Анна Рыжак – В плену гамулов (страница 5)

Они сели друг напротив друга, и первые минуты оба чувствовали некоторую неловкость и стеснительность.

Катерина начала разговор первой:

– Что ж, расскажи о себе, где ты работаешь, чем интересуешься? По пути в Москву мы с тобой почти не разговаривали.

– Я – наследник богатого папы, но от скуки работаю продавцом подержанных машин. В свободное время катаюсь по разным странам, сорю деньгами на горнолыжных курортах.

Катерина пыталась понять, есть ли доля правды в сказанном.

– Ладно, шучу. Я работаю в нефтедобывающей компании, но перед этим окончил вуз – бакалавриат, магистратуру, потом аспирантуру, получил степень кандидата наук по направлению «экономика», – перечислял Егор.

– Где же твои очки ботаника с толстенными стёклами и прыщи на лице? – перебила Катерина.

– Сделал коррекцию зрения и сходил к дерматологу, – сострил Егор.

К ним подошёл официант и принял заказ.

– Так. Что же было дальше? – поинтересовалась Катерина.

– Дальше был каторжный, беспросветный труд в корпорации R, который продолжается по сей день, – Егор пожал плечами. – Сначала в качестве практиканта, потом специалиста, и как-то добрался до начальника отдела. Теперь руковожу, показываю подчинённым пальцем, что надо выполнить, и целыми днями только и делаю, что листаю ролики в соцсетях и пью кофе.

– Так я тебе и поверила. Мне кажется, у начальника отдела больше всех проблем, – ухмыльнулась Катерина.

– Да, ответственность зашкаливает и за работу, и за людей, – вздохнул Егор и посмотрел в окно.

Пока он рассказывал о себе, Катерина внимательно его рассматривала: русые волосы, голубые глаза, милая и чуть скромная улыбка. Небольшой фиолетовый шрам рассекал бровь. В простой, но дорогой фирменной водолазке темно-синего цвета. В серебристых наручных часах отражалось освещение бара.

– А ты чем занимаешься? Учишься или работаешь? – спросил Егор.

Подошёл официант и разлил в широкие бокалы красное вино из винограда Изабелла, поставил перед ними сырную тарелку.

– Я работаю в проектном институте. Мы строим ледостойкую платформу для добычи нефти и газа в Карском море. Сейчас активно над этим работаем. Это очень интересный проект на месторождении Каменомысское-море, мы планируем реализовать его к 2024 году. И все это в экстремальных климатических условиях!

– Почти что моя коллега!

– Да.

– Что ж, давай поднимем бокалы за ваши ледостойкие платформы, они заслуживают быть успешно построенными.

– Нет, лучше за нашу сногсшибательную встречу на горе, это было очень больно, – засмеялась Катерина.

Их бокалы звонко соприкоснулись.

– Чувствуешь? Пахнет дымом, – встревоженно сказал Егор.

Катя повела носом. На улице действительно что-то горело, и в баре с каждой минутой смог становился все более ощутим.

– Выйду на улицу, посмотрю, в чем дело, – сказал он, накинул пальто и вышел.

Катерина и другие посетители подошли к окну. Было слышно, как недалеко едет пожарная машина. Страх и волнение начали ворочаться в ее душ. Хотя Егор очень быстро вернулся, и стало спокойнее. е

– В этом доме на третьем этаже горит квартира. Я думаю, что нам лучше уйти отсюда, – сказал Егор.

Смог и дым заволокли зал бара. Катерина намочила водой салфетку и стала дышать через неё.

– Да, конечно, пойдём прогуляемся по набережной Москвы-реки, – согласно кивнула Катерина.

Егор расплатился, и они вышли на свежий воздух. Набережная была совсем не далеко, уже через десять минут пара любовалась видом Кремля и зыбкой водой. Катерине понравились уверенные, решительные действия нового знакомого, редко кто может не поддаться панике и действовать с холодным рассудком.

– На чем мы остановились? На сногсшибательной встрече? – спросил Егор.

– Нет, мы остановились на дегустации сыра, – сказала с улыбкой Катерина. – Кстати, с кем ты ездил кататься на сноубордах? Я, кажется, видела с тобой кого-то.

– Да, ездил с другом. Паха ещё остался там на неделю, а я решил вернуться пораньше, – сказал и посмотрел на неё. – Он меня, можно сказать, и увлёк этим видом спорта. Сначала занимался кайтингом – это катание на сноуборде с воздушным змеем, если не знаешь. Год спустя в классический сноубординг перешёл и меня позвал. Мне понравилось, и так мы с ним и ездим.

– Меня научил кататься на доске старший брат – Аркаша. Ты его мельком, возможно, видел в микроавтобусе по пути в Новосибирск? Сначала он ездил с друзьями, а потом и нас с Василием, нашим младшеньким, стал брать.

– Классно, что вас в семье трое. Наверное, никогда не было скучно. Я – один. Но зато с мамой отношения хорошие.

– А папа?

– Папа ушёл из семьи, когда мне было лет семь-восемь.

– У нас тоже только мама, папа лет семь назад умер от инсульта, молодой совсем был, – вздохнула Катерина.

Егор посмотрел на неё и сказал:

– Не будем о грустном.

Они шли по набережной, потом зашли на Красную площадь, прошли мимо ГУМа. Много разговаривали о личном. Когда сгустились сумерки, решили отправиться по домам.

– Я тебя провожу, – предложил Егор.

– Не надо, я же на такси. Машина довезет меня до самого подъезда, – уверила Катерина.

– Что ж, спасибо за вечер, было интересно поболтать с тобой, – Егор улыбнулся и протянул руку.

– И тебе спасибо, – Катерина пожала ее.

– В выходные пойдём на выставку Эдварда Мунка? – спросил Егор.

– Может быть, – улыбнулась Катерина, помахала рукой и села в авто.

Егор постоял ещё некоторое время, посмотрел на отдаляющиеся фары такси и пошёл в другую сторону.

Глава 6. Пашка

Новокузнецкий автовокзал открывался в пять утра. Синее февральское снежное небо нависло над автобусами, спящими перед рейсом. Люди начинали толпиться неподалёку от входной двери, в основном это были лыжники и сноубордисты, прибывшие на попутках из Шерегеша. Но встречались здесь и женщины неопределённого возраста, и мужчины в дешевеньких куртках и в шапках с катышками.

«Куда все эти люди собрались ехать с утра пораньше? С туристами все понятно, а местным что не спится? Лучше бы валялись в теплых кроватях, чем мёрзнуть на улице перед закрытой дверью», – думал Павел, переминаясь с ноги на ногу. После выпитой в дороге полторалитровой бутылки минералки нестерпимо хотелось уединиться. Но дверь автовокзала с заветными кабинками была неприступна.

В февральские праздники авиабилеты до Москвы из города металлургов были распроданы. Нужно было ехать в Новосибирск, куда из Шерегеша на попутке и направлялся Пашка. Но, как на зло, машина в дороге сломалась. Пришлось остановиться в Новокузнецке, чтобы пересесть на автобус.

Павел ткнул на экран смарт-часов – оставалось ещё десять минут до открытия. Надо попытаться мысленно переключиться, а если не получится – импровизировать.

Отвернулся от вокзала и посмотрел на горящую красным цветом на фоне темно-синего неба надпись на домах – Я знаю – город будет, я знаю – саду цвесть, когда такие люди в стране советской есть.

«По-советски оптимистично», – подумал Павел.

Он рассматривал подъезжающие к вокзалу «газельки» с выгружающимися оттуда любителями туризма. Цветнокостюмные вытаскивали длинные спортивные сумки со снаряжением и образовывали недалеко от него свои островки.

«Хорошо, что в этой поездке я брал сноуборд напрокат, теперь возвращаюсь почти налегке, с одним рюкзаком», – думал Павел.

На вокзале зажглись окна, и на душе отлегло.

Решив личные вопросы, он направился к окошку «Продажа билетов».

– Девушка, один билет до Новосибирска на ближайший рейс, пожалуйста.

Тучная женщина с ярко подведёнными зелёным карандашом глазами и бордовой помадой на губах посмотрела на него исподлобья: высокий, с ухоженной бородой, темноглазый, в расстёгнутой красной спортивной куртке, из-под которой виден чистенький вязаный бежевый свитер с высоким горлом, шапка свисает с затылка, а наушники-то нацепил! Сразу видно, что неместный.

– Ближайший рейс в шесть утра. Будете брать? – грубо буркнула она.

– Да-да, конечно, – улыбнулся Павел, он старался очень мило вести беседу, чтоб поскорее получить заветную бумажку и уехать в Новосибирск, а там – и до Москвы рукой подать.

Кассирша выдала ему билет и сдачу монетками. Павел сел на деревянное сиденье ждать рейс. В кассы очереди были приличные, он удивился, что даже здесь, в Сибири, у людей были какие-то дела. В очереди паренёк пролез вперёд всех, из-за чего оскорбленная бабка подняла гвалт. По залу ожидания ходил загадочный городской сумасшедший, мычал, кряхтел и смотрел на толпу. Павел решил надеть наушники, чтоб отгородиться от шума.

«Эх, Егоша, вообще-то мы должны были вместе возвращаться!» – возмущался про себя Павел. – «Работа, работа! А жить когда?»