Анна Шнайдер – Одиночки (страница 27)
Настольную лампу мы и не думали гасить. Я хотела рассмотреть Дениса во всех деталях, раз уж в прошлый раз в парке не смогла этого сделать, да и он, я полагаю, чувствовал то же самое. По крайней мере, сняв с меня футболку, которую я предусмотрительно надела на голое тело, он несколько секунд просто глядел на мою грудь, ничего не трогая, — но этот взгляд действовал на меня не хуже прикосновений. И в итоге я даже захныкала и подалась вперёд, желая, чтобы Денис наконец коснулся меня, — а получив желаемое, сразу закрыла глаза от удовольствия.
Дрожь возбуждения сопровождала каждое его движение, напряжение во всём теле увеличивалось с каждой минутой, хотя ничего толком ещё не происходило — мы просто разделись, и теперь Денис лежал поверх меня, упираясь напряжённой плотью мне в лобок, а пальцами одной руки касаясь сосков. На локоть второй он опирался, по-видимому опасаясь меня придавить — всё же Денис был намного крупнее, чем я.
— Ты очень красивая, Лара, — сказал он с таким искренним восхищением, что мне стало безумно приятно.
— Ты тоже, — прошептала я, приподнялась и поцеловала его в губы. — Я тебя, когда увидела, стала называть про себя Томом Крузом.
— Да, мне говорили, что я на него похож, — фыркнул Денис, ответив на поцелуй. А затем наклонился и сделал то, о чём я втайне мечтала уже какое-то время, — начал облизывать мои соски. Играл с ними языком, брал в рот, затягивая и слегка покусывая, — и всё, я потерялась в собственных ощущениях…
Защита? Какая ещё защита? Мы напрочь забыли о ней, увлечённые друг другом. И Денис, не отрываясь от зацеловывания моей груди, слегка опустился, нашёл рукой вход в меня, потрогал его немного, убеждаясь, что я возбуждена и готова, — а затем вошёл одним плавным движением, вызвав у меня тихий вскрик и слёзы на глазах от удовольствия.
Не знаю, как в такие моменты герои книжных романов о чём-то разговаривают — я была не способна вымолвить ни слова. Только дышать и всхлипывать, старательно сдерживая себя — где-то на краю замутнённого сознания я ещё помнила, что в соседней комнате спит Вовка, — сжимать ногами горячие и слегка влажные бёдра Дениса и вторить его движениям. Они были то более медленными, тягучими, то убыстрялись, становились резче и глубже. И если во втором случае Денис прижимался ко мне всем телом, то в первом он отстранялся и даже вынимал член полностью, будто дразня, а в следующую секунду вновь заходил до упора, и под веками у меня вспыхивали молнии.
Все эти действия сопровождал исключительно порочный звук, который возбуждал не меньше, чем всё остальное, доказывая нам, насколько мы увлечены друг другом. Влаги было настолько много, что порой я ощущала, как она течёт вниз, между моих бёдер, на простыню. Денис растирал эту влагу, смачивая клитор и половые губы и лаская их пальцами в такт собственным движениям, но меньше её не становилось.
В какой-то момент Денис полностью перестал сдерживаться, положил мои ноги себе на плечи и задвигался с такой скоростью, что мне пришлось впиться зубами в его плечо — настолько остро-приятными были ощущения. Я боялась самозабвенно заорать, поэтому оставила на теле Дениса пару зубастых отметин, и точно словила несколько волн оргазма, вдобавок ко всем предыдущим удовольствиям, которые сосед подарил мне ранее.
Но, когда Денис кончил сам, стремительно выйдя из меня, чтобы излиться на мой живот, я почувствовала непонятное разочарование — будто и правда хотела, чтобы он настолько забылся, что забыл про осторожность…
68
Сегодня засыпать оказалось особенно сладко. В обнимку с желанной женщиной, которая оказалась настолько понимающей, что не стала требовать продолжения, а просто сонным голосом прошептала:
— Разбуди и меня тоже, я пойду к себе, незачем пугать Вову…
— Да он не испугается, — хмыкнул Денис, уткнувшись носом рядом с виском Лары и вдыхая её запах — свежий и слегка солёный из-за возбуждения. Она до сих пор вся была влажной, и это вызывало незамедлительную реакцию, но Денис сдерживался — иначе на работу завтра идти будет невозможно.
— Точно, — зевнула Лара и потёрлась попой о пах Дениса. — Они с Агатой те ещё сводники…
— Молодцы, предприимчивые ребята…
Он всё-таки не выдержал — нашёл желанное местечко, ввёл два пальца и задвигал ими, имитируя половой акт и наслаждаясь участившимся дыханием Лары, которая тут же задвигала бёдрами в такт, сама насаживаясь на его пальцы, как на член.
Ей хватило полминуты, чтобы испытать оргазм и остановиться, а затем повернуться лицом к Денису и пробормотать:
— Я бы тебя сейчас оседлала, но тогда ты утром не встанешь.
— Встану, но в другом смысле, — пошутил Денис, и Лара засмеялась, обнимая его, как любимую подушку. Устроилась щекой на его груди и почти тут же задремала, глубоко и размеренно дыша и забросив одну ногу поверх ног Дениса — словно боялась, что ночью он куда-нибудь убежит.
А утром…
— Ага! — воскликнул возмутительно бодрый Вова, когда они с Ларой почти бесшумно и бочком вышли из комнаты Дениса — и оба сразу вздрогнули. — Я вас поймал!
Хорошо, что они успели одеться. Лара и умываться не собиралась — хотела сразу пойти к себе, сделать всё там, а потом будить Агату в детский сад.
Но, что называется — не фортануло.
— Значит, у нас с Агатой получилось! — ликовал Вова, прыгая по коридору в одних пижамных штанах. — И когда мы будем жить вместе?
Лара подозрительно закашлялась, и Денис поспешил ответить:
— Да погоди ты, Вова. Не надо торопиться. Как говорят взрослые: поживём — увидим.
— А чего ждать? — не понял мальчик. — Удобнее же вместе жить. У Маши из нашей группы родители так и живут вместе, а вторую квартиру сдают!
— Предусмотрительная нынче молодёжь пошла, — засмеялась Лара, покосившись на Дениса с иронией. — И всё-таки давай не будем торопиться, Вов. Поживём пока так, а там посмотрим.
— Ну ладно, — вздохнул мальчик и констатировал, подтянув пижамные штаны: — Тогда я пойду писать.
69
Всё было бы идеально, если бы не мой глупый поступок, совершённый не сегодня и не вчера.
Я безумно жалела, что согласилась на встречу со Львом. Я жалела об этом всё утро — когда мы с Денисом проснулись и пару минут ещё лежали, целуясь, как влюблённые подростки, и позже, собирая сонную Агату в детский сад, я жалела, и когда шла от сада к метро, чтобы всё-таки пересечься со Львом, жалела.
Он стоял недалеко от входа в метро, на стоянке, сверкая идеальной чистотой своей чёрной машины и не менее чёрных и чистых ботинок — остальная одежда на Льве была светлой. Бежевые льняные брюки и такая же льняная рубашка, только не бежевая, а белая, с завязками у горловины.
Выглядел Лев исключительно дорого — и так же дорого пах, когда попытался меня приобнять.
— Нет, спасибо, — тут же отреагировала я, отходя в сторону, и он засмеялся.
— Ладно, принимается. Мог бы и сообразить, что ты отреагируешь как типичная крапива.
— Я хотела отменить встречу, — призналась я, но это заявление Льва явно не впечатлило — он смотрел на меня со снисходительным превосходством, как взрослый на маленькую девочку. — Зря мы всё это затеяли. Давай ты лучше поедешь по своим делам, а я пойду займусь чем-то более полезным. Картофельное пюре сделаю на обед, например.
— У меня на сегодня нет дел, кроме тебя, — откликнулся Лев с непоколебимой уверенностью человека, который точно знает — всё будет по его хотению, и никак иначе. — И напомню тебе о твоём обещании. Я понимаю, ты женщина, Лара, но всё-таки нехорошо менять мнение каждые полдня. Мы проведём сегодня друг с другом несколько часов, а потом уже ты решишь, надо тебе это или нет.
— Я уже решила — не надо.
— Никогда не следует торопиться, — усмехнулся Лев, распахивая передо мной дверь своей машины. — Садись. Ко скольким и куда тебе нужно после нашего свидания? Я довезу, чтобы ты не тратила лишнее время.
— Не нужно, я сама, — запротестовала я, не спеша заходить в машину. — И давай договоримся ограничиться не более чем двумя часами…
— Хорошо-хорошо, — судя по реакции, Льву было смешно — и он совсем не воспринимал меня всерьёз. — Садись уже, Лара. Чем скорее сядешь, тем быстрее отделаешься от надоедливого меня.
Ничего другого не оставалось, и я нырнула в салон машины.
70
Я поняла, почему Лев был столь самоуверен, очень быстро.
И дело было не в том, что этот человек виртуозно умел поддерживать беседу — даже с женщиной, которой он на фиг не сдался, — всегда зная, о чём ещё спросить и что сказать, чтобы диалог не заглох. И пока мы куда-то ехали, Лев умудрился раскрутить меня на разговор об истории, затронув одну из моих любимых тем — Великую Отечественную войну. Я обожала читать документальную литературу тех лет, и, как выяснилось, Лев тоже подобным не брезговал, вот и вывел меня на совместные рассуждения.
Нет, дело было совсем не в этом. Просто кому придёт в голову расспрашивать учениц, что любит или не любит репетитор? Да и не могла я предположить, что Вика запомнит, как я однажды обмолвилась, что мечтаю полетать на воздушном шаре.
И уж тем более я не представляла, что найдётся безумец, который решит воплотить мою не менее безумную мечту в жизнь. Но Лев решил. И мы, проехав по полупустой — повезло: понедельник, и в основном народ ехал в обратную сторону, — дороге минут сорок, оказались на территории так называемого аэроклуба, находящегося на большом поле. Здесь были «припаркованы» несколько разноцветных шаров, и, когда мы шли к ним через поле в сопровождении инструктора, я неожиданно сообразила, что Лев собирается сейчас со мной сделать, и у меня слегка подкосились ноги.