Анна Шнайдер – Недостойная (страница 27)

— Чувствую себя немощным стариком. — Берт криво улыбнулся, буквально падая на диван. — Только избавился от тросточки, и вот — завтра явно опять придётся с ней ковылять. Посмотри, что с контуром?

Агрирус прищурился.

— Без изменений. Вроде. Но я не уверен, что испытание Аманды пошло на пользу твоему лечению. Думаю, надо сообщить обо всём Эн, Берт. И чем быстрее, тем лучше.

— Паникёр.

— Я не паникёр. — Теперь Велмар уже не щурился, а хмурился. — Я беспокоюсь, как бы всё, чего достигла Эн за неделю, не пошло прахом из‑за случившегося. У тебя есть номер её браслета связи?

— Разумеется.

— Тогда давай, набирай. Или я сам это сделаю. — Агрирус пригрозил Берту пальцем, словно мальчишке. — И слушать не стану никаких возражений!

Сообщать Эн не хотелось смертельно, но Арманиус понимал, насколько это глупо. Она — его лечащий врач, она обязана знать, и чем быстрее, тем лучше. Вот только чувства Берта не имели никакого отношения к здравому смыслу.

Эн долго не отвечала. А когда всё же ответила, Арманиус её даже не сразу узнал.

— Да, архимагистр? — произнесла проекция девчонки радостным и тёплым голосом, блестя глазами и алея щеками.

— Эн, — Берт окинул её встревоженным взглядом, — ты не заболела?

— Заболела? — В голосе появилось удивление. — Не‑э‑эт, я прекрасно себя чувствую. А… что с вами? Почему вы такой бледный?!

Краска схлынула с её щёк моментально, будто и не было. И голос стал другим, обычным. Только вот глаза блестеть не перестали.

— Кое‑что случилось. Я сегодня был в университете, показывал совету свою метку. И заодно меня попросили продемонстрировать связь со зданием, кровную магию. И…

— Защитница! — Судя по звуку, Эн хлопнула ладонью по столу. — Неужели нельзя было подождать хотя бы неделю?! Что бы это изменило?! Индюки напыщенные!

Где‑то за спиной Берта кашлянул Велмар. Эн, конечно, не могла его ни видеть, ни слышать — связь была двусторонней, только между ней и Арманиусом, но этот звук как будто переключил её в рациональное русло.

— Вы лежите?

— Да.

— Вот и лежите. Я сейчас к вам перенесусь. Не вздумайте вставать!

Проекция исчезла.

— Перенестись хочет? — поинтересовался Велмар с любопытством и засмеялся, когда Берт кивнул. — Как же они с Роном похожи… — Сел на диван рядом с Бертом и покачал головой. — Тот тоже такой… шальной, безрассудный, но безумно талантливый.

Арманиусу впервые в жизни захотелось побольнее стукнуть друга.

— Тебе лучше уйти, Велмар. А то сейчас заявится Эн, и тебе тоже от неё достанется за то, что не уследил.

Агрирус покачал головой.

— Нет, я пока останусь. Во‑первых, хочу с ней поздороваться, во‑вторых, мне необходимо убедиться в том, что ты в порядке. И в‑третьих… Берт, мне говорил это и Рон, и я сам догадываюсь — после переноса у Эн с трудом хватает сил на то, чтобы ходить, говорить и дышать. Она не будет тратить энергию на ругань, когда тебе плохо. А вот завтра…

Внизу, на первом этаже, послышался характерный хлопок прибывающего пространственного лифта. А затем — топот ног по лестнице.

— А вот и она…

Дверь распахнулась, и в библиотеку вбежала Эн. Мазнула взглядом по проректору, кивнула ему, кажется, ничуть не удивившись, подошла вплотную к дивану и прищурилась, рассматривая Арманиуса.

— Контур без изменений… Это хорошо. Архимаг, подвиньтесь. А лучше встаньте.

Велмар молча послушался и, встав, отошёл в сторону. Эн положила на журнальный столик перед диваном свою сумку, села на место проректора и, достав ремешок с пряжкой, кивнула на руку Берта.

— Закатывайте рукав. Кровь буду брать.

— Зачем? — не удержался от вопроса Арманиус.

— Пить её будем вместе с проректором, — ответила раздражённо, но потом, вздохнув, пояснила: — Механизм действия родовой магии толком не изучен. Мне надо убедиться, что ваши анализы в порядке. Усталость — это одно, отдохнёте — и пройдёт, общеукрепляющее сейчас ещё вколю, но если у вас, не дай Защитник, упал гемоглобин…

— И чем это грозит? — спросил Велмар с откровенным интересом.

Эн затянула ремешок на руке Арманиуса, достала из сумки шприц и продолжила:

— Тем, что организм вместо того, чтобы восстанавливать контур, будет восстанавливать что‑нибудь другое. Не двигайтесь, архимагистр. Та‑а‑ак, молодец. — Она приложила к месту укола ватку, смоченную заживляющим бальзамом, и отстранилась. Вытащила из сумки какую‑то металлическую пластинку, капнула на неё кровь Арманиуса и вгляделась в надписи, проявившиеся на ней. Пару мгновений молчала, и проректор не выдержал:

— Ну как там?

Эн ответила не сразу, дочитывая анализы Берта.

— Нормально. — В её вздохе слышалось облегчение. — Нет существенных отличий от утреннего анализа. Через пару часов приду и вновь проверю. А пока поворачивайтесь спиной ко мне, сделаю вам укол общеукрепляющего.

Арманиус с готовностью повернулся, чувствуя не меньшее облегчение.

— Ну… Я, наверное, пойду? — неуверенно поинтересовался Велмар, и Берт краем глаза увидел, как Эн махнула рукой.

— Да, да, идите, архимаг.

Понимая, что спрашивает друг всё-таки у него, Арманиус тоже сказал:

— Конечно, иди.

Гулко хлопнула дверь библиотеки, и они с Эн вновь остались вдвоём.

***

Я уже была в общежитии, когда меня вызвал ректор. Арчибальд довёз и, галантно поцеловав руку, позволил мне покинуть магмобиль. Настроение было на редкость приподнятым, хотелось смеяться и танцевать. Давно со мной такого не случалось… Но после того как я поговорила с Арманиусом, всё изменилось. И потом, когда я взяла у него кровь и убедилась, что анализы в норме, где‑то на краю сознания появилась мысль, которую я поначалу даже не могла толком сформулировать.

Помог ректор. Как только Агрирус ушёл, он спросил меня:

— У тебя всё в порядке, Эн? Ты… — Он запнулся. — Немного странная.

Точно. Я странная. И я сама это чувствовала.

— Всё в порядке. А в чём выражается эта странность? Поворачивайтесь лицом ко мне, я закончила.

Арманиус перевернулся и продолжил:

— Ты как будто была пьяной, Эн.

И тут меня словно по голове чем‑то стукнуло.

Пьяной… Но Арчибальд сказал, что от этого вина не пьянеют. Значит…

— Архимагистр… а вы разбираетесь в винах?

Он удивлённо поднял брови.

— Ну, я не эксперт, но в принципе могу что‑то подсказать.

— Вы знаете такое вино… «Лунный свет»?

Брови поползли выше.

— Знаю.

— Расскажите мне про него.

— Это одно из самых дорогих вин Альганны, Эн. — Удивление исчезло, сменившись пониманием. — Оно не пьянит так, как обычное. Лишь слегка расслабляет и даёт ощущение радости, эйфории, праздника. При этом не туманит мозг, не вызывает привыкания, не заставляет совершать безумства. Просто чуть уменьшает внутренние запреты.

Что ж, всё ясно. Ох, ваше высочество… И вроде бы понимаю его. Но противно.

— Ты не знала, да?