Анна Романова – Алые небеса (страница 49)

Отворачиваюсь, не демонстративно, будто не узнала. Поправляю сумку на плече. Ускоряю шаг. Губы начинают дрожать, вот-вот заплачу. Странно… Разве холодная вода не должна отрезвлять? Так почему в настоящий момент ледяные капли дождя не помогают, а лишь усугубляют положение, повышая уровень внутренней истерики до максимума?! Нужно отвлечься! Хоть как-то, на что угодно.

Пустой взгляд находит прохожих, тесно жмущихся под крышей небольшой остановки – увы, не интересно. Скользит дальше, но яркие огни вывесок, рекламных билбордов и автомобилей сливаются в одно мутное пятно, теряя цвет, превращая окружающий мир в черно-белое кино. Ничего не цепляет, не привлекает внимания, забить голову «белым шумом» не получается…

Останавливаюсь в метре от спасительной крыши. Поднимаю руку, пытаясь поймать такси. Автомобили один за другим пролетают мимо, увозя с собой остатки моей выдержки. Делаю шаг в сторону дороги, надеясь увеличить шансы на успех, но по факту получаю новую волну разочарования, что окатывает брюки грязными брызгами из-под колёс.

Громко выругиваюсь на «великом и могучем». Обида опаляет грудь нестерпимым жжением. Закусываю губу до боли. Сдерживать слезы невыносимо, но я пытаюсь! Эта страна отвергает меня, как ПО вредоносную программу, установленную из неизвестного источника. Может, стоит послать всё к черту и улететь обратно в Штаты? Забыть о случившемся, как о страшном сне, вернуться к прошлой жизни, отношениям, карьере? Да только смогу ли?..

От размышлений отвлекает тормозящее рядом такси. Бросаю взгляд на своё отражение в заднем окне – хуже побитой собаки. Увидев такую моську, даже я бы остановилась, чисто из жалости.

Решительно открываю дверь, и хочу было забраться в салон, как дождь над головой резко прекращается, хотя продолжает барабанить по крыше авто. Неужели Мин Хо не смог удержаться от расспросов? Думала, он более тактичен, ясно же, что из меня сейчас тот ещё собеседник. Или генеральный, напротив, решил воспользоваться ситуацией? Надавить на больное? Дать понять, что я у него под колпаком?

С тяжелым, неконтролируемо страдальческим вздохом поворачиваю голову влево и застываю. Рядом стоит Ли, держит над моей головой разноцветный зонт. Смотрит так проникновенно и заботливо, что дыхание перехватывает, произнося спокойное: «я подвезу». Отрываю рот, не произнося не звука, словно онемевшая, не в силах осмыслить происходящее. Парень, также молча, кивает на автомобиль, припаркованный позади такси.

Он вернулся за мной? После всего, что я, он, да в конце концов, «мы» наговорили? Перешагнул через гордость, наплевал на свои же обещания и все ради того, чтобы мне не пришлось мокнуть под дождем? Не знаю, что сказать. Не понимаю, как поступить. Очевидно одно – я не должна соглашаться на его помощь, обрекая нас на беготню по замкнутому кругу, в финале которого ждёт лишь одно – боль. Нужно отказаться, так будет разумнее.

Поджимаю губы. Собираюсь с силами. Сжимаю пальцы свободной руки в кулак. Хочу ответить мягкое, но уверенное «нет», но прежде, чем губы успевают разомкнуться, Со Джин произносит:

– Пожалуйста, не спорь…

Его веки на мгновение прикрываются. В этом жесте столько усталости, что моё сердце не выдерживает. Неважно, сколько аргументов «против» стоит между нами, он единственный человек, способный раскрасить мой мир в яркие цвета.

– Простите, уже не нужно, – говорю водителю такси, вряд ли меня понимающему, только теперь осознавая, что всё это время завороженно смотрю на своего бессменного спасителя, взятая в плен его гипнотическим взглядом, вновь заставляющим время вокруг останавливаться.

За пределами нашего маленького мира, сжавшегося до размеров зонта, дождь усиливается, будто пытаясь привлечь внимание. Но я не желаю возвращаться в удручающую реальность. Хочу застыть в этом мгновении навеки, чтобы ливень смыл с мостовых все проблемы, разрушил дамбы, разделяющие нас, позволил остаться вместе. Говорят: «после дождя всегда появляется радуга». Так вот же она – в руках Со Джина. Наша общая радуга! Я хочу в это верить. Отчаянно хочу! Однако, когда крупная капля падает с ребра зонта прямо за воротник, наваждение развеивается, тучи вновь заволакивают небо…

Отвожу взгляд в сторону, переминаясь с ноги на ногу. Со Джин как всегда берёт инициативу на себя, принимая решение за нас обоих, и легонько подталкивает в сторону свой машины.

Оказываемся возле чёрного седана. Ли галантно открывает переднюю пассажирскую дверь, продолжая прятать меня от дождя под зонтом, подаёт руку, помогая устроиться в салоне. Здесь тепло и приятно пахнет новой кожей. Видимо, это и есть та самая корпоративная плюшка, которую мне так навязчиво рекламировал Мин Хо.

Спустя несколько секунд спаситель занимает водительское место, однако, вместо того, чтобы тронуться, неожиданно наклоняется ко мне, да так близко, что в груди моментально начинается выступление барабанного оркестра. Изумленно смотрю на него, не шевелясь и не издавая ни звука, не в силах выпутаться из паутины глубоко взгляда, буквально задыхаясь от горячего дыхания, падающего прямо на губы, и вдруг слышу щелчок, в момент простреливающий осознанием происходящего – парень застегивает ремень безопасности. Всего-то! Вот я дурочка… Хорошо, что в салоне темно и не видно, как мои щеки заливает краска. А в следующую секунду Ли, будто нарочно добивая очередным проявлением внимания, снимает куртку и укутывает ею мои ноги.

«Со Джин соткан из заботы», – подумала я однажды, и пока не было ни единого повода в этом усомниться. Приятно, когда в жизни есть такой человек. Жаль, правда, что оставить его рядом не получится…

Прячу руки в теплой подкладке. Стараюсь смотреть только в окно, но отвлечься от мыслей о парне не получается, слишком уж быстро меня окутывает ЕГО запах.

Мы выезжаем на дорогу. Ли предельно сосредоточен на вождении, что даёт возможность незаметно скользить беглым взглядом по салону (читать: Со Джину). Его плавные движения, длинные, до умопомрачения красивые пальцы, расслабленно лежащие на руле – завораживают. Удивительно, как парню удается быть таким умиротворённым после всех потрясений? Это какая-то встроенная функция? Интересно, где такую раздобыть? Мне бы не помешала…

Нужно подумать о чём-то, кроме Со Джина, но радио молчит, а приятный звук мотора, разбивающихся о стекло капель, глубокого дыхания и слишком громкого сердцебиения, предательски воскрешают в памяти его голос и те яркие, приятные мгновения, что мы провели вместе.

Вновь отворачиваюсь к окну, замечая уже знакомые пейзажи – мы на пути в отель. Впервые радуюсь пробкам – поездка-то затягивается. Знаю, это неправильно, не вписывается в мои убеждения, но хочу побыть с Со Джином подольше. Пусть даже так… Наверняка подобной возможности больше не представится. С завтрашнего дня будут существовать только руководитель Ли и ведущий программист Хоук, а им нечего делать вместе под покровом ночного Сеула. У них нет истории, чувств или привязанностей. Их, как пары, в принципе не существует. Помню, это то, чего я добивалась, но разве утверждала, что с лёгкостью приму?..

За очередным приступом самобичевания выпускаю из вида сворот к отелю, поэтому остановка перед центральным входом становится для меня неожиданностью. Слишком быстро! Я ещё не готова!

Паника накрывает с головой. Сейчас всё закончится раз и навсегда. Это точка, которая никогда не превратится в запятую. Мне нужно хотя бы объясниться, рассказать про проклятый ужин. Это меньшее, что я могу сделать. Не хочу жить с чувством недосказанности!

Поворачиваюсь к Ли, набираю полную грудь воздуха и с решимостью произношу:

– Со Джин, послушай…

Но, кажется, ему мои объяснения больше не интересны. Парень выходит из машины, а я обреченно прикрываю глаза, понимая – слишком поздно.

Тянусь к ручке, но дверь открывается прежде, чем я её касаюсь. Поднимаю растерянные глаза на Со Джина, командующего беспрекословное: «идём». Ну разумеется, он слишком хорошо воспитан, поэтому доведёт меня до входа.

Киваю, отстегиваю ремень безопасности, выбираюсь на улицу, предусмотрительно (но не значит без колебаний) оставляя мужскую куртку на опустевшем сидении. Механическими, слаженными шагами мы поднимаемся по ступенькам, заходим внутрь, здороваемся с администратором, словно пара постояльцев, проходим через холл до лифтов. Всё до предела естественно и непринужденно. Но, когда металлические двери закрываются, понимаю – у Со Джина нет повода подниматься со мной на этаж. Надобности в зонте здесь нет, моя нога функционирует, куртка в машине – забирать нечего. Так что же тогда? Почему он всё ещё не уехал? Желает убедиться, что я преодолею несколько метров до номера, не вляпаясь в очередные неприятности? Бред!

А что, если ему, так же, как и мне хочется провести чуть больше времени вместе?..

От данной мысли пульс пускается в галоп. Сердце сжимается до размера горошины. Я устала, и больше нет сил играть в «понимающую» молчанку. Пора объясниться!

– Со Джин, пожалуйста, выслушай меня. Это всё не то… – Хочу сказать «чем кажется», но не успеваю! Ли внезапно срывается с места, берёт в свои холодные ладони моё горячее от бушующих эмоций лицо, наклоняется и целует – порывисто, отчаянно…