Анна Шаенская – Истинная на полставки (страница 27)
Гвардейцев катастрофически не хватало, новости о тяжело раненых или погибших звучали всё чаще. Рамону даже пришлось подтянуть на границу резервы, до этого помогавшие следить за порядком в столице.
Поступок императора и раньше казался странным, но теперь я чётко видела за всем этим руку советника. При таком раскладе Сорель, полностью контролирующий не только стражу с инквизицией, но и бандитскую гильдию, фактически становился Серым кардиналом столицы, получая едва ли не больше власти, чем сам император.
Отсюда возникал другой вопрос. Так ли ему нужна Этелия? Или настоящей целью было устранение её брата?
— Второй раз Её Величество попыталась воззвать к супругу после того… — Мишель запнулась и побледнела, собираясь с духом, — после того, как советник едва не взял её силой.
Последняя фраза захлебнулась в звонком треске. Рамон сжал подлокотники кресла с такой силой, что раскрошил их удлинившимися когтями.
— Когда Этелия рассказала об этом императору, тот отреагировал странно, — Валентэ нервно потеребила длинный рукав платья. Её волнение было практически осязаемым, она понимала, что затронула опасную тему и, кажется, я догадывалась, к чему всё идёт. — Вначале он застыл столбом, а затем накинулся с чудовищными обвинениями и приказал страже запереть её в апартаментах. Солнцеликая почти неделю просидела под арестом, император выпустил её лишь перед балом, чтобы не плодить слухов.
— В прошлом месяце Её Величество неделю лежала с лихорадкой, — припомнил Рамон.
— Да! Именно так всё объяснил император, — кивнула Мишель. — Уверена, с подачи Сореля! Это он всё придумал и как-то воздействует на владыку…
На миг в комнате повисла звенящая тишина. Слова эльфийки подтвердили мои худшие подозрения. Император явно не в себе, но как вышло, что его служба безопасности ничего не заметила? Неужели, Сорель и их подмял под себя?
— За последние десять лет советник постепенно заменил всю внутреннюю охрану дворца и новую стражу отбирал лично, — пояснил Рамон, едва озвучила свои догадки, — так что, да. Он полностью контролирует охрану правящей четы, за исключением небольшого отряда императрицы, расформировать который он не имеет права.
Тоска и безысходность накрыла с головой. Сорель действовал подобно чуме, растекаясь по империи ядовитым туманом и отравляя всё, к чему прикасался. Но в то же время, я не могла отрицать очевидное, инкуб — гений интриги! Так всё спланировать, столько лет методично отвоёвывать власть, превращая действующего императора в послушную куклу и проворачивая свои дела за его спиной…
— Перед тем, как назначить вам встречу в «Чайке», я была в главной Библиотеке целительского ковена, искала информацию о проклятии, — заметив, как вытянулось моё лицо, эльфийка тут же добавила, — я замела следы! Обставила всё так, будто готовлю доклад для Совета, чтобы на следующем заседании поддержать ужесточение закона о торговле истинностью.
— Вы хотели мне срочно что-то показать, — вздохнула, вспомнив запоздалые сообщения Мишель, — но Сорель получил доступ к моему планшету и прочёл их раньше, поэтому я не успела отговорить вас от встречи.
Целительница побледнела и стрельнула взглядом в дракона.
— Да, я забрал ваш коммуникатор именно по этой причине, — подтвердил Рамон. — Вы были не в том состоянии, чтобы выслушать меня и могли сболтнуть лишнего в разговоре с отцом. А ваше устройство также может прослушиваться.
— Вы правы, — Мишель не стала спорить, понуро опустив голову, — я действовала на эмоциях. Леди Амира просила дождаться её решения и сигнала…
— Об этом разговоре мне известно, — мягко поторопил её дракон. — Что такого вы нашли в библиотеке? И почему рискуя всем помчали в «Чайку»?
— Когда искала информацию о нашей общей проблеме, наткнулась на интересное сравнение, — Мишель выудила из магического хранилища фиксирующий кристалл. Стоили такие игрушки немало, зато позволяли снимать копии с любого текста. — Автор трактата о проклятии «Серебряного тумана» сравнивал потерю воли и рассудка, появляющуюся на его последних стадиях, с действием «Слёзы арахнида» — редкого ментального яда.
— Насколько помню, эта отрава не оставляет следов на ауре жертвы и никак не проявляется, — задумчиво протянул Рамон.
— Верно, но есть нюанс, — продолжила эльфийка, — у «Слёз арахнида» действительно нет ярких симптомов, по которым можно вычислить воздействие. Зато есть ряд неспецифических симптомов. Их легко списать на обычную раздражительность, но в случае с императором, это полностью объясняет странности в его поведении.
— Очень интересно, версию мы обязательно проверим, — Дари настороженно сощурился, — но почему вы собрались поведать об этом именно Амире?
— Я решила, что леди Раэли могла бы помочь мне и Этелии провести своё расследование и вывести Сореля на чистую воду…
— Стоп! — в один голос рыкнули Дари с Рамоном.
— Леди Валентэ, при всём уважении, желание самостоятельно решить проблему привело вас в подвал бандитов из Серой гильдии, — добавил генерал, — поэтому с этого момента — вы обе, любой шаг и даже чих согласовываете со мной, — дождавшись, пока мы кивнём, он вновь перевёл взгляд на Мишель, — копия текста при вас?
— Конечно! — шустро включив артефакт, она нашла нужный снимок и протянула устройство дракону.
Рамон с минуту изучал его, затем выудил свой коммуникатор и связался с Сэваном, попросив раздобыть всю возможную информацию по поводу этого яда и других управляющих плетений, не оставляющих следов на ауре жертвы.
— Мишель, всё же удовлетворите моё любопытство, — неожиданно подал голос Дари, — как вы собирались проводить расследование?
— Я хотела, чтобы леди Раэли сыграла роль новой фрейлины Этелии или проникла во дворец под видом одного из её гвардейцев. Племянник Лекса как раз служит в охране Солнцеликой и наверняка помог бы, одолжив своё “лицо”, — бодро отчиталась эльфийка. — А я бы могла временно перевестись к тёте в качестве помощницы личного лекаря. Мессир Дисоль ищёт младшего целителя.
— И когда в этой цепочке интриг должны были появиться мы с хозяином? — вкрадчиво поинтересовался Дари.
— Я… хотела признаться сразу, едва обнаружила признаки проклятия, но испугалась, что без доказательств вы и слушать нас не станете, — смущённо проронила Мишель. — Когда нашла информацию о яде решила, что это наш с Амирой шанс! Если бы удалось собрать компромат на Сореля…
— Скорее, вы обе попали бы к нему в плен, подставив при этом императрицу, Лекса и его племянника, — покачал головой Рамон.
— Но почему?! — возмутилась Мишель. Она явно считала план гениальным и готова была за него бороться.
— Я уже говорил и повторяю ещё раз — советник полностью контролирует личную гвардию императора и внутреннюю стражу дворца, — пояснил генерал, — логично предположить, что большинство слуг также шпионит на него и докладывает о каждом шаге императрицы и её окружения. Без внешнего магического прикрытия вас бы моментально рассекретили.
— А вы можете помочь…
— Я могу многое, — перебил её Ринальди, бросив беглый взгляд на часы, — но к этому мы вернёмся позже. Сейчас вам лучше подняться к себе и сосредоточиться на подготовке к балу. Если потребуется что-либо заказать, позовите Миритту.
— У меня есть всё необходимое, благодарю, — заверила Мишель, — платье для леди Раэли также подготовить? У нас похожая комплекция…
— Нет, Амира отправится на бал в качестве моего адьютанта. Форму я ей уже выдал, — ответил Ринальди, — в противном случае, привлечем ненужное внимание.
Не став спорить, Мишель попрощалась и вышла из кабинета. Едва за ней закрылась дверь, Рамон неожиданно шагнул ко мне.
— Амира, скажи честно, тебе Сорель тоже оказывал… знаки внимания?
В голосе дракона проскользнули рычащие нотки, а на скулах проступила серебристая чешуя. Через миг Рамон взял себя в руки, но и этих секунд хватило, чтобы понять главное — он УЖЕ признал татуировку и нашу парность…
ГЛАВА 15: Что скрывает туман
Ярость бурлила раскаленной лавой, а желание свернуть Сорелю шею росло и крепло с каждой секундой. Лишь присутствие Амиры помогало держать злость при себе, тщательно подбирая выражения. Я не хотел обидеть мышонка и боялся, что она неверно меня поймёт.
— Вопрос неприятный, но мне нужно знать, как далеко он зашёл. Что предлагал и чем угрожал? — добавил, пытаясь максимально смягчить ситуацию. — Это важно, если хотим лишить его всех возможных рычагов давления на тебя и Мишель.
Затрагивать скользкую тему не хотелось. Я знал, что законы МШИ запрещают причинять альеззам-ученицам физический вред. Но, увы, никто до сих пор не додумался ограничить и давление на неокрепшую психику девушек.
Богатый опыт и особые таланты Сореля позволяли без пыток ломать даже матёрых воинов. Что говорить о юных многоликих, живущих в межмирье вдали от близких и носящих клеймо изгоя?
— Мои люди выяснили, что он посещал МШИ на протяжении десяти лет, ровно с момента твоего поступления, — продолжил, вглядываясь в бледное и напряжённое лицо Амиры.
В подобные совпадения не верил и пока склонялся к мысли, что инкуб нацелился на неё ещё в приюте. Пробуждение Дара многоликой заставило его пересмотреть планы, но не отказаться от них, и такая маниакальная настойчивость снова возвращала нас к мотивам.