Анна Рудианова – Богиня на цепи (страница 12)
Второй раз это получилось легче и свободней.
Пульс постепенно замедлился, дыхание выровнялось.
Рибелиус недоуменно уставился на переставшее реагировать тело.
Укусил сосок. Приоткрыл веки, пощупал запястье.
И разразился темнейшей бранью.
Невидимая богиня победно расхохоталась!
3:0 в мою пользу, Бледнолицый!
ГЛАВА 8. Соединение
Да что такое?! Почему с ней он теряет остатки самообладания?! Как она умудряется каждый раз выводить его из себя?! Это у нее суперсила такая? Феос несколько раз прошелся по комнате.
Сахарная ведьма опять была без сознания. Магия не восстановилась! Он же осторожен был, все предусмотрел, даже боли ей не причинил! Почему она опять умерла?! И зачем, спрашивается, он целую неделю ее выхаживал!?
– Да гори она черным пламенем! – Рибелиус уже сотворил сгусток тьмы, чтобы накрыть комнату вместе с телом, но был остановлен хриплым голосом:
– Погоди. Не бесись ты так… – и проклятая сахарная ведьма восстала. Перестала изображать труп и, пошатываясь, поднялась на четвереньки. – Я же говорила: без моего согласия ничего у тебя не получится.
Рибелиус закричал, отпуская тьму. Это девчонка и впрямь бессмертна!
Он не убил ее.
Тьма вылетела в окно, подыскивая себе подходящую жертву.
Всемогущему понадобилось пару минут и целый кувшин вина, чтобы прийти в себя.
Таких подарков ему судьба давно не преподносила.
Интересно, ее можно убивать бесконечно?
Как вынудить ее испытать оргазм, если она постоянно умирает?
– Оргазм женщины идет от ее головы. Тело – вторично, – тоном учителя биологии вещала восставшая, приводя платье в порядок и устраиваясь на кровати удобнее. Сердцебиение ее нормализовалось.
– Ты пытаешь управлять мной? Безумная ведьма! – отсалютовал маг ей бокалом вина. – Как ты смеешь?
– Хочешь получить силу – хватить насиловать меня! – Дита отобрала напиток и залпом выпила.
– Ты первая начала! – Рибелиус прикинул, что договориться с ней будет трудно, и наполнил сосуд повторно.
– Оооооо, бедный несчастный повелитель, которого поимела страшная, распутная женщина.
– Ты не женщина – ты чудовище! Тебя даже убить нельзя! – кажется, он убьет ее раньше, чем восстановит резерв. Ничего, есть старый, проверенный шантаж.
– Можно. Поверь, я могу умереть в любой момент, – она пила с жадностью высыхающего в пустыне. – Не вынуждай меня это делать!
– Не вынуждай? Ты угрожаешь мне своей смертью?
– Просто предупреждаю… – и третий бокал вина был стремительно опрокинут в пленницу.
– Я только обрадуюсь, если ты сдохнешь, сладкая моя. Нет. Не так, – Рибелиус отобрал у нее источник смелости. А как еще можно объяснить ее бесстрашие, если не опьянением?! – я сам с радостью убью тебя.
– После того, как лечил мое тело целую неделю? Причесывал, мыл, заботился? –девушка забрала у мага бутылку и допила вино прямо из горлышка. Рибелиус проследил за алой капелькой, скатившейся по подбородку в декольте.
– Откуда… – от кого она узнала об этом? Догадалась? Не производит она впечатление сильно умной. – Убью и еще раз воскрешу.
– А если не получится? Если я смогу умереть? Исчезну, так и не дав тебе ответы.
– Никуда тебе не деться. Замок, вся Этрурия – для тебя одна большая клетка.
– Ты так привык всех контролировать. Но на мне нет твоей метки. Я не подчиняюсь тебе, – вид девушки был красноречивее слов. Прямая спина, гордо вскинутый подбородок. Она пыталась противостоять ему. И совершенно не боялась. – И мои мысли ты слышать не можешь.
– Мне не надо читать тебя, чтобы узнать, о чем ты думаешь, – Рибелиус улегся на кровать и подпер рукой голову.
– Неужели? И чего же я хочу?
– Пить, – закатил глаза темный маг.
Дита усмехнулась и отрицательно покачала головой.
– Нет, не в данный момент. Зачем я здесь, зачем вернулась к тебе, когда могла умереть?
– …
– …
Их взгляды встретились. В карих – сверкали азарт, загадка и бравада. В серых – скука и усталость.
Даже умей он читать ее мысли, все равно не понял бы ее. Такие девушки действуют не думая, руководствуются чувствами, а не здравым смыслом.
– По-видимому, свести меня с ума, – подытожил Всемогущий маг.
– Нет. Я просто хочу свободы. Перестань насиловать меня, считать пленницей, относись с уважением. И я дам тебе все, что ты захочешь.
Встречал он таких. Дочек светских вельмож и древних фамилий, наивных и страстных. А потом начнется: хочу свадьбу, детей, любви, нежностей. Проще ее сразу убить.
– Как много ты о себе возомнила, сахарная ведьма.
– Иначе, я просто исчезну из замка.
– Исчезнешь? – она была столь уверена в своих словах, что Рибелиус дал себе слово быть строже с прислугой. Она явно на кого-то рассчитывала.
– Это в моих силах, но если хочешь, проверь!
– Так вот, сладкая моя, ты – пленница. Преступница. Шпион, – Рибелиус перекатился к ней и придавил к подушкам. – За кражу донора тебе грозит смерть. Но, так и быть, я помилую тебя. При условии, что ты поделишься со мной силой. Опять. И не будешь лишний раз рот свой открывать. Поняла?
– Хоть все столбы придорожные облобызай, результат будет такой же, как сегодня. Хром тебе двуоксидный, а не восстановленный резерв, – Дита оттолкнула его. Бесстрашная и решительная, будто он не убил ее уже дважды!
– Это мы еще посмотрим.
Он перекинул девушку через плечо и вынес из спальни. По широкой лестнице пустил в кабинет и швырнул на стол с документами. Первый помощник, работающий за соседним столом удивленно замер. Одежда была только на пленнице. Великий Феос успел накинуть на себя шелковый халат, доходивший ему до пят. Но под халатом явно ничего не было.
Рибелиус быстро сотворил какой-то знак у стены. Пара камней отодвинулась в сторону, открывая тайник. Маг достал большой сундук и зарылся в него. На пол полетели амулеты, ожерелья, браслеты, несколько корон и связка колец на длинной веревке.
– Ты первый подарок решил мне подарить? – Дита перебирала сокровища. Вот что надо было красть, а не пуговицы! – Что-то ценное?
– Безумно ценное. Тебе в самый раз, – процедил властелин, демонстрируя ей широкий ошейник. – Зачарованный. Единственный в своём роде.
– И зачем он? – подарок был черным, с замысловатыми узорами темной краской.
– Иди сюда, покажу.
– Мне больше те бусики нравятся…– Дита попыталась увернуться.
– Руки! – Предостерег темный маг.
Ошейник застегнулся на ее шее и подозрительно засиял фиолетовым.
– Остался последний штрих.
Диту снова взвалили на плечи и потащили. Еще ниже. В подземелье.
Девушка, предчувствуя беду всей своей божественностью, принялась отчаянно отбиваться. Опять в темницу очень не хотелось. Сколько можно над ней издеваться?!