Анна Романова – Алые небеса (страница 5)
– Нормально выгляжу?
Лифт останавливается. Парень кивает, и я, уже более важной походкой, выхожу в холл.
Смотрю на указатели (хоть здесь есть английский перевод). Как бывалый сотрудник, иду в переговорную. Спаситель подозрительно следует за мной. В какой-то момент начинает казаться, что он может оказаться членом приёмной комиссии, оценивающей навыки. Однако когда мы заходим в прозрачный кабинет, где уже сидит восемь человек, картинка складывается.
– Ой, да ладно? Мы что, претендуем на одну должность? – спрашиваю тихо, пока к нам приближается миниатюрная брюнетка с планшетом и двумя конвертами в руках, предполагаю, с тестовыми заданиями внутри.
Широко улыбаюсь, в глазах появляется азартный блеск.
– Это уже интересно…
Девушка указывает нам на свободные места, призывая поторопиться. Время на выполнение теста пошло! Бросаю взгляд на Со Джина, поднимаю большие пальцы вверх и одними губами проговариваю:
– Удачи.
Глава 3: Ким Со Джин
Как правило, после разрешения стрессовой ситуации нормальным людям – подчёркиваю НОРМАЛЬНЫМ – требуется некоторое время на осмысление произошедшего. Поэтому всё, что мне сейчас нужно, – пара минут тишины, чтобы утихомирить ухающее под рёбрами сердце. Но куда уж там, в такой-то компании…
– Боже! Как это было круто! – вскрикивает американка, я равнодушно молчу. – Спасибо еще раз, вы меня очень выручили. Кстати, я должна знать, как зовут моего героя. Когда разбогатею, точно поставлю вам памятник за помощь.
Выудив из обилия фраз конкретный вопрос, отвечаю максимально сухо, в сторону.
– Ли Со Джин.
Девушка тем временем учиняет фокусы с переодеванием. Пустая трата времени, ведь мой пиджак ей откровенно велик, вряд ли выйдет что-то толковое. Однако мисс «я только что с самолёта» находит вполне приемлемое решение и, стоит признать, даже сексуальное. Ой, брр, о чём это я?!
– Нормально выгляжу? – прилетает вдогонку моим мыслям.
Негодующе поджимаю губы, но киваю положительно, пока взгляд сам по себе виснет на плавно покачивающихся бёдрах, удаляющихся из кабины. Очухиваюсь лишь, когда лифт начинает пищать, а его двери закрываться.
Останавливаю сходящиеся створки рукой. Выскакиваю в коридор. Пара секунд осмотреться – мне нужна малая переговорная. На информационной табличке указано направление. Поворачиваю направо, торопливо шагаю вдоль ряда дверей, к удивлению, нагоняя «свой пиджак». А затем случается то, что всё в тех же пресловутых дорамах зовётся «неожиданным» сюжетным твистом: иностранка оказывается не просто случайной «заблудшей» – она претендент на МОЁ место в компании!!!
Щибальcontentnotes0.html#note_7! Это что? Мгновенная карма наоборот? Я всегда знал – за добро нихрена не воздаётся! Впрочем, пофиг, мои навыки нагнут любого элитного выпускника Сеульского, а неоспоримое обаяние покорит приёмную комиссию – без вариантов.
Занимая отведённое мне место в стеклянном кабинете, невольно сталкиваюсь взглядом с брюнеткой. Она тычет большими пальцами в потолок, желая удачи. Всерьёз или издевается? В Корее с раннего детства учат, что одноклассники не друзья, а соперники. Жёсткая система образования, бесконечные табеля успеваемости, рейтинги на стенах учебных заведений и огромный конкурс при приёме на работу обязывают смотреть на каждого потенциального конкурента как на личного врага. А эта что? Вы только посмотрите! Лыбится, будто только что выиграла в лотерею. Странная.
На выполнение тестового задания отводят восемьдесят минут. Вскрываю конверт, из груди вырывается вздох облегчения – как два пальца об асфальт. Погружаюсь в решение, просчитывая алгоритмы в уме и вдруг замечаю, что сидящая напротив янки встаёт со стула, протягивая бланк наблюдающему.
Бросаю взгляд на часы – прошло тридцать восемь минут. Да ладно! Куда ты идёшь?! Сядь на место и перепроверь, потом ведь сокрушаться будешь…
Ащщ, мне-то какое дело?! К тому же я и сам уже на последнем вопросе.
Девушка покидает переговорную. Я досадливо качаю головой (ну как можно быть настолько безответственной?), однако почти сразу возвращаюсь к тесту и через пару минут заканчиваю.
Настроение резко повышается. Минуя лифт, иду к лестнице – хочу размять ноги. Вприпрыжку спускаюсь на первый этаж, чувствуя приятное удовлетворение. Выхожу в холл, поглядывая на стойку ресепшена. Где там «моя» улыбчивая агассиcontentnotes0.html#note_8, у которой я хотел стрельнуть телефончик? И вдруг тот самый охранник, что меньше часа назад стал жертвой моего феноменального актёрского мастерства, орёт во всё горло:
– Эй, а ну стоять, поганец! Ин Хо, вон он, тот, что прикинулся директором! Держи его! – И два мужика в форме срываются в мою сторону. – Вот я тебе сейчас покажу! Начальнику охраны он пожалуется!
Это ж надо… Попал, так попал!
Окидываю рыщущим взглядом приёмную. Сталкиваясь им с администраторшей, пытающейся привлечь моё внимание бурной жестикуляцией. Указывая пальцем на турникеты, она жмёт на кнопку, те распахиваются.
– Быстрее, – одними губами шепчет «чудо женщина», и я, благодарно кивнув, быстроногим гепардом ныряю через проходную.
Отлично, фора в несколько секунд всё, что мне нужно!
Бегу на выход, минуя рамку металлоискателя. Пол мокрый. Чтобы ускориться скольжу подошвой, теперь уже мысленно осыпая благодарностями черепаху-уборщика. Датчики движения стеклянных дверей реагируют без задержки. Выскакиваю на крыльцо, оглядываюсь. Охранники перелезают через предусмотрительно заблокированные администраторшей турникеты. Нужно убираться, и как можно скорее!
Спускаюсь по ступенькам. Перепрыгиваю оградительный бордюр с высаженными на нём цветами – петлять по дорожкам времени нет – и неожиданно замечаю американку, из-за которой, собственно, случилась вся эта дичь. Девушка тоже видит меня, но пока ещё не понимает, что происходит: спокойно встаёт со скамьи, приветственно машет рукой.
Ага, какая приятная, чёрт подери, встреча! – мысленно иронизирую я, устремляясь к причине своих проблем.
Видимо, то, что моя семидесяти пяти килограммовая туша не идёт прогулочным шагом, а прёт сломя голову, настораживает брюнетку. Она опасливо пятится, при этом открывая рот, чтобы наверняка изречь очередную многословную тираду. Я же, оказываясь рядом, бросаю взгляд через плечо.
Вот же приставучие ублюдки! Уже карабкаются через ограждения, ещё и шокеры достали!
– Не сейчас, – пресекаю любые попытки девушки заговорить, хватаю её за руку и почти так же, как на переходе, грозно командую: – Бежим, нас раскрыли!
Девица не успевает опомниться, как мы уже мчимся на полных скоростях в сторону аллеи. Но на своих каблучищах она значительно замедляет темп, грозя окончить побег задержанием. А это не входит в мои планы. Поэтому я, в поисках укрытия, резко беру вправо, сворачивая за здание кафе. Там, стремительно обернувшись, ловлю потерявшую равновесие соучастницу и разворачиваюсь вместе с ней на девяносто градусов, прилипая к стене. Точнее, к зданию оказывается прижата девушка, вдавленная в кирпичную кладку моей грудью.
– Тсс, – прикладываю к пухлым губам палец, застывая, вслушиваясь в шаркающие шаги охраны, рыщущей за углом.
Жду. Время тянется, как резиновое. Тело напряжено. Мышцы гудят, готовые в любой момент пустить ноги в забег. Дыхание, из-за того, что я стараюсь не шуметь и сдерживаю его, болезненно сводит грудь.
Проходит минута, другая. Вроде бы всё тихо, но двигаться не решаюсь, вдруг враг, как и мы, притаился?
Нет ничего страшнее разъярённого мужика за сорок, которому наступили на и без того потрёпанное скудным жалованием, ворчливой женой, да неблагодарными отпрысками эго. Поэтому, когда девица подо мной (или перед – тут с какой стороны посмотреть) начинает ёрзать, всем своим видом намекая, что неплохо бы было её отпустить, я угрожающе шикаю:
– Чоён'гхан! То есть – тихо…
Американка негодующе щурится, но, благо, не перечит.
Некоторое время спустя, полностью убедившись, что охрана сдалась, резко отнимаю руки от женских предплечий и, развернув раскрытые ладони в жесте «без рук», отступаю. Девушка, почуяв «зелёный свет», тотчас начинает болтать. Что-то там про туфли и незапланированный бег с препятствиями, я не вслушиваюсь, мысленно по-прежнему сконцентрированный на потенциальной угрозе.
– Да твою мать! – внезапно чертыхается американка, вынуждая меня таки обратить на неё внимание. Ругается и правда как программист.
Насмешливо гляжу на девушку, но тут же сникаю – кажется, она подвернула лодыжку. Ну в самом деле, что за день?..
Девица тем временем подхрамывает ближе, снимает пиджак, протягивает вещь мне, при этом без умолку молотя языком. И я бы вполне мог счесть подобное поведение милым, не скачи она точно одноногий кузнечик. Поэтому всё, что янки говорит, пролетает мимо моих ушей, ведь в голове происходит поисковый запрос ближайшей больницы.
В реальность возвращаюсь лишь когда вижу женскую спину. Походу, американка сказала всё, что хотела, и теперь намеривается уйти. Однако я не могу её отпустить, совесть не позволяет, и, зажмурившись, мысленно отсылая своему благородству парочку нецензурных благодарностей, ловлю тонкое запястье, на сей раз совсем не грубо, а бережно.
– Погоди… – Мэри? Да, кажется Мэри, оборачивается. – Куда ты собралась с такой «лапой»? Даже если можешь идти сейчас, через полчаса она разбухнет, будто пчёлами покусанная. Нужно срочно наложить холодный компресс и зафиксировать. Если, конечно, не собираешься искать квартиру в инвалидном кресле. – Хм, выходит, что некую часть болтовни девчонки, я всё-таки уловил.