Анна Щучкина – Право на дом (страница 59)

– Рейн…

Ее голос вызвал во мне животный страх. Она смотрела на меня с той же дерзкой, упрямой силой, которая всегда вызывала во мне бурю эмоций. Но кровь не останавливалась.

– Ты здесь… наконец-то, – прошептала Аниса чуть слышно, и ее рука потянулась ко мне.

– Молчи. – Я прижал ее ладонь к своей груди, чувствуя, как что-то сдавливает горло. – Ничего не говори. Ты не умрешь. Я сделаю все…

Ее веки дрогнули. Корабль качнуло от вражеского удара, но гиграрх встал на нашу защиту. Стихия и морские твари крушили все вокруг.

– Я с тобой, слышишь? Ты будешь жить, Аниса. Клянусь.

Она будто бы улыбнулась.

– Ты сломал столько миров… что должен был… научиться… их чинить.

Эта улыбка и эти слова пронзили мою грудь, как нож. Я слышал собственное дыхание. Молнии продолжали срываться с неба. Море вздымалось все выше, корабли один за другим исчезали в его смертельных объятиях. Моя ярость обратилась в разрушение, и силы природы разверзли свою настоящую мощь.

Но я смотрел только на Анису… Она умирала, и мое сердце умирало вместе с ней.

Глава 39

Аниса

У меня будет ребенок от Аара. Любовь создала жизнь, как его магия создала тот прекрасный цветок. Но Аар больше не приходил. Я выживаю благодаря сородичам, которые делятся со мной крохами еды. Неужели в них – в нас – еще осталось что-то, не покорившееся тьме?

Боль была почти невыносимой. Клинок глубоко вошел точно в грудь, и все ощущения взорвались жгучим, всепоглощающим пламенем. Я чувствовала, как ткань одежды липнет к коже, пропитанная кровью, а каждый вдох превращается в пытку. Воздух поступал рваными, прерывистыми порывами, будто в легких больше не оставалось места для него. Соленый привкус заполнил рот, и окружающее пространство закружилось в безумном танце, словно реальность медленно ускользала из моих рук.

Я сжала рукоять клинка, чтобы сохранить равновесие, но пальцы предательски дрожали. Тело отказывалось подчиняться, а сознание балансировало на грани между светом и тьмой. Мир перед глазами мерцал, проявляясь яркими красками и тут же растворяясь в серой дымке. Крики и звуки битвы доносились обрывками – то четко и громко, то затихая, будто их уносил ветер за край вселенной.

Казалось, я споткнулась, но когда мои колени едва не коснулись палубы, я увидела его.

Рейн.

Он был в самом центре хаоса. Его фигура выделялась среди бушующего вокруг кошмара, словно буря в человеческом обличье. Дождь и магический свет переплетались вокруг него, смешиваясь с кровью врагов и яростью его собственной души. Он сражался с тенью. Я видела, как напрягались его плечи при каждом ударе, как его глаза горели неукротимой решимостью.

Я хотела крикнуть его имя, сказать что-то важное… Но что? Мое сознание распадалось на фрагменты, как хрупкая ткань, рвущаяся под тяжестью боли и битвы. Перед глазами начало темнеть, и в последний момент, прежде чем я упала, я услышала его крик.

И я ответила, хотя тут же забыла, что именно. Все стало неважным…

Его голос… протяжный, полный боли, знакомой только нам двоим. Внутри меня поднялась волна страха за его жизнь, достаточно сильного, чтобы заставить мое тело отозваться даже в этот момент. Я должна была остаться здесь, в этом мире.

С трудом повернув голову, я инстинктивно надавила пальцами на рану, пытаясь удержать кровь. Картинка перед глазами расплывалась и дрожала, но я все же различила движение впереди, около мачты, вокруг которой завивались хищные потоки ветра.

Рейн бросился туда, а на границе моего зрения мелькнула тень. По спине пробежал холод, словно сама смерть скользнула мимо. Я знала, что это не просто враг. Не дитто, не магическое создание империи. Это было нечто другое. Более древнее. Более жуткое. И оно находилось рядом с Рейном.

Мне нужно было встать. Но ноги отказывались слушаться. Сознание снова погрузилось во тьму. Я падала… в бездонную пропасть, не в силах выбраться из этого оцепенения.

Я очнулась от легкого толчка в плечо – прохладного, почти невесомого, словно ласковое касание воды. Знакомая магия мягко окутала меня, растворяя боль, отодвигая ее куда-то далеко, туда, где она казалась лишь воспоминанием.

– Ты так и собираешься валяться здесь?

Резкий голос Эйри вырвал меня из дремотной тьмы. Я медленно открыла глаза. Онемас стояла надо мной с безразличным и усталым видом. Рядом с ней я заметила Йенна. Его меч был наготове, а взгляд напряженно скользил по горизонту, словно в ожидании новой атаки.

– Рана… – прошептала я, чувствуя, как кровь все еще стекает по телу, хотя боль начала стихать.

– Уже нет, – перебила Эйри, взмахнув рукой, сияющей мягким белым светом и оплетенной тонкими нитями магии.

Она произнесла заклинание, чтобы вернуть меня к жизни. Очень сильное, сложное заклинание.

Я сразу это поняла. Лицо Эйри побледнело, движения стали медленнее, чем обычно. Она почти исчерпала свой внутренний ресурс.

– Ты отдаешь слишком много, – обеспокоенно пробормотала я.

– Держи свои наблюдения при себе. Ты не скажешь ничего, чего я не знаю. Если хочешь быть полезной, вставай.

Дышать стало легче, магия заполнила пустоту внутри меня, останавливая кровь и быстро затягивая рану. Я сухо произнесла:

– Спасибо.

Эйри кивнула, не удостоив меня ответом, и тут же перевела взгляд на Йенна, который мягко поддержал ее за локоть.

Я не стала терять время. Ветер усиливался, круша паруса и роняя палубные перекрытия. Рейн будто перестал контролировать эмоции – а вместе с ними и бурю. А если он столкнулся с тенью… той самой, что я заметила ранее…

Я побежала через дымящуюся палубу, чувствуя, что сердце готово разорваться. Шум боя, запах крови – все слилось в единое целое. Ветер трепал волосы, холодные струи воды хлестали по лицу, но я не останавливалась, ведомая единственным желанием – добраться до мужа.

И тут я подняла взгляд.

Рейн парил высоко в воздухе, почти полностью слившись с его потоками. И туда летели восемь всадников на зеленых драконах. Их тела, обвитые магией, двигались синхронно, будто части единого механизма. Драконы яростно били крыльями, каждый взмах поднимал волны ветра, а зеленая чешуя отражала всполохи молний.

Безжалостная стая – восемь зверей, восемь наездников. Не солдаты – охотники. Их добычей был Рейн.

Я застыла, когда один из дитто пустил стрелу. Черный вихрь прорезал пространство, и Рейн едва успел уклониться. Кончик стрелы все же задел его бок, оставив кровавую полосу на тунике. Но Рейн не замедлился. Напротив, его гнев только усилился.

– Это все, на что вы способны?!

Они не ответили. Один из драконов рванул к нему, врезаясь в поток воздуха. Зверь разинул пасть, острые клыки блеснули в свете молнии, но Рейн уже поднял руки. Ветер вокруг него взвился, как огонь. Воздух закрутился спиралью, словно танцующий клинок, и ворвался прямо в дракона. Крик зверя наполнил небо, когда его чешуя треснула, а тело взорвалось фонтаном крови, увлекая всадника за собой вниз.

Оставшиеся семеро накинулись на Рейна, окружив его со всех сторон. Их клинки опускались с разных углов, их стрелы излучали предательский свет, переплетаясь с ветром. Шанс уклониться казался ничтожным, но Рейн всякий раз находил способ.

Он метался в воздухе, его движения были резкими, как вихрь, а вокруг него полыхал шторм. Один из драконов взвился вверх, пытаясь застать Рейна врасплох. Другой, прижав крылья, бросился вниз, а его всадник крепче перехватил копье. Третий дитто натягивал лук.

– Впервые вижу, как страх заставляет вас нападать стаей! – выкрикнул Рейн, разъяряясь.

И он был прав. В каждом движении этих дитто сквозила истеричная поспешность, словно они знали, что дали врагу слишком много времени и скоро сами окажутся его жертвами.

Один дракон протянул когти, пытаясь схватить Рейна за ногу, но он перехватил удар. Выбросил руку вперед, и смерч, рожденный его гневом, вырвался наружу. Воздух срезал когти зверя, как стебли.

Другой дитто атаковал справа. Острие копья рассекло воздух, едва не попав Рейну в грудь. На этот раз он не просто выполнил маневр. Его рука снова разрезала пространство, и ветер, как безжалостная волна, подхватил дракона и его всадника, окружив их коварным вихрем. Магическая дуга прошила их, вторя молнии, ударившей в следующее мгновение.

Я видела, как тело дракона стремительно падало вниз, словно расколотый камень, а всадник, окруженный осколками своей магии, успел только закричать, прежде чем исчезнуть в море.

Оставшиеся не сдавались. Их было трое, и они перегруппировались. Один выпустил серию стрел, четыре снаряда на разной высоте. Другая пустила вихревую магию, разрывающую воздух слишком близко. Но Рейн… он становился чем-то большим, чем этот шторм.

Я видела это в его движениях, в каждом порыве ветра, рождаемом его руками. Едва увернувшись от первой стрелы, он направил вниз мощный воздушный кулак. Один из драконов не успел отлететь и со зловещим треском был разорван на части, потеряв крыло. Последние двое продолжали атаковать, но уже крайне опасливо.

Рейн сосредоточил магию в одной руке, и вихрь начал сужаться. Я видела, как его глаза горели. Когда драконы ринулись в очередной раз…

Он ударил воздух.

Одной вспышкой. Это была чистая сила ветра, резко раскатившаяся по всему пространству. Я ощутила ее даже с палубы, где стояла. Драконы и всадники, попавшие под удар, закрутились в буре, которая стирала их в прах, с треском ломающихся костей и взрывами магии, что не смогла их спасти. Это было зрелище их неминуемой гибели.