сердца загадала Фреду стать самым-самым счастливым, и теперь, глядя на друга и его семью, наконец осознала, что её желание действительно сбылось. В доме Вайториусов счастьем дышали даже стены, оно ощущалось в воздухе вместе с кислородом, входило в лёгкие, выгоняя из них застарелую боль и тоску по несбывшимся мечтам, и сердце Ив забилось не тоскливо, а радостно, наполняя теплом уставшее и тревожное тело. Тревоги, конечно, никуда не делись, но переживать стало как-то легче.

Теперь Ив была уверена — даже если Тиан действительно отправился к Геенне, он вернётся. Пусть он вернётся не к ней, но главное, что вернётся.

Через три дня, основательно пропитавшись искрящимся счастьем всех обитателей этого дома — даже многочисленные кошки, собаки и прочая живность, спасённая Анжи, здесь лоснились от удовольствия, — Ив решилась задать Фреду вопрос про Тиана.

— Ты ведь всё знаешь, — произнесла она, мягко улыбнувшись, когда они с другом остались наедине в гостиной после ужина. — Ты всегда всё знаешь. Скажи мне, где Тиан?

Фред внимательно оглядел Ив, словно искал в ней признаки страха или паники, но, не найдя, ответил:

— Ты и сама это понимаешь, Иветти. Он на работе.

Шаманка вздохнула.

— Но он ведь совсем недавно…

— Не только он. Сейчас на севере сложная ситуация, его помощь неоценима. Таких охранителей, как Алтериус, мало. А с тех пор, как управление потеряло архимагистра Арманиуса, их стало ещё меньше. Его высочество Арчибальд попросил помочь, и Бастиан не смог отказаться. — Фред взял Ив за руку и крепко пожал ладонь. — Не волнуйся, с ним всё в порядке. Уже пришло сообщение, что ситуация потихоньку стабилизируется, завтра основной отряд охранителей вернётся в столицу. Алтериус будет среди них.

Ив выдохнула и сжала ладонь Фреда в ответ.

— Надеюсь, что будет. Ты… поэтому пригласил меня к себе? Чтобы я легче перенесла это и не переживала?

— Ну не только, конечно, — он усмехнулся, с теплотой глядя Ив в глаза. — В конце концов, ты мой лучший друг, а дома у меня ни разу не была. В Грааге тебе больше ничего не угрожает, так что… надо исправляться.

— Надо, — засмеялась она.

На следующий день Ив решила, что пора всё-таки честь знать, и отправилась обратно к себе, в Тиару. Она действительно отдохнула душой в доме Фреда, успокоилась и, наполнившись каким-то тихим бескорыстным счастьем, не зависящим ни от чего — только от самого человека, — вернулась домой. Она могла бы сказать, что ей всё равно, увидит ли она Тиана ещё раз или не увидит, и это было бы чистой правдой. Ив радовалась, что они оставили позади ложь, была счастлива за Фреда и напоминала самой себе пробившийся из-под снега по весне ручеёк, который просто наслаждается жизнью. Без оглядки на прошлое, без мыслей о будущем.

Она возобновила шаманскую практику, и к ней вновь пошли люди с разными проблемами. Кому-то просто погадать, кому-то помочь удачу приманить, кого-то от вездесущего насморка вылечить, но были просьбы и посерьёзнее. Несколько дней Ив потратила на то, чтобы выходить одну беременную, ребёнок у которой рос медленно и неохотно, зато плацента стремительно старела, приближая девушку к преждевременным родам. Врачи разводили руками, не в силах изменить ситуацию и предлагая просто ждать до последнего, а потом «вытаскивать» ребёнка и пытаться спасти его уже вне живота мамы. Ив вытаскивать не стала, но сделала так, чтобы малыш продолжил нормально развиваться в утробе.

В результате, занимаясь своей сложной пациенткой, Ив почти не вспоминала Тиана. Только по вечерам, глядя на успокоившееся пламя Геенны на севере, думала: интересно, как он там? Не ранен ли? Сыт? Счастлив?

И на несколько минут её охватывала лютая тоска по несбывшейся жизни.

51

Так прошла ещё неделя. Осень окончательно уступила права настойчивой зиме, выпал снег, укрыв двор белым одеялом, под которым спряталась до весны спящая земля.