Анна Шашкина – Контакт-86 (страница 2)

– Чушь! Выдумка! – сплюнул в траву Захар на манер взрослого. Он старательно закручивал гаечным ключом цепь на велосипеде. Ему помогал Сережка, крепко вцепившись в раму. Все, кроме Мити, пришли сегодня с великами, видимо вчера сговорились без него.

– А если даже и так, пусть топают к нам сами! Им же надо знакомиться! Это они к нам прилетели! А нам и так хорошо живется! – Широко улыбнулся Захар, делая последний оборот ключом.

– Но это же инопланетное вторжение! Межгалактический контакт! – возмутился малыш терминами из псевдонаучно-фантастической книжицы.

– И че?! – Захар бросил гаечный ключ на землю и перевернул велосипед на колеса. От резких звуков и движений старшего Митя испуганно попятился. Но Захара больше увлекал велосипед: он снова присел возле него и, просматривая через заднее колесо, оценил геометрию сборки. Остался доволен, и, уже перекинув ногу через раму, закончил свою мысль:

– Мне то что от этих инопланетян будет? Жвачка или видик? А может, «варенки», как у твоего дядьки? – Захар подкатил велик к Мите и легонько дернул за край его желтенькой панамки так, что она съехала на лоб.

Все заржали над шуткой, а Митя вжал голову в плечи, присел на лавочку и больше ни с кем не заговаривал. Его трехколесный велосипед был для него уже маленьким, неудобным и пылился в сарае, а новый двухколесный мама обещала купить на шесть лет, то есть только через год. У него не было велосипеда, и он уже понял, что его не возьмут на реку. Но он надеялся, что рассказ про НЛО увлечет остальных, и его, наконец, примут в компанию. Однако над ним только посмеялись и уехали, оставив одного.

2.

В коровнике пахло сеном, теплом и коровьим говном. Бычок Воронок пока осваивался, к коровам близко не подходил, к Людмиле только начинал привыкать. Пять телок с длинными ресницами, пятнистые, холеные, уже второй год не знали отела, как умер от клеща бык Борька. Людмила любила каждую телку: Зорьку, Белку, Нюшу, Лялю и Марту. А еще ей очень нравился новый помощник, городской студентик Вовка.

Ему было всего 19 лет. Молоденький, щупленький, мышцы только проклевывались, усишки сбривал, а бороденка росла всего тремя волосками. Внук фронтовика Архипа Нефантьевича, он уж лет пять один без родителей приезжал на летние каникулы помогать деду, а в этом году вдобавок взялся за обязанности подсобного рабочего в коровнике.

Нравилась Людмиле его наивность и скромность. Видела и чувствовала она, что Вовка засматривается на нее тайком, чувствовала его взгляды на себе. Но между ними было десять лет разницы в возрасте, деревня и город, параллельные вселенные. Она улыбалась, умилялась и дразнила его.

Людмила доила Лялю. Ладная, пышногрудая, толстозадая, она сидела на низенькой скамейке, широко расставив ноги, и дергала за сочные розовые соски. Молоко лилось в ведро тугими белыми струями. Женщина вспотела, кожа ее увлажнилась, Людмила сдула непокорную прядь со лба и глянула на помощника. Вовка занес копну свежего сена.

– Не тяжело?

– Да нет, – на распев, скрывая робость ответил Вовка. Он прятал глаза, но все время глядел не впопад: то на вымя Ляли, то на грудь Людмилы.

– Ну смотри, еще надо будет вычистить коровник. Но это после обеда, – Людмила прищурилась, ожидая реакции городского мальчишки. Может, откажется, побрезгует. Конечно, ему платили за подработку, но работа была тяжелая и грязная. Вовка согласно кивнул и хотел было убраться на улицу, но Людмила окрикнула:

– Стой! Молока-то хошь?

– Можно, – нерешительно кивнул паренек.

Женщина встала, оправила задранную на ляжках юбку, подтянула из-под коровы ведро и налила молоко в железную эмалированную кружку с отбитым краем.

– Мо-о-ожно, – протянула она на манер коровьего мычания, и дала кружку Вовке. Сама же довольно скалилась и щурилась, пока он пил теплый густой напиток.

– Ишь ты, усишки замарал, – Люда отерла ему губы горячей ладонью, неожиданно приблизилась и поцеловала.

Он втянул носом воздух, выпучил глаза, но не отстранился. Его коснулись мягкие груди, его губы стали целовать ее губы. Он замер и боялся даже моргнуть, чтобы не разбить это мгновение, словно стеклянный елочный шар.

А вот Ляля решилась. Корова протяжно замычала, требуя внимания и продолжения дойки. Молоко капало прямо на землю с набухшего вымени.

Людмила отстранилась от Вовки, раскрасневшаяся, запыхавшаяся. Она мельком глянула на животное и снова повернулась к студенту.

– Приходи вечером, часов в семь.

– Угу, – только и смог ответить ошалелый от возбуждения Вовка. Она погладила его по щеке и нехотя пошла обратно к Ляле.

Митя остался один на один с песочницей, пеньками для прыганья и качелями. У самого входа под раскидистыми ветками яблони на лавочке сидели двое стариков: баба Клава и дед Архип. Никто никогда не видел, чтобы они общались между собой. Но они каждые день с самого утра проявлялись на этом месте, как образы на фотоснимке, наверное, с момента строительства магазина.

Митя хотел заговорить со стариками, но их каменные изрезанные морщинами лица не вызвали доверия мальчика. И он продолжил выдумывать игру с палочкой, камушками и муравьями, тропинку которых разглядел возле скамьи. Время текло незаметно, воздух накалялся жаром полудня. Утренний птичий гомон и жужжание мух стали притихать, все живые существа прятались в спасительную тень. Один Митя уныло копошился на детской площадке под яростными лучами солнца.

Ему очень хотелось узнать, что там вдалеке светилось вчера вечером. И если это была действительно летающая тарелка, то нужно было обязательно познакомиться с инопланетянами. Малыш выложил на земле из серых галек размером с горошину правильный круг, в котором теперь бегала пара отрезанных от собратьев муравьишек. Он представил, что это инопланетяне, которые носятся внутри своей летающей тарелки и готовятся к встрече с землянами. Как же они волновались перед этим событием!

– Привет! – сказал долговязый худой мужчина. Он неслышно подошел к Мите и заслонил собой солнце. Митя посмотрел в лицо взрослому, но солнечные лучи, ореолом окружающие его голову, не дали разглядеть черт лица с первого взгляда. Поэтому мальчик встал с корточек и прищурился, держа панамку на затылке, чтобы она не слетела.

– Здравствуйте, – ответил он тоненьким голоском незнакомцу.

– Ты чего один играешь? Где друзья?

– Они уехали на реку. У них велики, – окончание фразы было окрашено нотами сожаления.

– А у тебя нет велика?

– Мама подарит на день рождения, когда мне исполнится шесть, – Митя отмахнулся от мухи и продолжил разглядывать собеседника. Мужчина был одет по-простому: серые брюки, черный ремень, рубашка бледно-желтого цвета. Так одевалось большинство деревенских жителей, никаких примечательных деталей. Волосы невзрачного темно-русого цвета. Только глаза можно было назвать необычными: они казались неестественно блеклыми, не зелеными и не голубыми, и не серыми. Хотя, может просто мальчик не рассмотрел из-за того, что был ослеплен солнцем.

– Хорошая у тебя мама, – сказал мужчина, – А папа что подарит?

– А папа – ничего. Он в город уехал, когда мне полтора годика было, и не вернулся, – просто ответил малыш, не чувствуя боли утраты.

– Жаль, – мужчина перевел взгляд с мальчика на луг за дорогой и обратно, – А ты видел вчера, как небо светилось?

– Видел! – вскрикнул Митя, наполняясь радостью: наконец-то кто-то спросил его о самом интересном, – Вы тоже видели?! Во все небо свет был! Это НЛО, точно НЛО! Только далеко отсюда. Там, за клеверным полем!

– Да, я видел, – подтвердил высокий незнакомец и снова посмотрел своими выгоревшими глазами вдаль, при этом на лице его промелькнула тень улыбки, – Прилетели.

– Вот бы увидеть их поближе! – мечтательно выдохнул Митя, – Интересно, они понимают по-нашему? Наверно, понимают. Или у них есть переводчик. Наверняка, им тоже интересно с нами познакомиться. Жалко, что у меня нет велика, я бы сам к ним поехал, чтоб быстрее увидеть их!

– Так пойдем вместе, – предложил мужчина, не сводя пристального взгляда с малыша.

Митя прищурился и еще раз внимательно осмотрел нового знакомого. Остановил взгляд на зеленом бидоне в руках того. Бидон блестел новой эмалью и гладкими ровными боками, будто был только что с витрины магазина. В таких носили пиво или квас. Митя сглотнул слюну при воспоминании о прохладной кислой жидкости. Но спросить о том, какой же напиток в бидоне, и попросить утолить жажду он постеснялся.

– Дядя, а вы кто?

Мужчина помедлил, словно вспоминал или придумывал себе роль. Пальцы его несколько раз крепче сжали алюминиевую ручку бидона.

– Я новый учитель в сельской школе. Преподаю физику и астрономию.

– Ого! Тогда пойдемте скорее! Раз вы учитель, вы с ними быстро найдете общий язык! – мальчик бросил палку и схватил нового знакомого за руку, – Только надо торопиться, пока они не улетели обратно!

Митя потянул учителя в сторону бескрайнего пушистого луга, поросшего розовым васильком и махровым вейником, туда, куда закатился большой белый шар, где закончилось небесное сияние.

Солнце между тем прошло зенит. Жара раскалила воздух. Старики, что сидели с утра у магазина, разбрелись по домам на обед и теперь отдыхали перед вечерними посиделками. Продавщица Машка подставила широкое круглое лицо к ручному вентилятору и так спасалась от жары и скуки в магазине без покупателей. Участковый Семочкин Роман Первомаевич понижал температуру тела, сидя у себя в кабинете за рабочим столом и обмахиваясь фуражкой.