Анна Шнайдер – Девочка на замену (страница 4)
Можно сказать, что день прошёл под знаком Артёма Родина — от Али он так и не отстал. Не навязывался и больше не требовал перебрасываться записочками, но садился рядом на каждом занятии, неважно, на лекции или семинаре. Однокурсники косились иронично, кое-кто даже ревниво и недовольно, а Аля старалась держаться невозмутимой, хотя внутри всё переворачивалось.
Она не могла понять, нравится ей такое поведение или нет. Если верить, что Родину она искренне симпатична, — наверное, нравится. Но Аля отчего-то не верила и периодически ощущала себя актрисой на сцене. Вот сейчас режиссёр из зала крикнет: «Стоп! Снято!» — и Артём встанет и уйдёт в свою прежнюю жизнь, а она останется здесь, в однокомнатной квартире с матерью-одиночкой и младшей сестрой.
Кто бы что ни говорил, а родители оказывают огромное влияние на нашу личность. Вот и Аля, как и её мама, не верила в любовь. Особенно в любовь мажоров к простушкам — потому что когда-то у её матери так и получилось. Алину маму заметил парень из более богатой семьи, соблазнил, а потом бросил. Отца Аля так никогда и не увидела — узнав, что его девушка ждёт ребёнка, тот уехал в другой город и больше не появлялся поблизости.
Всё это стало для её мамы огромным разочарованием. Возможно, со временем оно сгладилось бы, если бы не ещё одна попытка наладить личную жизнь, оставившая после себя вторую дочь — и вновь безотцовщину. Правда, во втором случае брак был зарегистрирован, но спустя несколько лет случился развод, и Аля до сих пор помнила, сколько боли он принёс маме, которой вновь предпочли другую женщину. А ведь начиналось всё красиво, Аля и сама умудрилась проникнуться отчимом, ей казалось, что мама наконец нашла свою судьбу. Теперь же эта «судьба» лишь платила алименты на дочь-шестиклассницу, но сама лишний раз не приезжала. Другая семья, другие заботы, а вы тут как хотите.
Возможно, именно глубокое разочарование её мамы в мужчинах повлияло на Алю — так или иначе, но она ни разу не влюблялась, несмотря на то, что ей было уже двадцать лет. Ни разу сердце не дрожало, не хотелось прикоснуться и обнять, не мечтала она о романтических отношениях и ухаживаниях. Просто жила, училась и строила планы на будущее, думая после окончания третьего курса найти работу и начать по возможности помогать маме. Та ничего не требовала от старшей дочери, но Аля знала, как маме тяжело. И в своих мечтах девушка не выходила замуж за красивого парня, а покупала маме красивую зимнюю куртку, шикарный букет цветов и даже — о-о-о, это было бы замечательно! — серьги с бриллиантами. Да и сестра без подарков не останется, а то где это видано — девчонке двенадцать, а у неё ни одной модной вещи нет. Не считать же модной вещью дурацкого «Лабубу»? Это как-то несерьёзно! Вот если бы новый классный телефон с крутой камерой… Или просто хороший фотоаппарат: Рая мечтала стать фотографом. И работать вместе с Алей в одном журнале, конечно же.
В общем, в Алиной жизни как-то не было места Артёму Родину, но он тем не менее умудрился его найти. Растолкал её соседок буквально локтями и уселся рядом с невозмутимой улыбкой, будто так и надо. Будто в его вселенной это нормально: влюбляться с первого взгляда и сразу пытаться завоевать понравившуюся девушку.
А может, всё-таки спор?
Аля покосилась на Родина, который старательно записывал что-то в конспект. И удивительно: несмотря на его общий порочный вид она не могла представить, чтобы Артём на неё с кем-то спорил. Это казалось бредом, нелепостью — зачем такому парню заниматься подобной ерундой? И так понятно, что он выиграет, — ему же невозможно сопротивляться!
Осознав это, Аля ужаснулась и пообещала самой себе, что не сдастся так просто. Мама когда-то поверила её отцу, которого тоже описывала красавчиком и мажором, и вон к чему это привело. Хотя она не жалела, конечно, говорила, что иначе у неё не было бы её любимой старшей дочери, но Аля маме всё равно сочувствовала.
Значит, надо держаться.
11
— Ну что, пошли, — улыбнулся Але Артём, как только закончилась последняя — четвёртая — пара занятий, и они вышли в коридор. На часах была уже половина пятого, обедали они около часа дня, и есть хотелось зверски. — Где у вас тут приличное кафе?
— Я же говорила: сначала мне нужно за ноутбуком, — серьёзно посмотрела на него Аля, и Родин на мгновение задумался. Конечно, тут не Москва, вряд ли они потратят на визит в дом Али много времени, но всё же.
— Может, обойдёмся моим айпадом? — умоляюще сложил ладони Артём, глядя на Алю, как кот из Шрека. — Не диссертацию же пишем, доклад по экономике. Кстати, а тема какая?
— А ты не помнишь? — изумилась девушка, и Родин развёл руками.
— Так я же не преподавателя слушал, а на тебя смотрел. И кукарекал.
Аля неуверенно улыбнулась.
— Шутишь, да?
— Почти, — усмехнулся Артём. — Просто хотел тебя немного развеселить, а то глядишь волчонком. Ерунда, за час-два справимся. Будем пить кофе, есть что-нибудь вкусное — и не заметим, как справимся с докладом. Я всё-таки не двоечник, да и ты вроде тоже. Не двоечница же?
Улыбка Али стала чуть шире.
— Нет, но и не отличница. Я обычная хорошистка. Звёзд с неба не хватаю.
— А и не надо их хватать, — подмигнул девушке Артём. — Пусть падают сами.
— Как в «Мастере и Маргарите»? — засмеялась Аля. — «Сами предложат и сами всё дадут»?
— Именно.
— Кстати, никогда не понимала, что значит эта фраза, — светлые брови девушки сдвинулись. — Есть ещё и другое выражение: «На Бога надейся, а сам не плошай». И если никогда и ничего не просить, можно так и просидеть сиднем до конца дней. Все будут думать, что тебе ничего не нужно.
— Я, конечно, не Булгаков, но думаю, он имел в виду другое. Чтобы тебе что-то дали, нужно, чтобы ты сам из себя что-то представлял. И когда начнёшь — тогда сами придут и всё дадут. По крайней мере так я это понимаю.
— Да, возможно… — задумчиво протянула Аля, и Артём напомнил:
— Так чего? Поедем к тебе за ноутом или обойдёмся моим айпадом?
— Понимаешь… — Ему показалось, или девушка слегка покраснела? — Я ни разу в жизни айпады в руках не держала. Не знаю, как пользоваться. Так бы я за ноут села, нашла тебе информацию, а ты бы сидел её компилировал. А сейчас получится, что я бесполезна.
— Ну почему же бесполезна? Мы всё вместе будем делать. Искать, компилировать. Если хочешь, можешь даже руководить процессом, а я посижу и посмотрю. С удовольствием побездельничаю!
В этот раз Аля засмеялась, безошибочно распознав шутку.
— Нет уж, бездельничать я тебе не дам. Вместе так вместе. А куда пойдём?
— Ты про кафе? Понятия не имею, я у вас пока не ориентируюсь. Здесь есть рядом что-нибудь хорошее?
Аля выглядела растерянной, и Артёма кольнуло пониманием, что в кафе она, похоже, не ходила. Неужели за три года с девчонками ни разу никуда не забирались? Или просто не помнит?
— Ты у кого спрашиваешь-то, Родин, — раздался вдруг чей-то мурлыкающий голосок у него за спиной, и Артём посмотрел за плечо. Там стояла Яна — одна из девушек, которые уже к нему подкатывали на прошлой неделе, но он сделал вид, что не понял намёков. Длинноногая брюнетка с пухлыми губами и слегка пластиковым лицом. До Оли он именно с такими девушками преимущественно и встречался, и никто не залезал к нему под кожу. — Волкова у нас по кафе не ходит. Её потолок — «Вкусно — и точка». Давай я лучше твоим гидом поработаю. Я много всего могу показать, не только кафе…
— Спасибо, мы сами справимся, — хмыкнул Артём, подхватил под локоть замершую Алю и повёл девушку в сторону выхода, к гардеробу. — Вот рыба-прилипала. Я думал, такие только в Москве бывают, но ни черта. Хотя у нас их больше.
— А чем тебе Яна не понравилась? — пробормотала Аля, глядя на Родина с изумлением.
— А тебе она нравится?
Девушка растерялась.
— Так речь не обо мне…
— Сейчас объясню, чтобы тебе было проще. Вот ты смотришь на Яну — и наверняка видишь не слишком естественную девушку, ещё и не особо умную. Вряд ли ты испытываешь к ней хоть малейшую симпатию. Почему у меня должно быть иначе?
— Потому что ты парень.
— Да ты что! Правда, что ли?! — притворно ахнул Артём, и Аля фыркнула, а затем рассмеялась. — А как ты догадалась?!
— Не знаю даже, — пошутила девушка, глядя на Родина как на своего кумира. — Наверное, по имени и фамилии.
— Точно! В следующий раз назовусь как-нибудь иначе. С нами в Москве китаец учился, его звали то ли Лу Чань, то ли Чань Лу — я всё время забывал правильный порядок.
— Ты не похож на китайца, — хихикая, произнесла Аля, и залилась совсем громким хохотом, когда Артём растянул указательными пальцами уголки глаз и, гнусавя, поинтересовался:
— А воть тякэ, девуська? Тякэ похозь?
Аля покачала головой, по-прежнему смеясь, и Родин развёл руками.
— Ты меня раскрыла!
Она, кажется, совсем расслабилась — и это было просто отлично.
12
Легко сказать, но трудно сделать — эта фраза очень подходила к происходящему. Аля решила, что будет держаться, не станет поддаваться обаянию Родина, но как же это было сложно! Симпатичный и остроумный парень, который смотрел на неё с жарким интересом — испытание не из простых. Приходилось всё время одёргивать себя и напоминать о том, что когда-то произошло с её мамой, но помогало это лишь временно. Потом Артём что-нибудь ещё говорил, улыбался — и Аля чувствовала, как начинает плыть, будто глотнула шампанского на голодный желудок.