Анна Шаенская – Невеста Пламени. Беглянка (страница 17)
– Ты противоречишь сама себе. Если она сумела сбежать и спасла наших людей даже без магии, то как может быть слабой? – разговор слишком утомил, но я решил зайти с другой стороны. – И с каких пор сила мага измеряется только его резервами? Если ты забыла, напомню – она подчинила призраков Нижнего мира. Её Дар уникальный и может помочь нам спасти твоего истинного.
Последние слова попали в цель и в глазах Тайки вновь проснулась надежда.
– Вспомни пророчество. Пять избранных дев должны объединиться, чтобы уничтожить Ангаарха, – продолжил, – Звезда – та, кто положит начало переменам и подарит миру надежду. Сердце – источник, она напитает аркан судьбы своей Силой. Грешница – дева, чья жертва изменит будущее.
– Королева – магесса, способная объединить отверженных и повести за собой в последний бой, – не сдавалась Тайка, – и Воительница – та, кто нанесёт последний удар. Она самая сильная и могущественная…
– Нет! Воительница никогда не была самой сильной, – покачал головой, – она Судья! Та, кто стоит на страже Равновесия и заставит чудовище заплатить за всю пролитую кровь. Её сила не в боевой магии, она единственная способна дарить как вечное проклятие, так и прощение. И даже Страж признал её власть.
Тайка вздрогнула и с шумом втянула воздух. Амадиса она откровенно боялась. Интересно, как бы ведьма отреагировала узнав, что мы родные браться и на самом деле я намного опаснее?
– Тогда почему Акен выглядел недовольным? – наконец, произнесла.
Брат ненавидел это прозвище, но настоящее имя Тени называли лишь избранным, а среди живых сложно оставаться безымянным, поэтому со временем он смирился. Хотя на Стража по–прежнему отзывался охотнее.
– Магия Воительницы нестабильна и пока слишком сильно влияет на Купол, отделяющий Живой мир от Бездны, – пояснил, – ему пришлось стирать следы её колдовства и стабилизировать магические потоки Оникса. На это ушло много Силы, а его резервы и так выжаты после поисков Даррелла.
О том, что за все жизни и круги перерождений я в принципе ни разу не видел брата довольным, умолчал.
– Ну… учитывая, что её не обучали использовать Дар Великой Судьи, для первого раза она и впрямь справилась неплохо, – нехотя процедила Тайка.
Она признала поражение и сложила оружие.
– Но всё же я бы не спешила с выводами насчёт Воительницы. Её руна в храме Вечности так и не зажглась, и мы не получили подсказку, где искать Грешницу.
– Руна вспыхнет, когда она научится использовать свою Силу, – напомнил.
Магия Великих дев просыпалась по очереди.
Воительница, Грешница, Звезда, Сердце и Королева.
Когда одна из них обретёт Силу, в храме Вечности вспыхнет её руна и появится подсказка, где искать следующую. Но у меня была фора.
Я знал, что Сольенне суждено стать Воительницей и забрал её до того, как Дар вошёл в полную Силу и Ангаарх понял, чья душа попала в тело его дочери.
– Да, ты прав, – вздохнула Тайка. – И… если предложение обучать её Танцу с клинками ещё в силе… – она запнулась, наткнувшись на мой настороженный взгляд. – Гаррет, я готова поклясться жизнью, что не причиню ей вреда. Но сейчас эти тренировки нужны мне даже больше, чем ей. Ты ведь сам сказал, что её магия может помочь спасти Даррела, а физические нагрузки ускоряют пробуждение Дара.
Фехтование было страстью, которую Сола пронесла сквозь все круги перерождений. В одной из прошлых жизней я мог часами наблюдать за её тренировками и выверенными, отточенными движениями.
Я хотел бы сам стать её наставником и использовать наши занятия, чтобы ускорить пробуждение воспоминаний. Но сейчас это невозможно. Пока Сольенна вновь не обрела крылья, моя магия опасна для неё. Мне нельзя долго находиться рядом. Я и так едва не перешёл черту, когда возвращались в Бездну. Не следовало касаться её, только от близости истинной самообладание и здравый смысл разлетелись на осколки.
Я не сдержался. Слишком долго ждал и хотел хоть ненадолго заключить её в свои объятия не во сне, а наяву.
– Гаррет? – голос Тайки вернул в реальность.
– Я подумаю, – ответил.
– Хорошо, только…
Закончить она не успела. Аша зачирикала, сообщая о приближающихся гостях, и вскоре из коридора послышались шаги.
– У твоей птички чуйка как у тварей Паутины, – Тайка задумчиво покосилась на сойку.
– Пиррь, пиррь? – та бодро отозвалась, продолжив как ни в чём не бывало раскачиваться на жердочке.
О том, что в теле птички обитает душа могущественной магички, и в прошлом воровки, перешедшей дорогу одному из учеников Творца, в штабе знали только Амадис, Ядвига и Кэйгар.
Остальные подозревали, что сойка не так проста, как кажется. Но могли лишь догадываться, кто скрывается под её личиной.
– Тебе нужно отдохнуть, а меня ждёт работа, – усмехнулся, отпуская Тайку.
А через миг в двери постучали и раздался голос Маркуса.
Он привёл Солу.
ГЛАВА 10: Дева Серебряного пепла
Маркус, мой провожатый, оказался тем самым магом из леса, которого я спасла. В отличие от костяной ведьмы и её дракона, он не пострадал физически, а лишь растратил всю магию, поэтому целители быстро поставили его на ноги.
Вначале удивилась, ведь после ритуалов Ангаарха и магического истощения я неделями не могла самостоятельно встать с постели и передвигалась, опираясь на служанок. А молодой маг уже вовсю носился по штабу, выполняя мелкие поручения.
Но дорога к Гаррету оказалась не близкой и, не удержавшись, я всё же рискнула распросить его. Ответы поразили.
– Мы все здесь мутанты, – бодро ответил парень, – ну, за редкими исключениями. Не сравнивай нас с обычными магами. Наши тела изменены.
– И твоё тоже? – удивилась, окинув его беглым взглядом.
Молодой, навскидку чуть старше меня. Конечно, сильные маги легко скрывали возраст и на деле ему может оказаться пара сотен лет. Но всё же я ставила на то, что мы ровесники.
Парня выдавал взгляд. Слишком ясный и открытый, горящий нетерпением. Взгляд того, кто даже познав горечь и боль, всё равно спешит жить и ещё не знает цену времени.
– Да, меня тоже изменили магией, – Маркус остановился и принялся развязывать пояс на тунике. – Вот, смотри, – он задрал одежду и обнажил покрытый плотной чешуёй живот.
Точно такие же пластины "украшали" тела Охотников!
– Меня только начали менять, когда маги Северного крыла напали на подземную лабораторию. Так что я счастливчик, – усмехнулся Маркус, – особенно, если сравнивать с той же Ядхой. Ангаарх испытывал на ней яды, разрывающие связь между ипостасями. Хотел научиться отделять дракона от человека.
Ядвига драконица?! Неожиданно…
– Эксперимент зашёл в тупик, один из образцов, лишённых человеческой ипостаси, вырвался и разгромил половину лаборатории, – продолжил Маркус, – в это время Ядвига и Эрен попытались сбежать, но их поймали и жестоко наказали. А после выбросили умирать на болота.
– Эрен… Целитель с зелёными волосами? – уточнила, вспомнив парня, которого видела на пристани.
Тогда я решила, что цвет волос означает схожесть магического Дара. Но похоже, это результат чудовищных экспериментов Ангаарха.
– Их нашли в таком состоянии, что никто не верил в успех. Особенно досталось Ядхе, – голос Маркуса дрогнул от ярости и на скулах проступила изумрудная чешуя. – Кэйгар буквально вытянул их с того света, а генерал впоследствии научил использовать новые возможности.
– Возможности? – нахмурилась. – Разве они могут пробудиться после такого? Её ведь лишили дракона!
– Магические существа уникальны и тяжёлые лишения иногда открывают для нас новые двери, – пояснил Маркус, – Ядха всегда была сильным телепатом, но после пыток Ангаарха она получила абсолютный иммунитет к ядам и научилась на время передавать его другим. Она способна нейтрализовать любую отраву, а если сильно вспылит, то может и, наоборот, отравить всё, что находится поблизости, – сообщил он, переходя на заговорщический шёпот. – Нашу Ядушку лучше не злить!
– Не буду, – пообещала.
Теперь понятно, откуда это странное имя и почему такой сильный телепат работает в лазарете.
– Яда одна из сильнейших магов Северного крыла, – продолжил Маркус, – и, кажется, она благоволит тебе…
– Наверное, просто жалеет, – смутилась. – Моя сестра серьёзно больна…
– Ядха не умеет жалеть и сочувствовать, – перебил Маркус, – ей выжгло эмпатию и человеческие эмоции. Она мыслит как голем, и делает исключения лишь для тех, кто напоминает ей кого–то из прошлой жизни. Так она повторяет старые чувства и пытается вжиться в образ, чтобы вновь научиться испытывать эмоции.
– Почему ты говоришь мне всё это? – насторожилась. – Я ведь чужачка!
– Крыло не берёт пленных, – фыркнул Маркус. – Если ты здесь и живая, значит уже наша. К тому же ты спасла меня, Кетти и Джагру. По законам Бездны наши жизни принадлежат тебе…
– Нет! – вскликнула. – Вы… ты ничего мне не должен!
– Должен, и намерен вернуть долг! – голос Маркуса неожиданно стал злым и холодным. – Не смей лишать меня этого права!
Вот же ж… Я ничего не знала о законах Бездны. В Алой цитадели эта тема считалась запретной. Все книги о реке Времени и Колыбели миров хранились в закрытой части библиотеки, доступ к которой был только у Ангаарха.
Пару раз я пыталась просочиться туда в облике фантома, но улов оказался небогатым, зато риск – колоссальным. Охрана библиотеки не уступала щитам над подземными лабораториями. Я быстро оставила эту затею и сосредоточилась на знаниях, которые могла получить, не рискуя осыпаться пеплом без права на воскрешение.