Анна Россиус – Новогодняя ночь с боссом (страница 3)
– В холодильнике есть фрукты. Порежь, пока я буду в душе.
Окей. Сегодня он приказывает – я безропотно исполняю. Знать бы ещё, к чему готовиться? Как далеко мужчина может зайти, полностью владея женщиной?
Хоть мне и не терпится скорее снова оказаться в его руках, но одной спокойнее. Он уходит наверх, а я занимаюсь фруктами – режу и красиво выкладываю на фигурную тарелку. Выношу в гостиную и ставлю на журнальный столик рядом с бокалами.
Вино очень вкусное, но я и после пары глотков чувствую, как оно расслабляет и раскрепощает. Может, вылить своё, пока я одна? Пусть думает, что всё выпила.
Но сделать ничего не успеваю.
Его высочество спускается, облачённый в похожий махровый халат.
К снова я зависаю, таращась на начальника. Хорош так, что аж дух захватывает. А уж в такой обстановке, без обычного строгого костюма…
Мокрые тёмные волосы поблёскивают в полумраке. Он полностью расслаблен, в отличие от меня. Не улыбается, конечно. Но уже не так хмур.
Это обнадёживает. Хочу обниматься и целоваться у камина. Как в романтических новогодних фильмах. Более подходящей для этого обстановки и придумать сложно.
Матвей подходит ко мне, но сразу не трогает. Берет дольку мандарина и отправляет в рот. А я пристально наблюдаю, как эротично он жуёт. Какие красивые губы у него.
Садится на диван, вальяжно откинувшись на подушки и расставив ноги. И поднимает на меня взгляд.
– Иди ко мне.
Его голос низкий, чуть хриплый.
Я медлю, не решаясь сделать до него пары несчастных шагов.
Тогда он берет подушку и бросает на пол перед собой, недвусмысленно показывая, чего хочет.
У меня жар приливает к лицу, когда всё понимаю.
Я никогда ни с кем этого не делала…
Глава 5
Лера
Не будет поцелуев и объятий. Он сразу указал мне на моё место. На коленях у своих ног.
Раз приняла решение, не отступай! Захотела остаться с ним? Наслаждайся теперь по полной!
Медленно подхожу, стараясь не показывать, в каком пребываю смятении.
Я к камину спиной, а вот мой любовник – как раз лицом. Идеально.
Даже не верится, что сейчас я увижу Матвея без одежды. Хочу этого, но никак не могу решиться.
– Ты бы такая нерешительная была, когда тебе нас сдать предлагали, Валерия, – Начинай.
От этого голоса едва коленки не подкашиваются.
Опускаюсь перед ним на мягкую подушку. Надо радоваться, что в угол на горох не поставил.
Матвей демонстративно закидывает руки за голову и приподнимает бёдра, усаживаясь поудобнее передо мной.
Я надеялась, может он закроет глаза? Но нет, конечно. Смотрит на меня, почти не моргая. Ждёт.
Я должна справиться. В этом ничего сложного нет.
Дрожащими от волнения пальцами развязываю пояс его халата и развожу полы в стороны. С трудом получается подавить шумный вздох. От увиденного наливается тяжестью низ живота, а в промежности начинает пульсировать. Так сильно он нравится мне.
Матвей, не прерывая зрительного контакта, просовывает ладонь под мой халат и мягко сжимает грудь. Волоски становятся дыбом, пока он ласкает меня. Массирует, трёт между пальцами сосок.
Жмурюсь от удовольствия. Уже не пытаюсь скрыть, как сильно меня возбуждает то, что мы делаем.
Но мужская ладонь, опустившаяся на мой затылок, не позволяет забыться. Он ждёт.
Я делаю глубокий вдох. И обхватываю твёрдый ствол рукой. Жалею в этот момент, что темно. Хочется рассмотреть. Но и на ощупь он мне очень нравится. Большой, ровный, с вздутыми венами и шелковистой головкой.
Матвей касается моей щеки, гладит. Ведёт подушечкой большого пальца по нижней губе. Слегка надавливает.
Я послушно открываю рот и позволяю ему проникнуть внутрь, коснуться языка…
Внутри горит уже всё. Каждая клеточка пылает от желания.
И когда Матвей убирает руку от моего лица, я склоняюсь к его бёдрам.
Гоню мысли о своем унизительном положении, о бесстыдной позе у его ног. Всё это становится неважно. Ничего и никогда мне так сильно не хотелось, как сейчас подарить ему удовольствие.
Сердце бешено колотится, когда обхватываю его губами.
Матвей смотрит на меня. Но видит только мой силуэт на фоне яркого пламени. Наверное, только поэтому я еще не сгорела со стыда.
Провожу языком по нежной плоти.
Рука Матвея сильнее стискивает подлокотник. Мышцы пресса напрягаются от каждой моей ласки.
Возбуждение усиливается, я ёрзаю, сжимая колени. Безумно хочется, чтобы Матвей тоже коснулся…
На затылок ложится тяжёлая ладонь, несильно давит.
– Глубже… – хрипло просит он.
Поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом.
Он смотрит на меня, будто вот-вот готов сорваться и растерзать. В его глазах столько неприкрытой похоти, жажды… Не взирая на неопытность, я смогла вызвать в этом большом взрослом мужчине целый ураган чувств.
Реакции его тела настолько воодушевляют, что я полностью отпускаю себя. Стеснение и неуверенность растворяются в нестерпимой потребности друг в друге.
Матвей глухо стонет. А у меня голова кружится. То ли от нехватки воздуха, то ли от дикого возбуждения.
Чувствую мужские пальцы на плече. Он гладит, спуская с моих плеч халат. Обхватывает грудь, словно взвешивает её в ладони. И сжимает пальцами сосок.
Теперь уже я не могу удержаться от стонов.
Продолжая его ласкать, сама отдаюсь его ласке. Это едва возможно выносить.
Пожар, разгоревшийся между ног, охватывает всё моё тело. Ни разу в жизни не испытывала ничего подобного.
Ещё сильнее сжимаю бёдра. Но чувств становится только больше. Появляется болезненная пульсация, которая с каждым движением его руки только усиливается.
Ощущения нарастают. Они надвигаются лавиной. И когда она обрушивается, когда спазмы сокрушают моё тело один за одним, я утыкаюсь лбом в его каменный живот. Из моего горла вырывается какой-то жалобный скулёж.
Матвей видит всё. И, я уверена, понимает, что со мной только что произошло.
Он рывком подтягивает меня и сжимает так крепко, что задыхаюсь в его руках. Грубо хватает мой подбородок и впивается в губы глубоким, жадным поцелуем.
О боже…
Держит меня у себя на коленях, как ребенка… и целует, целует…
Потом поднимается со мною на руках и спешно идёт к лестнице.
– Хорошо было, Лера? – вдруг спрашивает, легко преодолевая ступени.
Стыдно-то как… Это он специально меня смущает.
– Да, – бормочу, уткнувшись лицом ему в шею.