Анна Россиус – Рождественское чудо для миллиардера (страница 9)

Конечно, я согласна пожить у свекров, лишь бы пореже видеться с мужем.

Олег вызывает медсестру и просит забрать еще свежий букет Алекса. С грустью провожаю его взглядом.

Поцеловав нас обеих на прощание, Теплов вскоре удаляется. И я выдыхаю с облегчением.

Следующие пару дней в ожидании выписки оправляюсь от родов и привыкаю к своей новой роли.

Подружки навещают. Приезжают даже Софья с Александрой – жёны старших братьев Миллеров. А от Алекса – ни слуху, ни духу.

Вспоминаю, как он раздевал меня в рождественскую ночь до того ужасного белья, и краской заливает лицо. Какой он меня тогда увидел…

Казалось бы, ну какая теперь мне разница? Поблагодарила и хватит уже вспоминать!

Так нет же! Этот мужчина никак не выходит у меня из головы.

Успокойся, Мила. Миллер уверен теперь, что Ника – ему не племянница. Так зачем нам, в таком случае, общаться?

Ещё мне интересно, Александр сообщил моему мужу о своей догадке? Если да, то они, видимо, обо всём договорились. Иначе Олег не посмел бы везти меня к своим родителям.

В день икс муж заезжает за мной один.

Непонимающе смотрю на него. Девочки же собирались приехать!

- Сюрприз дома, - улыбается, целуя меня в щёку.

Медсестра вручает Теплову дочь. Молча наблюдаю, как он устраивает малышку в красивую автолюльку на колёсах.

Пока едем в посёлок, где у родителей мужа дом, вполне мирно разговариваем. Я успокоилась и решила с ним не враждовать. А он, очевидно, делает вид, что рождественского происшествия и не было.

Берет меня за руку, нежно сжимает. Я не возражаю.

А к вечеру, после праздника, который он для нас устроил, начинаю смотреть на нашу ситуацию другими глазами.

Мы ведь можем дружить.

Ну а почему нет? Я дам ему миллион расписок или что он там еще потребует, о неразглашении. Будем изображать семью и вместе растить Нику. Но его похождения меня больше не ранят. Любви нет, она испарилась как по волшебству.

К восьми уже так устала, что ноги подкашиваются. Вообще, я не такая слабачка. Эта немощь из-за беременности и нескольких дней лежания в постели. Очухаюсь скоро.

Сижу у камина и с улыбкой наблюдаю, как Олегов отец, довольный, показывает кому-то по видеосвязи внучку.

Я разговариваю с девочками, но постоянно ищу глазами среди гостей ЕГО.

Миллера, будь он неладен!

Это уже смахивает на помешательство.

Конечно, его здесь нет. Телефон, оставленный им, выключенный лежит в спальне. Мужу рассказать о нём не решилась.

Наконец, гости начинают расходиться. Подружки уезжают. Большинство тепловской родни тоже.

Олег провожает меня наверх, в спальню. Обнимаемся даже на прощание.

Мне значительно спокойнее. Я уже не в такой тревоге, как раньше.

Сажусь в специальное кресло-качалку – подарок заботливого мужа. И плавно раскачиваясь с малышкой на руках, смотрю в ночное небо. Яркий молодой месяц выглядывает из тёмных туч и прячется снова.

Задумалась и не услышала, как скрипнула дверь.

- Привет, - раздался совсем рядом знакомый шёпот. – Можно?

Боюсь повернуться. Только киваю.

Зачем он здесь?!

По телу пробегает волна дрожи. Это так неожиданно, что я в полной растерянности!

Алекс подходит к креслу и с минуту молча рассматривает Нику.

Сегодня на нём простые тёмные брюки и синий пуловер, рукава закатаны. В густых тёмных волосах искрятся снежинки. Красивые карие глаза отражают свет уличной гирлянды.

Меня будто окутывает знакомым теплом и чувством надежности и защиты.

Покачивания прекратились, и малышка проснулась. В ответ рассматривает своего фальшивого дядю, хлопая сонными глазками.

- Я могу подержать? – вдруг спрашивает Алекс.

Киваю снова.

Он осторожно берет Нику под голову и спинку, укладывает себе на сгиб локтя.

Жду, что она заревёт, но нет. В его руках малышке уютно и безопасно.

Как и мне.

Глава 9

- У тебя есть дети? – спрашиваю Алекса, зачарованно наблюдая, как он покачивает на руках мою дочь.

Он отвечает с небольшой заминкой:

- Только племянники.

Я теряюсь в догадках, зачем он пришёл. Почему с таким благоговением обнимает малышку, зная, что она ему чужая?

- Помирились с Олегом? – вдруг спрашивает.

- Не то чтобы. Заключили временное перемирие, скорее.

- Странное перемирие, когда один из супругов угрожает другого разлучить с ребенком.

Ещё не хватало свой брак обсуждать с ним сейчас! Я и без того в растерянности, потому что не понимаю, что у нас за отношения. Но что они какие-то нездоровые – это точно. Меня тянет к брату мужа через несколько дней после родов! Какая стыдоба!

Злюсь на Алекса, хоть он и ни в чем не виноват.

- Почему ты здесь? – спрашиваю в лоб. – Уже поздно. Не думаю, что это прилично.

Александр шумно выдыхает и поворачивается ко мне с Никой на руках.

- Я здесь, чтобы предложить тебе уехать, - он пристально смотрит на меня своими невероятными тёмными глазами. - Пришёл бы раньше, но дела задержали.

Неловко от такого откровенного мужского взгляда. Инстинктивно скрещиваю руки, прикрывая грудь. Уже успела переодеться в пижаму – шелковые брюки и майку на тонких бретелях. Неподходящий наряд для приёма посетителей.

- Уехать?

Он поясняет с едва уловимым раздражением:

- После того, что устроил Олег в палате, я не думал, что ты к нему вернешься как ни в чем не бывало.

- Это касается только нас с ним, Алекс.

Я протягиваю руки, и он возвращает мне дочь.

Малышка, пригревшись на его широкой груди, начинает возмущённо хныкать.

- Окей, я в вашу личную жизнь не вмешиваюсь. Просто предлагаю тебе пожить пару месяцев у моего старшего брата на Алтае. У Андрея и Саши там большой дом. Соня, жена Марка, присоединилась бы к вам вместе с близнецами.

Я снова устраиваюсь в кресле. Ника куксится и начинает плакать. Баюкаю её, целую в щёчки.