Анна Рэй – Самый плохой ректор (страница 4)
– То есть абсолютно, – подтвердила та.
– Надо же, а такая талантливая девочка, столько полезных вещиц придумала. Ну-ка, что здесь еще любопытного. Показывай!
Тетушка Лижбет с азартом принялась рыться в магических штучках, а Вилка пояснять для чего они предназначены.
Ко мне же подсела лира Эндрю и стала утешать:
– Элиска, ты приняла правильное решение. Я уверена, твой Амадор только обрадуется, когда узнает, что его невеста и ты – одно лицо. Вам не нужно будет скрывать отношения, семьи уже приняли союз, симпатия есть. Все чудесно складывается!
Когда лира Эндрю так говорила, то мне и впрямь казалось, что все не так уж и плохо. Но… не было еще ни разу, чтобы в моей жизни все складывалось чудесно. Перед тем, как папенька разозлился и обратился к звездочету за поиском последнего жениха, тоже все складывалось чудесно, и та эмульсия для выпрямления волос вроде бы получилась. И ведь я проверила соотношение компонентов, никаких вредных веществ не добавляла. Но тем не менее при нагревании эмульсия позеленела и страшно зафыркала. Я едва успела отбросить колбу, но нечаянно попала в какую-то склянку, что стояла на папенькином столе. Тогда-то в отцовской лаборатории и прогремел взрыв, а я стала невестой ректора Тори. Боюсь, что и Амадор после моих признаний позеленеет, зафыркает и взорвется.
Я так погрузилась в размышления, что не заметила, как наступил вечер. Лира Эндрю с Вилкой засобирались домой, а тетушка увлеклась изучением магических штучек. Виларии пришлось оставить в подарок парочку – для проверки женихов, ибо отбор кандидатов в тетины мужья подходил к финальной стадии. Я же, вспомнив о своем будущем муже, опять загрустила. Мало того что мне необходимо во всем сознаться, так надо еще отловить в академии ректора и уединиться с ним. А как его отловить, если Амадор встреч со мной избегал?
Глава 4. Раздражающий фактор
Воскресенье! Как много в этом звуке для тела и слилось, и отозвалось. А еще потянулось и довольно улыбнулось. И даже отвратительная сырость, которая здесь, в Ликарнии, заменяла пушистый снег, ничуть не испортила настроение. А все потому, что занятий нет, я наконец-то выспалась, как действовать определилась, а еще… еще учуяла запах свежей выпечки и горячего шоколада. Поэтому нежиться в постели не стала, а, приняв водные процедуры и надев мягкий свитер и так полюбившиеся брюки, отправилась в столовую. Тетушка уже восседала на своем месте, довольная и счастливая. И с любопытством рассматривала какую-то коробочку: стучала по ней пальцами, вертела и встряхивала.
– Доброе утро, – приветливо улыбнулась я родственнице и приступила к завтраку.
А коробочка в руках тети замерцала золотом.
– Надо же, не лжешь! – чему-то обрадовалась тетя. – Доброе утро, Элиска. Какой чудесный день!
Я покосилась за окно, где лил противный дождь, а шкатулка мигнула красным. Тетушка довольно крякнула, обращаясь к коробочке:
– Хех, твоя правда, день отвратительный. Зато настроение прекрасное!
Прибор вновь засветился золотым, и тетя любовно погладила шкатулку:
– Моя прелесть!
– Что это? – полюбопытствовала я.
– Дефектор лжи, – пояснила тетя. – Твоя подруга вчера передала. Я с ним таких дел натворю!.. В том смысле, что сразу определю, кто мне из женихов лжет. Тебе тоже может пригодиться.
Я на секунду оторвалась от ягодного пирога:
– Мне-то зачем? Скорее Амадору пригодится. Это же я его обманула.
– Кстати, о твоем ректоре. Я тут долго размышляла… – протянула тетушка, а я удивилась: когда только успела? Вроде ночью она крепко спала. – Так вот… – продолжила тетя, – твой план с чистосердечным признанием может провалиться. Поэтому нам нужен запасной вариант. Например, нащупать у ректора раздражающий фактор. Мы должны держать Амадорчика в постоянном напряжении, чтобы не отвлекался на разных вертихвосток.
– Э-э… боюсь, нащупать не получится, – возразила я. – Амадор ко мне близко не подходит, избегает.
– Да я не об этом! Необходимо вызвать у твоего ректора ревность!
– Но как? Я не умею!
– Слушай меня, пока я жива! В жизни все пригодится, – со знанием дела заявила тетя. – Для этой цели подойдет сокурсник. Но лучше, конечно, преподаватель…
– С моими сокурсниками каши не сваришь, – хмыкнула я, представив заикающегося адепта Воганьку и хмурого Змиевского, из которого ухажер, как из меня некромант. Нет, в такой «раздражающий фактор» ректор точно не поверит.
– Может, тогда взять декана Матеуша? – задумалась тетя.
В ответ я фыркнула, вообразив, как кокетничаю с пожилым добродушным деканом, чем-то напоминающим горгулью Матюшу.
– Ясно. Возраст не тот. Но мне бы подошел… – Тетя Лижбет осеклась, столкнувшись с моим удивленным взглядом, и продолжила допрос: – А что у тебя со старшекурсниками? Приличные имеются?
– Да я никого, кроме адепта Райта, из старшекурсников и не знаю. Но Райт противный – надежда академии и любимчик ректора, – поморщилась я, вспомнив последнюю тренировку на открытой арене под дождем и пронизывающим ветром.
– Это который тебя по стадиону гоняет, а по выходным на личном авто подвозит до станции? – оживилась тетя. – Берем!
– Куда?
– Для опытов!
– А-а-а, ну для опытов не жалко, – согласилась я и хихикнула, представив на лабораторном столе вредного студента.
– Возможно три варианта… – тем временем вещала тетя Лижбет, важно выстукивая пальцами по столешнице какой-то нервный мотив. – Если ты нравишься Райту, то немного женского кокетства – и дело сделано.
– Да он меня терпеть не может! И подвозил до станции всего два раза!
– Тогда второй вариант – договориться по-хорошему, по-дружески. Чтобы поухаживал за тобой на глазах ректора, вызвал ревность…
– По-хорошему точно не договоримся. Он что-нибудь потребует взамен. Заставит убираться в его комнате или штопать носки…
– Тогда третий вариант – будем искать на этого Райта компромат! – мрачно произнесла тетушка, вынося приговор студенту.
– Шантаж? – ахнула я.
– Ну почему сразу шантаж? – поморщилась тетя. – Принуждение к миру, то есть к сотрудничеству!
– Как все сложно, – посетовала я. – Одного нужно обаять, другого – принудить.
– Ничего, Элиска, ты справишься! Я в тебя верю! – подбодрила меня тетушка. – Надо только разведать, где у этого Райта слабое место и надавить ему на это место. И побыстрее! Время-то идет, наш Амадор на свободе, а вокруг бродят хищницы – ваши студентки.
Тетя наконец отвлеклась от наставлений и принялась рассматривать очередную магическую вещицу, которую притащила Вилка, – странно трясущийся мешочек, издающий неприличные звуки. Пока тетя еще чего-нибудь не удумала и не стала искать новые раздражающие факторы, я решила откланяться. То есть сбежать в свою комнату на чердак.
До обеда я с интересом читала «Бестиарий», потом прошлась по магазинам, как раз закончился дождь. А вечером вернулась в академию в надежде застать в коттедже Амадора и во всем ему сознаться. Увы, дверь ректорского дома была заперта, а декан Матеуш, с которым случайно встретилась на дорожке, сообщил, что лер Тори на выходные уехал домой, в Альмерию, и будет только завтра утром. Что ж, придется проникнуть в ректорский дом с утра пораньше.
Всю ночь я продумывала разговор с Амадором, но после подъема куратор Дуб самым возмутительным образом нарушил мои планы, объявив перед началом занятий сбор МЖ отделения в полном составе. Вот что такого важного могло произойти, что нам даже не дали как следует позавтракать? Но еще больше смутило, что в кабинет куратора, помимо шести адептов – будущих светил науки и целителей магических существ, зачем-то заявились декан факультета боевой магии и мой наставник адепт Райт. Зря тетушка о нем вчера вспомнила. Вот он, раздражающий фактор собственной персоной! Только раздражает он пока не ректора, а меня.
– Ра-авняйсь! – рыкнул куратор Дуб, и наш малочисленный коллектив вздрогнул. – Сми-ир-р-но! Командиру взвода… бр-р-р… декану факультета боевой магии леру Батлу ура-а-а!
Раздались наши хлипкие «у-у» и «а-а», а декан факультета, крепкий мужчина с грубоватыми чертами лица кивнул нам:
– Вольно, адепты.
Мы расслабились, правда, при следующих словах декана Батла вновь напряглись:
– В начале второго семестра в стенах нашей академии намечается большое спортивное мероприятие – студенческий турнир. Нет, пока не со столичной академией Альмерии – к этому нужно основательно готовиться. Мы проводим спортивно-магические состязания с академией Ликарнии.
– А мы-то тут при чем? – выразил общее недоумение адепт Яцек.
– При том, что в состязаниях принимают участие не только старшекурсники, но и студенты первого курса. В основном, конечно, мои орлы с факультета боевой магии. Несколько адептов с механики и некромагического факультета. Среди провидцев, увы, брать особо некого, там все хлипкие. Чуть что – сразу в обморок, видения их не вовремя настигают. Еще я отобрал пяток старшекурсников с целительского, но для лабиринта нужны первокурсники.
Декан прищурился и направил свой орлиный взор на Змиевского с Яцеком, а куратор Дуб услужливо подсказал:
– Они, можно сказать, второгодники.
– Это к лучшему, – чему-то обрадовался декан боевиков. – Спортивная подготовка у них неплохая. Я помню, какой результат показал Змиевский в драке со студентами моего факультета. Один против четверых боевиков-старшекурсников. Это же как надо было постараться!