Анна Рейнс – Я на тебе (никогда не) женюсь (страница 4)

Бежать? Мне некуда. Родственникам я и даром не сдалась. А если не к ним? Жить впроголодь, без крыши над головой и перспектив? Но зато преисполненная гордости и подальше от тех, кто плохо обо мне думает?

Я же не дура.

Как ни крутись, без денег никуда не деться. Можно попробовать устроиться на работу, но кто меня возьмет? К тому же я ведь даже не пыталась адаптироваться.

Жила все это время в каком-то своем мире, где принцесса приносит сиротке чай, потому что они подружки.

Ага, как же.

Целитель хоть и не сильно рад меня видеть, принимает. Долго изучает пирожное, которое я ему принесла. Магией сканирует. И вскоре подтверждает догадку. Десерт с сюрпризом

—.. обычно эту смесь используют для больных. Кто есть не может. Пару глотков — и организму хватает на весь день, — говорит он. — Есть только одна проблема…

Принимать можно не больше недели. Иначе возникает сильная зависимость.

Меня в буквальном смысле колотит. По виску течет капля холодного пота.

— И как долго это будет длиться?

— Пока всё не выйдет, — хладнокровно припечатывает он.

— Что — всё? — спрашиваю на грани истерики. Его многозначительный взгляд обводит мою фигуру.

— Всё.

Из его кабинета я выхожу с артефактом, который определяет наличие этой дряни в еде. Еле выпросила. Сжимаю его так крепко, словно от этого моя жизнь зависит.

Настроение подавленное. Я ведь до последнего не хотела верить, что это дело рук Клариссы. Даже сейчас в голове пытаюсь ее оправдать. Она не знала, подставили... Но здравый смысл говорит об обратном. Обе принцессы что-то против меня имеют и действовали сообща.

Одна втиралась в доверие. Вызнавала тайны, чтобы сильнее и больнее ударить.

Вторая — не стесняясь, смешивала меня с грязью. Она ведь наследная принцесса.

ЕЙ все можно. Придворные, точно свора собак, вгрызаются во все, куда укажет ее рука.

И я в упор не понимаю, за что они меня так ненавидят.

Отныне мне даже пожаловаться некому. Король, несомненно, встанет на сторону дочерей и обвинит меня в неблагодарности. Во дворце нельзя никому доверять.

Чувствую себя мышью в змеином логове.

Никаких больше балов и приемов — буду просто вести спокойную, размеренную жизнь. Приведу свою голову и тело в порядок. Получу образование. А дальше решу, куда податься. Предпринимать что-то сейчас слишком опрометчиво. Возможно, они только этого и добиваются — чтобы я сама исчезла из их жизни.

Не дождутся.

Злость и ненависть, что я испытывала вчера, превращаются в решимость. Хочу показать, чего стою. Даже если ради этого придется выше головы прыгнуть.

Следующие несколько месяцев превращаются в пытку. Первые дни я закрываюсь в комнате, ссылаясь на болезнь. Но в четырех стенах только хуже становится. Тело словно в огне, и это состояние выматывает. Пытается сломать.

Но ломаться я не собираюсь. И спустя неделю выхожу в сад на прогулку. Понимаю, что телу нужна физическая нагрузка. Чем скорее я избавлюсь от последствий приема того лекарства, тем лучше.

Прогулки быстро сменяются на пробежки. Надо мной насмехаются, мне кажется, все.

— Кто опять выпустил свинью из хлева? — восклицает Марисса, пронзая меня острым, словно кинжал, взглядом.

— Готовится к приезду генерала. Хочет еще раз попробовать его соблазнить.

Сжимаю зубы, когда слышу насмешливый голос Зои. Они со старшей принцессой теперь чуть ли не лучшие подружки — постоянно вместе. А вот Кларисса держится в стороне. Но на меня не смотрит. Ведет себя так, словно меня и не существует вовсе. Пустое место.

И я даже не знаю, что меня больше задевает.

Последствия порошка все еще дают о себе знать. Пусть и не так сильно, как в первые дни. Хотя, может, привыкла. Из-за этого я с трудом концентрируюсь на занятиях, и учителя вечно недовольны. Зовут меня неспособной тупицей.

Мне кажется, внутри пружина сжимается. Я измотана — морально и физически.

Мысль о побеге уже не кажется такой уж и плохой. Выхожу из комнаты, только когда никто не видит — ранним утром или вечером.

Вот и сейчас. Отправляюсь на пробежку с рассветом и не успеваю вернуться.

Дождь начинается. Платье тут же намокает, становится неподъемным. Пыталась уговорить швею сделать штаны, но она посмотрела на меня с таким священным ужасом.

Иду мимо пустого тренировочного плаца. Вспоминаю, как сидела в кустах и наблюдала за генералом Сарсом. Восхищалась уверенными движениями. Звериной грацией. Чувствовала странное волнение — почти как щекотка в груди.

Записывала все в дневник. Чтобы потом мою душу перед всеми наизнанку вывернули.

Сейчас, кроме стыда, эти воспоминания ничего не вызывают.

Поднимаюсь на помост. Беру тренировочный меч из легкого дерева и подхожу к ближайшему манекену. Удар. Второй. Третий. Мой рык, который тонет в шуме дождя. Бью так сильно, что рукоять вибрирует в моей руке.

Пытаюсь избавиться от этих неприятных эмоций, что под кожей засели.

Почувствовать, наконец-то хоть какое-то облегчение. Слабая. Бесполезная.

Ненужная.

— Неплохой удар, — говорит кто-то за спиной, и я испуганно оборачиваюсь. Замечаю высокого седовласого мужчину в военной форме. Кажется, я и раньше его видела.

Тренировал новобранцев.

— П-простите, — бормочу я. Быстро кладу меч на место, а затем убегаю, едва не подскальзываясь на грязи. А когда возвращаюсь в комнату, понимаю, что мне наконец-то чуть полегчало. Отпустило.

И выглянувшее после дождя солнце словно меня изнутри освещает.

Правда, это чувство недолго длится. Потому что уже на следующий день приходит весть. На Сарендал напало соседнее королевство — Карандор. Как раз там, где сейчас находится генерал Сарс со своим отрядом.

5

Становится понятно, что Дэлмар не вернется ни через два месяца, ни через шесть.

Без возможности видеть генерала каждый день, меня... отпускает. Проходит эта подростковая одержимость. Все, что я сейчас испытываю — стыд за свои нелепые фантазии.

Жизнь потихоньку налаживается. Лишний вес уходит, а вместе с ним и действие порошка сходит на нет. Возвращается концентрация на занятиях, и теперь учителя скупо хвалят мои успехи.

А еще я решаюсь на нечто вопиющее для аристократического общества. Учусь обращаться с мечом. Правда, ради этого приходится разрешение короля получить.

Даже не ожидала, что пойдет навстречу.

Мне кажется, что на этих тренировках я будто весь негатив выплескиваю и заново себя вылепляю. Создаю броню, которой нипочем ни насмешки старшей принцессы, ни сплетни, что продолжает распространять Зои. Даже с каким-то большим остервенением, чем раньше.

Возможно, потому, что я изменилась, и она теперь во мне угрозу видит?

Иногда смотрю на себя в зеркало и сама не узнаю. Я теперь — взрослая девушка.

Волосы длинные, волнистые, каштановые. Глаза каре-зеленые. Фигура у меня стройная, но с округлостями в нужных местах. Пожалуй, даже слишком… выдающимися.

Когда мне исполняется восемнадцать, то я прохожу проверку на магию. Процедура стандартная, обязательная для всех, достигших совершеннолетия. Церемония длится примерно неделю: в первые дни инициацию проходят простолюдины, а в последний — аристократы. На ней присутствуют представители многих знатных семейств.

Магический дар в нашем королевстве — вещь редкая и почитаемая. Честно говоря, я втайне все это время надеялась, что именно это во мне и увидел король. Когда с улицы подобрал.

И вот я стою перед толпой аристократов вместе с другими юношами и девушками.

Жду свою очередь. Нам объясняют, что артефакт призван активировать скрытые резервы организма. И если магия есть, то она откликнется. Кристалл засветится.

Нужно просто коснуться.

Моя рука почти не дрожит, когда я кладу ее на артефакт. Тело пронзает яркая вспышка боли. Настолько сильная, что приходится зубы сцепить, чтобы не закричать. Разве у остальных так было?

Даже те, под чьими ладонями засветился кристалл, выглядели спокойными.