Анна Шаенская – Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму (страница 19)
Даже Небо оплакивало гибель великого командира и всех, кто сегодня сражался за этот мир…
— Прощай, Джайна, — прошептала, чувствуя как ледяные капли дождя смешиваются с солеными дорожками слёз, — прощай… — повторила словно в трансе, вплетая в музыку свою горечь и печаль.
Скрипка рыдала вместе со мной… Скорбела и звенела, сливаясь с эхом фантомных клинков. Казалось, тени солдат, уцелевших благодаря Джайне, пришли проводить своего командира.
Райан… Я вдруг почувствовала его отчаяние, хотя расстояние между нами казалось огромным, и мы с императором никогда не были близки.
Но сейчас моя музыка была спасением и путеводной звездой не только для Дамира. Ведь он потерял сестру, а Райан… любовь.
— Играй ведьма… Боги слышат твою скорбь и мольбу, — вдруг эхом прошелестело у самого уха и струны скрипки охватило золотое свечение.
Музыка, которая вначале казалась тихой, почти фантомной, вдруг зазвенела громче битвы и магической грозы. А слёзы хлынули ручьём, застилая взор ядовитой пеленой.
Пронзительная песнь скрипки, рокот Расколов и магия…
Оглушительная, дикая, полная страдания и тоски. Я вдруг услышала в ней отголоски той самой энергии, которая бушевала под куполом Роксаны. Но через миг она развеялась пылью и мир утонул в ослепительном сиянии.
Золото струн и искры, срывающиеся с моего смычка. Пламя, пляшущее вокруг и разрастающееся вихрем до небес, чтобы через миг рассыпаться сотней тысяч мотыльков. Таких же призрачных, несущих в себе частичку древней магии и отголоски моей Симфонии.
Они разлетались во все стороны, танцуя с чёрным пламенем Дамира. Мои ментальные щиты дрожали, едва сдерживая его скорбь. И я по-прежнему не чувствовала связи с его человеческой ипостасью, но кровавая пелена начала отступать вслед за алым маревом Расколов.
А на месте, где ещё недавно возвышались Столбы Кошмаров, разрасталась новая Стена Скорби…
Огромная, нерушимая, сотканная из боли и ярости Дамира. Из молитв тех, кто сумел спастись, из моей музыки и души…
Казалось, сердце каждого, кто остался здесь, стало её частью и источником.
Расколы схлопывались один за другим, сгорая в этом пламени и скорби Тёмного Бога. А моя Симфония звенела всё громче, теперь заглушая даже эхо угасающей мелодии Роксаны.
ГЛАВА 9.1
Её купол осыпался, обнажая руины, оставшиеся от Штормового гарнизона.
Огромный штаб исчез, словно его никогда и не было. Ничего живого вокруг, только пустота, кажущаяся бесконечной. И статуя хрупкой девушки, держащей в руках скрипку, мерцающую зачарованным золотом.
Она единственная уцелела в этом хаосе, возвышаясь над пеплом и обломками. У её ног на пьедестале, украшенном каменными розами, лежало тело Джайны.
Я даже отсюда узнала её алые словно кровь волосы…
Боль сковала сердце и рука, держащая смычок, дрогнула. Мелодия сорвалась в протяжный стон… Вдруг я услышала шелест огромных крыльев и меня накрыло тенью дракона.
Дамир…
Он закончил возводить Стену последней Скорби и его ярость утихла. Осталась лишь пронзительная тоска. А вслед за ним я услышала и эмоции Райана!
Он тоже спешил сюда.
Хвала Богам! Император уцелел в этой жуткой бойне. Только и от него фонило такой же нестабильной магией, как и от Дамира. Их отчаяние и горе были слишком велики.
Я вновь закрыла глаза, сосредотачиваясь на последней Симфонии. Вплетая в неё магию своей души, всю силу и надежду. Музыка лилась будто молитва и искры, срывающиеся со струн, разлетались над поляной стайкой зачарованных светлячков.
— Услышь меня, молю… — прошептала, облекая чувства в музыку.
Касаясь этой магией сердца своего дракона. Забирая боль, сгорая вместе с ним, и в то же время, уводя его за собой, как можно дальше от этой бездны. Направляя к свету, в живой мир и будущее, которое ещё можно спасти.
— Ты не можешь умереть, не можешь оставить меня! — взмолилась, чувствуя, как душа Дамира ускользает. — Джайна не желала этого…
Она не хотела забирать с собой других. Не хотела, чтобы Райан страдал, поэтому и отталкивала его…
Отчаяние в моем сердце вдруг сменилось гневом. Я мечтала найти того, кто устроил эти Расколы и скользнуть смычком уже не по струнам, а его горлу…
Чудовище… Ненасытное, мерзкое… Я не представляла, кем нужно быть, чтобы пойти на такое. Но вслед за моей злостью вспыхнула и ярость драконов.
Нет, нельзя! Я не могу сорваться, я должна вывести их из этого безумия. Стать для них алой нитью, которая позволит человеческой ипостаси вырваться из пучины забытья.
Я спасу Дамира и Райана! Это мой долг и последнее, что я могу сделать для Джайны.
— Играй, ведьма… — вновь прошептала.
Статую Роксаны вдруг охватило золотистое сияние, а к моей скрипке присоединилась вторая. Её пение было нежным и тягучим, обволакивающим словно густой туман. В нём растворялась горечь утраты и, казалось, раны на наших душах затягиваются от этой музыки.
Симфония спасения…
Подарок Богини и дань уважения той, кто отдал свою жизнь, чтобы спасти сотни других.
— Ррр-р-рарх! — рычание Дамира раздалось совсем близко и я распахнула глаза, едва не сбившись с ритма.
Он приземлился шагах в десяти от меня. От его тела растекался чёрный туман, а глаза горели золотом. Но штормовая магия Тёмного Бога звучала всё тише.
Дамир не переродился! Дракон засыпал, уступая место человеческой ипостаси.
— Очнись, любимый, — повторяла сквозь слёзы и продолжала играть.
Я стану твоим светом, проведу сквозь хаос и тьму… Только вернись ко мне, не разбивай моё сердце. Оно не сможет биться без тебя…
Дракон вновь протяжно зарычал. Его тело пошло рябью и он начал стремительно уменьшаться.
Получилось… Хвала Роксане, у меня получилось!
ГЛАВА 9.2
Тьма отступала… А вместе с ней и жажда крови. Сквозь безумие, охватившее мой разум, я слышал надрывное пение скрипки и голос… нежный и чарующий, любимый.
Рейвен… Она играла для меня, вкладывая в Симфонию всю магию и душу.
Моя прекрасная Лилия…
Благодаря ей я больше не хотел убивать. Ярость сменилась опустошением. Враги повержены. А моя скорбь стала нерушимой Стеной, обрушить которую уже не сможет ни одно чудовище. Даже её создатель.
Тот призрак… Я видел его тень под куполом. Он сражался с Роксаной.
Мастер Пепла и Скорби… Тот, кто однажды создал Стены, разделяющие мир живых существ и порождений Тьмы. Он единственный знал о слабостях Стены и, похоже, намеренно сделал её уязвимой, сохранив за собой право вечно влиять на неё.
Он мог с лёгкостью уничтожить как свое творение, так и чужое. Но сегодня он ошибся, появившись здесь.
Благодаря Роксане я смог сжечь все нити, связывающие его с духами Вечной Скорби. Новая Стена не просто укрепила Завесу, а намертво проросла в неё. Она больше никогда не рухнет.
Я отдал большую часть божественной магии, чтобы навсегда защитить Эленвар от Расколов. Мне уже не стать истинным Тёмным Богом, но об этом я ни капли не сожалел. Моя душа рвалась на части от того, что я не смог защитить сестру…
Боль пронзила сердце и я зарычал, опускаясь на выжженную землю. Купол Роксаны развеялся, теперь я видел то, что осталось от Штормового гарнизона и… тело Джайны.
Оно покоилось у ног Богини.
— Ррр-р-рарх!
Ярость и отчаяние вновь затмили разум, но Рейвен продолжала играть, не позволяя мне сорваться и утонуть в кровавом мареве. Я начал обратную трансформацию, пока связь с человеческой ипостасью вновь не поглотила Тьма.
Оборот прошёл быстро и грубо. Силы покинули меня и раны, полученные в драконьей форме, частично перешли на человеческое тело.
Я рухнул на колени, зажимая рану на боку. Магия Тёмного Бога сочилась из неё вместе с кровью, но тратить остатки маны на себя я не собирался.
— Дамир! — испуганно закричала Рейвен и бросилась ко мне. — Дамир! Нейтрализатор, скорее…
— Нет, — я вскинул руку, останавливая её. — Мне нужна Тьма. Нужна…
Рей замерла, прижав ладони к груди. Я чувствовал её боль и страх…