Анна Сафронова – Голая (страница 3)

Но я перепутала.

Мне казалось, что это он заиграл во мне эту музыку.

Сегодня я уже знаю —

это была моя музыка,

которую я сама же и услышала.

Но тогда…

тогда я хотела верить, что всё иначе.

И эта вера стала шумом.

Красивым, тёплым, обволакивающим.

Таким шумом, под который хочется жить,

засыпать,

просыпаться,

думать о смыслах,

видеть знаки,

всё связывать нитями, которые сама же и сплетаешь.

Шум создаёт иллюзию глубины.

И я создала её.

Я остановлюсь честно —

я не влюбилась в человека.

Я влюбилась в собственное ощущение рядом с ним.

В то, как по-новому звучала я сама.

Как будто кто-то коснулся чем-то лёгким места,

где я давно не дышала.

И мне понравилось это дыхание.

Нравилось так, что я начала искать его повсюду:

в словах,

в паузах,

в переписке,

во взглядах, которые я, возможно, придумала.

Я украшала чувство —

лепила из него форму,

рисовала сцену,

добавляла краски,

донашивала смысл.

Я хотела, чтобы было красиво.

А когда мы хотим красоты —

мы начинаем создавать иллюзии.

И я создала.

Сегодня я вижу:

это был не роман.

Это был красивый шум,

который я сама же включила,

чтобы заглушить какой-то внутренний пустой угол,

которому так давно не давала света.

Но тогда…

тогда казалось, что это и есть любовь.

Что она должна быть яркой, живой, высокой —

иначе зачем?

Сейчас я знаю:

любовь не шумит.

Не играет громко.

Не перекрывает собой всё вокруг.

Это делают иллюзии.

И я жила в них —

добровольно, искренне, с восторгом,

как ребёнок, нашедший новый мир.

Мне казалось, что я чувствую глубоко.

Но это была глубина не в него —

а в себя.

И я просто не различала где что.

Тогда я ещё не понимала:

когда чувства настоящие —

они идут тихо,

как дыхание.

А когда они кричат —