Анна Сафина – Наследница для Дракона, или Как обрести Крылья (страница 28)

— На самом деле, они не ждут чужой смерти, — решаюсь и говорю вслух, — им нужно, чтобы ты был жив, но уже не мог сопротивляться. Вот тогда они подлетают и высасывают магию. Существует поверье, — смотрю на небо, — что тот, кто лишится ее в Пустоши, никогда драконом больше не переродится.

Это та самая страшная сказка, которой в детстве пугают драконят. Даже у меня внутри что-то слегка сжимается от страха, но я не позволяю себе показывать это внешне. Она должна быть уверенной во мне, в нас и в то, что мы выберемся отсюда во что бы то ни стало.

— Рагна-а-а-р, — раздается мелодичный женский голос откуда-то сзади.

До боли знакомый, родной. Следуя первому порыву, я резко привстаю и делаю шаг назад.

Глава 50

— Рагнар! — вдруг кричит Рания, хватая меня за руку.

Я с недоумением оборачиваюсь на нее и вижу ее такое родное лицо. И у меня резко дергается все внутри. Трясу головой, отгоняя наваждение.

— Что это было? У тебя был странный взгляд, — с паникой в голосе говорит и обхватывает мое лицо руками.

— Я слышал голос, — сухими потрескавшимися губами поникшим голосом выдавливаю из себя.

Дух леса хитер и читает наши души. От непривычки и тоски по давно ушедшей из этого мира бабушке я откликнулся на ее зов с радостью и печалью. Надеждой, что вот она, родная кровь. Горечь застряла в горле, я пытаюсь ее прогнать, но пока плохо удается.

— Ты слышишь что-нибудь? — спрашиваю у нее, думая про себя, есть ли у нее кто-то родной, по кому она может скучать.

Но она лишь качает головой. Дальше мы идем вперед по наитию и воле моего дракона. Он чует проявления магии даже в человеческом облике, так что считывает эманации, разливающиеся на акры вперед.

— Рагна-а-а-р! — тянет сзади дух, имитируя голос моей родственницы. — Помоги мне! Они убьют меня, милый!

Голос становится и вовсе жалобным, задевая особые струны моей души, но я сжимаю в руке ладонь Рани, и это помогает мне преодолевать магию чужих душ.

— Вперед, только вперед, — шепчу скорее сам себе, чем истинной.

Прикрываю на миг глаза, а затем пытаюсь заткнуть орган слуха, чтобы не слушать душераздирающие крики ужаса и боли сзади. И чем быстрее мы удаляемся от центра к границе, там слабее становится удушающее давление. И когда, наконец, вижу границу — истонченный энергетический заслон, преодолеть который в этом месте будет несложно, хватаю девушку крепче за руку и ускоряюсь, желая быстрее выбраться из этого негостеприимного места. Вот только Рания, наоборот, тормозит, упираясь пятками в землю и вырывая у меня из рук свою ладонь. Но моя хватка крепче. Я не даю ей отстраниться, вот только с тревогой смотрю ей в лицо.

Она глядит на меня также пристально, но я чувствую что-то странное. Чужеродное и в то же время знакомое.

— Прощай, черный дракон! — вдруг улыбается Рания, голос ее звучит отчего-то грубее, словно чужой.

И тут ее облик начинает растекаться. Кожа словно плавится, волосы меняют цвет, фигура чуть раздается вширь. Превращается в дряхлое старое тело деда. Того самого, что приютил нас.

— Ты! — рычу и хватаю его за грудки, — где моя жена, старик?

— Ой ли? — кидает выразительный взгляд на мои оголенные кисти, где должны быть брачные браслеты.

И это уязвляет. Сильно. Глубоко. Что юридически она мне не жена. Ничего. Все это быстро исправим, как только я найду ее.

— Где Рания? Что ты с ней сделал? — трясу его изо всех сил, желая разорвать на части.

— Я? — приподнимает бровь, не прекращая все это время улыбаться, как дурачок, — ничего. А вот тебе, дракон, пора домой…

И исчезает, разлетаясь на тысячи мелких частиц. Я растерянно остаюсь стоять на месте, ловя пальцами только пыль на том самом месте, где он только что присутствовал.

— Убирайся и не возвращайся сюда, тебя здесь не ждут, — отчетливо звучит чужой рык, а затем меня толкают изо всех сил в грудь, выталкивая за барьер.

Опомниться и среагировать не успеваю, как уже нахожусь за пределами Пустоши. И сколько бы ни пытался войти туда снова, но с каждым разом кидаться на него все сложнее и сложнее. Словно он забирает мои силы, энергию, а самое главное, магию. Делаю тысячу попыток, не меньше, прежде чем, окончательно опустошенный, не падаю без сил на землю.

— Не уберег… — шепчу с надрывом, протягивая руку к заслону, разделяющим истинную пару — меня и Ранию.

***

С ужасом смотрю по сторонам, но испытываю спокойствие в те минуты, когда крепко прижимаюсь к своему мужчине. Смакую слово его принадлежности мне на кончике языка, ощущая довольство и гордость, что он принадлежит мне. Но тут он вдруг ни с того ни с сего разворачивается и делает шаг назад.

— Рагнар! — кричу я, видя, как он куда-то уходит.

И тут, не успевает он развернуться, как мне затыкают ладонью рот и тянут назад. Вижу, как Рагнар смотрит на меня стеклянным взглядом. Глаза его постепенно яснеют, он что-то говорит, но мне совсем не слышно. Только наблюдаю за тем, как двигаются его губы. А затем он идет вперед, держа за руку… Меня?

Дергаюсь вперед, не понимая, откуда появилась вторая я, но тут мне что-то суют под нос, и после одного вдоха я начинаю оседать, не чувствуя своего тела.

— Ра… — протягиваю руку в сторону дракона, но он уходит, ни разу не обернувшись.

А я падаю в темную пустоту…пропасть…

Глава 51

Прихожу в себя долго. Состояние какое-то ватное, словно меня затягивает обратно в сон и я все это время провалялась под палящим солнцем.

— Она приходит в себя, Ратимир, — раздается, будто издалека, мужской голос.

Открываю глаза медленно, стараясь привыкнуть к яркому свету, что раздражает мои слезящиеся глаза. Ощущение, что веки припорошены песком, настолько все болит в этой зоне. Возле меня стоят двое — один исполин с рыжими волосами, другой — с белыми. Тот, что со светлой косой — одет в какой-то белый балахон и, судя по инструментам в руках, лекарь. А вот второй вызывает у меня тревогу. Вид у него грозный, руки скрещены на груди, ноги широко расставлены в стороны, даже волосы заплетены как-то агрессивно

— Вы кто? — первый вопрос задаю хрипло, голос словно сломанный.

— Ратимир, — коротко отвечает рыжий гигант, затем наклоняет голову набок и кивает кому-то вне поля моего зрения, — Ирада, приведи в порядок госпожу и помоги затем ей спуститься к обеду.

И уходит, более не удостоив взглядом ни меня, ни кого бы то ни было еще. Лекарь, что остался в комнате, подходит ко мне ближе, осматривает мое лицо и светит чем-то в глаза.

— В глазах не рябит? — задает вопрос сухим тоном.

Отрицательно качаю головой, присматриваясь к его внешности. Никогда не видела таких белых волос. Очень необычно. Осматривает тело странным взглядом, словно глаза его — рентген.

— Отлично, — выдает вердикт, собирает свои приборы и уходит, больше не обращая на меня внимания, словно я пустое место.

И тут меня отвлекает чужой женский голос.

— Госпожа, — появляется словно из ниоткуда девушка в темно-сером платье и такого же цвета платке, — меня зовут Ирада, я помогу вам привести себя в порядок.

Сглатываю, совсем не понимая, что происходит. Сердце ноет о Рагнаре, ушедшем неизвестно куда. Догадываюсь, что это была какая-то магия Леса Миражей, но оттого горечь все равно не утихает.

— Что это за место? — спрашиваю у девушки, пытаясь вызнать подробности.

Она смотрит на меня нечитаемым взглядом, но молчит. Недовольно прожигаю ее взглядом и пытаюсь применить ту магию, благодаря которой меня все слушают, но ничего не выходит. Словно что-то сдерживает мои силы.

— Я полью воды, а вы умойтесь, — как ни в чем не бывало говорит девушка спокойным тоном.

Протягиваю руки над тазом и тут вижу на руках странные браслеты белого цвета, похожие больше на кандалы. Несуразные, с какими-то сколами, они не снимаются, сколько бы я ни старалась.

— Их может снять только тот, кто надел, — поясняет мне неожиданно служанка.

С непониманием и паникой смотрю на нее, она же лишь кивает на кувшин. Ничего не остается, кроме как умыться, позволить себя причесать. Благо, на мне мои вещи, и то радует, что никто не прикасался ко мне лишний раз.

— Идемте, хозяин не любит ждать, — поторапливает меня Ирада, особо не распространяясь больше ни о чем.

Мы выходим из комнаты, в которой я находилась — кровать, тумба, стол, ничего изысканного, все простое. Петляя по коридорам за провожатой, удивляюсь тому, как здесь сыро и мрачно, словно мы идем по склепу. А вот когда она открывает какие-то внушительные двери, моему взору предстает огромное помещение, убранство которого так и пестрит золотом. Посередине расположен огромный длинный стол, во главе которого замечаю Ратимира, как он изволил представиться.

— Долго, Ираида, — тут же недовольно кривится, грубым голосом пригвождая нас к полу.

Девушка понуро опускает голову и тихим, робким голоском просит прощения.

— Сегодня я добр, иди! — дает отмашку, та уходит, закрывая внушительные двери, и в зале мы остаемся одни.

Я стою посреди помещения ни жива — ни мертва, растерянно оглядываюсь по сторонам, но окон не вижу, так что понять, где мы, не представляется возможным. С ужасом понимаю, что даже будь они, это бы мне не помогло. Одна надежда на Рагнара. Надеюсь, он быстро поймет о подделке и спасет меня из этого места.

— Присаживайся, дорогая Рания, — проявляет он чудеса осведомленности и рукой указывает на место рядом с собой.