Анна Шаенская – Жемчужная невеста (страница 53)
– Дар Мари спящий? – уточнил, отгоняя мысли о прошлом. Его уже не изменить, в отличие от настоящего и будущего.
– Да, – подтвердил Алваро, – крылья не инициированы, я ни разу не слышал от дочери всплеска хрустальной магии.
– Кто-то ещё знал о тайне Анариэль?
– Только её родители, – немного подумав, ответил император, – до этого хрустальный Дар был у её прабабки по материнской линии. Больше мне ничего не известно.
В том, что Алваро тщательно изучал родословную супруги, выискивая и уничтожая все зацепки, способные раскрыть её тайну, я не сомневался. Если не нашёл он, значит копать глубже бесполезно. Но о прабабушке придётся разузнать побольше. Скорее всего, Балтимеры вышли на секрет Мари именно через неё.
– Ты сказал, что тварь не знает на кого охотится, – Алваро неожиданно сменил тему. Разговор об Анариэль давался ему слишком тяжело.
– Почувствовав жертву Охотник может переместиться к ней, пройдя сквозь любую защиту, – пояснил, – щиты дворца не удержат его. Твари передвигаются с помощью отражений...
– Это мне известно, – перебил меня император, – для телепортации кузнечику достаточно поймать отражение жертвы на любой зеркальной поверхности.
– Знай Охотник правду, ему не составило бы труда прийти за Мари, но судя по избранной тактике личность фэйри для него пока загадка, как и её точное местонахождение. Поэтому он и зовёт её, заманивая в паутину снов. Хочет запугать и заставить призвать крылья.
– И ты знаешь, как уберечь мою дочь от опасности? – прямо спросил Алваро.
– Вы годами скрывали Анариэль от Охотников, вплетая в её ауру свою магию и «заглушая» перезвон хрустальных крыльев, – дождавшись, пока император кивнёт, я сразу перешёл к делу, – предлагаю использовать ту же методику. Ортега упомянул, что у нас с Марианной практически абсолютная совместимость.
Разговор вышел на тонкую грань, но я слишком хорошо знал Алваро, жизнь дочери для него превыше всего.
– Хочешь встретиться с ней и проверить реакцию дракона? – император понял намёк и пока не спешил отказываться от моего варианта. Успех от переливания магии немного смягчил его, заставив пересмотреть отношение к пророчеству и моему иномирному прошлому.
– Знаю, вторая ипостась пока спит, но если мой зверь признает её, этого будет достаточно, чтобы поделиться защитой, – ответил прямо, утаив, что Кадир УЖЕ признал Мари.
– Драконица просыпается, – неожиданно признался Алваро.
Об этом я узнал раньше него, но ничем не выдал себя.
– Инициация второй ипостаси может спровоцировать и появление крыльев, - добавил, осторожно подталкивая императора к правильному решению, – лучше не затягивать с проверкой.
Когда фэйри ушли в тень, их магия перестроилась, позволяя эффективнее скрываться от преследователей, а хрустальная ипостась стала фантомной, не влияющей на основную. Дар фэйри мог пробудиться у кого угодно: оборотницы, драконицы, нагессы, при этом девушка не теряла способность к обороту, сохраняя основную ипостась и получая дополнительную – хрустальную, проявляющуюся лишь в момент призыва крыльев.
Мари останется драконицей, независимо от того, проснётся хрустальный дар полностью или останется спящим, но получит дополнительные способности, которые придётся скрывать от всего мира. И чем быстрее я смогу дать ей свою защиту, тем лучше.
– Первая встреча пройдёт под моим контролем, – голос императора звучал напряжённо и глухо. Решение далось ему нелегко, но всё же, это была победа. – И ещё... Мари нестабильная и очень эмоциональная, пока не решим вопрос с её защитой она ничего не должна знать о Даре матери и Охотнике. Это может напугать её и спровоцировать новый приступ.
С этим решением я был категорически не согласен.
Учитывая деятельный характер моего сокровища, молчание может обойтись нам очень дорого, но в глазах Алваро плескались сталь и лёд. Он исчерпал лимит уступок и спорить бесполезно.
– Хорошо, клянусь, что принцесса не узнает о нашем разговоре, – сдержанно ответил.
Позже, мы обязательно к нему вернёмся, главное, чтобы Мари не успела начать своё расследование.
ГЛАВА 29: Шторм в моей крови
Знойный летний ветер ворвался в спальню, принеся на своих крыльях томный аромат разморенных солнцем цветов и трав. Несмотря на вечернее время жара не спадала, но я слишком устала сидеть в комнате и отменять вылазку не собиралась.
– Люсьена, найди моё персиковое платье из суэрского шёлка, – попросила, заплетая волосы в косу и придирчиво рассматривая своё отражение.
Стараниями целителей и Саифа самочувствие стремительно улучшалось. Кожа уже не поражала болезненной бледностью, а чернильные разводы полностью сошли, как и багрово-фиолетовые круги под глазами. Только слабость давала о себе знать, проявляясь внезапными головокружениями, а блокиратор по-прежнему напряженно реагировал на любую магию, кроме штормовой энергии дракона, моих духов-хранителей и целителей.
Из-за этого отец запрещал мне покидать комнату, боялся, что любой магический всплеск неподалёку спровоцирует новый приступ. Мне стоило огромных усилий убедить его, что небольшая прогулка в компании Саифа пойдёт на пользу.
– К платью подать мягкие домашние туфельки? – уточнила Люсьена. – Или...
– К каблукам пока не готова, – честно призналась. Координация до сих пор хромала, поэтому одеваться на прогулку как на бал не собиралась. Но и торчать в комнате не было сил!
Пять дней взаперти! Если бы не книги Саифа и его визиты, точно сошла бы с ума от тоски и скуки. Одно хорошо, после случая в саду Балтимеров ко мне не подпускали, а обычную стражу сменили Хранители.
Здоровенный, похожий на скалу командир Лейри нравился мне куда больше Брана и его змеиной матушки. От дракона веяло силой и мощью, а ещё, несмотря на неразговорчивость и мрачность, он казался искренним и настоящим. Сама не знала, как это объяснить, но Саад Лейри сразу вызвал доверие и со своей работой справлялся безупречно.
За время его дежурства меня никто не потревожил, даже кошмары начали сходить на нет. Хотя я подозревала, что дело не только в надёжной охране. Саиф приходил ежедневно, и если поначалу отец зорким коршуном кружил неподалёку, то убедившись, что магия дракона идёт мне на пользу, успокоился и позволил нам видеться.
Я чувствовала, что он что-то недоговаривает, но Саиф попросил не поднимать эту тему. Его слова подтвердили догадки, что между ним и Алваро состоялся важнейший разговор, но отец, как всегда, решил всё за меня и запретил рассказывать подробности. Это злило, я ведь давно не ребёнок и не раз доказывала, что не нуждаюсь в чрезмерной опеке. Но спорить не стала. Видела, как тяжело даётся Саифу этот разговор.
Попытки разжиться информацией у целителей тоже не увенчались успехом. Ортега поклялся, что Алваро не рассказывал им ничего нового, лишь официально одобрил моё общение с владыкой.
Раньше я бы ужасно обиделась и устроила скандал, но недавние события заставили на многое взглянуть иначе. Мой мир перевернулся, всё усложнилось ещё больше, но... были и свои плюсы.
Отец перестал заводить разговоры о свадьбе с Аргваром! Младший брат Саифа помогал с расследованием и в последние дни мы часто виделись, но исключительно по работе и в присутствии моего дракона. Спрашивать у отца о планах напрямую пока боялась, зато поговорила с Саифом. Он подтвердил, что Алваро отказался от этой идеи, но подробностей пока рассказать не может.
Ещё одна тайна... знал бы отец, как мне «дорога» такая забота!
– Ваше Высочество! – пока размышляла, Люсьена подготовила наряд и платье зависло в метре от меня. – Позволите помочь?
– Я сама, – отмахнулась.
Из-за слабости в первые дни я даже встать с кровати не могла без посторонней помощи! Это было так унизительно, что едва восстановившись, я старалась всё делать самостоятельно. По мере сил, конечно, без лишнего геройства, но всё же.
– От Ортеги сообщений не поступало? – уточнила, покосившись на заряжающийся в углу магограф. Рядом с ним сидел Гортензий, задумчиво изучая лесограмму от сэра Дубовича.
– Нет, – отозвался дух, – и тебе привет от лесного братства! Белки очень переживают...
– Передавай им пламенный привет, – улыбнулась, – надеюсь, скоро сможем увидеться!
Мысли о возвращении в Оейр не покидали меня уже несколько дней. Столица давила, хотелось хоть на пару дней вернуться в лес и вдохнуть полной грудью. Но пока шло расследование об этом можно даже не мечтать.
Увы, дело продвигалось очень медленно... Мои надежды, что целители обнаружат в резервах прядильщика следы Балтимеров, пошли прахом. Айролен с Суаресом просеяли каждую каплю съеденной пауком магии и вынесли вердикт, что Тереза ни разу не пыталась воздействовать на меня, только «одалживала» личные вещи, сцеживая по капле огненную магию и отдавая сыночку.
Об этом мне рассказал Саиф, только судя по напряжённому лицу дракона, он и здесь чего-то не договаривал. Настаивать не стала, сообразив, что без запретов отца не обошлось, а любимый поклялся рассказывать всё, что сможет. Так я узнала о гребне и о том, что за Терезой теперь следит его дух Гаруда.
Вернее, следил. Вчера кобра внезапно покинула дворец, сославшись на болезнь мужа и заперлась в своём особняке. Там она была вне зоны доступа, но Гаруда наблюдал за змеиной резиденцией и ждал, пока леди Балтимер выползет наружу.