Анна Россиус – Рождественское чудо для миллиардера (страница 15)
Я просто влюбилась в Александра и пытаюсь выдать желаемое за действительное.
- Всё в порядке, - заверяю столпившихся вокруг Миллеров. - Извините.
- Побледнела слишком, - хмурится Андрей.
- Иди-ка приляг, - предлагает Саша. - Я после родов всё время спать хотела. Усталость круглые сутки была…
Алекс помогает мне встать.
- Я наверх провожу.
Вот устроила представление! Как же стыдно…
Поднимаемся по лестнице вдвоём. Я стараюсь на него не пялится. Потому что мысль, что он – настоящий отец Ники – очень заманчивая. Она захватила мой разум полностью, никак не могу выкинуть эту глупость из головы.
Выпровожу его из своей спальни и тогда предамся мечтам. А пока нужно держать себя в руках.
Няня читает книжку в кресле рядом с Никиной колыбелью. Благодарю ее и отпускаю. Мы остаёмся втроём.
Мужчина моей мечты не уходит никуда. Наоборот, приближается. А я трусливо отступаю к кроватке.
- Я что-то пропустил, Мил? Что-то случилось, пока мы разносили мальчиков по спальням?
- Нет.
Он недоверчиво поджимает губы.
Согласна, я странно себя веду. Но не рассказывать же ему о своих фантазиях? Подумает, что я свихнулась.
Стоим друг напротив друга, молчим. Он рассматривает моё лицо в тусклом свете ночника. У меня мурашки от его проницательного взгляда. Нельзя так смотреть!
- Мне остаться?
Он с ума сошёл.
- Нет.
- Я не буду давить, обещаю.
- Хорошо.
- Значит, да? – он начинает улыбаться.
Я тоже, помимо воли. Такая заразительная у него улыбка.
- Нет. Это неприлично.
- Мы взрослые люди. Я рассказал братьям о нас.
Отворачиваюсь и отхожу к окну.
- Чего ты хочешь, Алекс? – спрашиваю прямо.
- Я хочу быть с тобой. Разве непонятно?
Слышу его шаги за спиной и замираю в предвкушении. Об обнимает меня за плечи и прижимает к своей груди. Утыкается подбородком в мою макушку.
Мы снова смотрим друг на друга, но теперь уже через отражение в тёмном окне.
- Мы едва знакомы. Это странно.
- Я впервые увидел тебя год назад. Олег показывал фото. Не поверишь, наверное, но я сразу понял, что у вас ничего не выйдет. И я тебя у него отобью.
Мне стыдно за то, что он говорит. И за свои желания особенно стыдно! Ситуация – чудовищна! Не такому меня бабуля учила! Не изменять мужу через две недели после рождения ребёнка! Пусть и почти бывшему. Я должна получить развод. Только после этого можно будет смотреть в сторону Алекса, не раньше!
- Я замужем. Пожалуйста, не искушай меня.
- Скоро разведёшься, я же сказал.
Ух ты, какие мы самоуверенные! Может, Миллер не всё о кузене знает? Считает его обычным неудачником, у которого проблемы с управлением гневом и кое-каким веществами?
Как бы не так.
Теплов разгоняется от нуля до двухсот за считанные секунды, особенно если зальёт внутрь топлива. Рисковать своей драгоценной ягодкой из-за того, что хочу быть с другим мужчиной, я просто не имею права!
Единственный способ освободиться от этого чудовища – разойтись по-хорошему. Иначе всю оставшуюся жизнь буду вздрагивать от любого шороха. А по-хорошему не получится, если он заподозрит меня в связи с Александром, которого на дух не переносит.
Сейчас Алексу взбрело в голову, что я ему нужна. Мужчина – охотник, получит своё и охладеет. Общеизвестная истина. Он вряд ли всерьёз намерен взвалить на себя ответственность за малознакомую женщину и чужого ребенка.
Миллер вдруг разворачивает меня к себе. Берет моё лицо в ладони и целует. Сперва легонько, я не сопротивляюсь. Потом раздвигает мои губы языком и проникает глубже.
Его дыхание учащается, как и моё. Грудь, в которую он меня вжимает – каменная, тяжело вздымается. Руки крепко удерживают рядом, не позволяя даже пытаться оттолкнуть.
А я и не хочу. Я ведь сказала – нам нельзя. Но он показывает, что может и заставить.
Если буду и дальше размышлять о его мотивах, запутаюсь еще больше.
Что я могу противопоставить такому большому, сильному мужчине? Ничегошеньки. Поэтому смирилась и позволяю своим запретным чувствам взять верх над разумом.
В какой-то момент поднимаю руки и обвиваю его шею. Встаю на носочки, чтобы ему удобнее было целовать. И в следующую секунду оказываюсь прижатой к стене.
- Алекс! – выдыхаю ошеломлённо.
Это слишком… грешно.
- Расслабься. Я не сделаю больно.
Расслабиться невозможно. Напротив, всё тело напряжено, будто натянутая струна. Желание поддаться соблазну борется с заложенными еще в далёком детстве установками о том, что хорошо, а что плохо.
Целоваться с другим мужчиной будучи замужем – это очень, очень плохо!
- Мила, о чём ты всё думаешь? - выдыхает Алекс мне в губы и отпускает меня на секунду, чтобы быстро стянуть пуловер.
Мамочки. Он раздевается зачем-то. У меня, между прочим, ребёнок грудной спит в паре метров! Или… у нас…
Очнись, дура! Злюсь на себя всё больше.
- О том, что нужно остановиться.
Его лицо не видно, ночник у него за спиной. Но ясно, что мой ответ он пропустил мимо ушей.
Миллер хватается за полы моей рубашки и начинает нагло её задирать вверх. Его руки шарят по моей голой спине, обнимают, гладят нетерпеливо.
Когда начинает говорить, я голос его не узнаю, такой низкий.
- У меня в понедельник самолёт. Дождёшься меня здесь?
Молчу. Помедлив две секунды. Не больше, он снимает с меня через голову рубашку и снова рывком прижимает к стене.
- Сколько? – пищу, умирая от наслаждения.
Его губы на моей шее творят нечто невообразимое! Никто не целовал меня с такой жаждой и удовольствием! Я никогда не испытывала подобного сумасшедшего влечения к мужчине!
- Неделю, - Алекс отрывает меня от пола и подсаживает себе на бёдра. – Или две.
Я обвиваю его ногами и руками. Сердце стучит бешено, дыхание рваное.
- Если остаться еще на две недели будет прилично.