Анна Рэй – Факультет магической механики. Адептка по призванию (СИ) (страница 58)

– Ты что, останешься с этим унылым пучком? Да и платье нужно оживить, оно темновато.

Лора попыталась закрепить в волосах подруги желтое перо, которое совершенно не подходило к изумрудному наряду. Но Марвел категорически отказалась и от пера, и от золотого гребня, и от черного котелка с красной вуалеткой, которые Лора пыталась нахлобучить на голову соседки.

– Зря ты отказываешься, – сморщила носик адептка-алхимик. – Яркое перо в темных волосах смотрелось бы очень пикантно. Декан Морган упадет в обморок от такой красоты.

– Этого я и боюсь, – пробормотала Марвел.

А соседка тем временем оглядела комнату:

– Смотрю, ты выгнала кота?

– Отдала декану Моргану, он пообещал разобраться.

Лора растянула губы в довольной улыбке:

– Значит, я была права. Все же декан! Я очень за тебя рада. Очень! Пусть он однорукий и бастард, зато есть титул и …

К счастью, адептка не успела договорить, иначе Марвел непременно бы ей нагрубила. В комнату зашла Марина с сокурсницами. Студентки факультета алхимии напоминали ярких птиц в голубом и розовом оперении. Наряд Марины Новак нравился Марвел больше. Девушка надела черное шелковое платье с красным кожаным корсетом, а клубничного цвета волосы были заплетены в косу и уложены на макушке короной.

– Мы разве не подождем Янику? – поинтересовалась Марвел, следуя за девушками по коридору.

– Ох, ты с этими гонками совсем ничего не замечаешь, – пожурила ее Лора. – Яника уехала вчера. Ей разрешили перевестись в столичный университет. Здесь, как ты понимаешь, она учиться не сможет после случившегося с братом.

Марвел, и правда, так забегалась, что не заметила отсутствие Яники.

– Нам снова открыли проход? – удивилась одна из подруг Марины, когда Лора завела девушек в хозяйственную комнату, вытолкав из нее первокурсниц.

Кирана вдавила цифры в правом углу мозаичного панно, которое, по сути, было дверью в другой мир, а именно: в тайные лабиринты замка.

– Конечно, нет! Это мехмаги вскрыли заклинания на замках. А в коридорах сейчас пусто: полицейские день и ночь следят за дарданцами и их дирижаблями на материке, им не до тайных переходов, – хихикнула Лора, пропуская девушек вперед. И добавила, победно взглянув на Марвел: – Мне Герман рассказал. Мы с ним снова вместе.

Марина с сомнением покосилась на адептку Кирану, а Марвел нахмурилась. Не то чтобы она была удивлена подобным поведением Пирса: все знали, что он дамский угодник. Но ей с трудом верилось в то, что Герман серьезно настроен на отношения с Лорой. Но узнать у соседки подробности Марвел не решилась, да и не успела: студентки, пройдя через очередную потайную дверь, вышли в коридор, а там уже встретились с механиками и вместе направились в здание учебного корпуса.

Войдя в зал, студенты слегка растерялись: некогда мрачное и унылое помещение было не узнать. Теперь холл был украшен световыми гирляндами и блестящими шарами, под потолком мерцали звезды и летали серебристые снежинки, которые гонял собранный механиками воздухоотвод. Даже портрет императора Алитара украсили золотой мишурой, а на величественные статуи то ли богов, то ли ученых мужей нацепили цилиндры, разноцветные шарфы и очки-гогглы.

На мраморных ступенях лестницы стояли преподаватели и гости из Дардании. Начальник полиции Дюршак, облаченный в полосатый костюм и белоснежную рубашку с пышным жабо, перешептывался с Онорией Стерлинг. Ректоры учебных заведений с самым серьезным видом о чем-то спорили, а Тесс Клэр громко смеялась над шутками декана артефакторики мистера Петрика. На невесте принца был модный в этом сезоне широкий кожаный пояс-корсет и такой же чокер, украшенный переливающимися камнями. А сиреневое платье явно подбиралось под цвет глаз, которые еще недавно были то лазурными, то изумрудными. Декан Арманьяк и лира Пламс в компании магистров Сухинина и Ликанова уже дегустировали пунш. Чуть выше, в пролете между этажами, разместились студенты с глюкофонами. Марвел залюбовалась тем, как пальцы музыкантов умело касаются серебристого сферическго корпуса инструмента, извлекая волшебные звуки. В них можно было уловить и отглосы тамбурина, и звучание клавесина, и нежные переливы металлофона, столь популярного в Атрии.

Обведя взглядом зал, Марвел невольно улыбнулась: и студенты, и преподаватели выглядели нарядно, за исключением Райнера Моргана и Фредерика Эштона. Декан Морган облачился в традиционные для него кожаный сюртук и такие же брюки, да и грубые ботинки на толстой подошве никак не подходили для праздника. Правда протез вновь был затянут в перчатку, чему адептка Уэлч несказанно удивилась. А декан Эштон опять перепутал цвет обуви, и в пару к черному ботинку теперь подобрал рыжий. Возможно, он полагал, что обувь чудесно сочетается с его темно-терракотовым пиджаком. А может, декан факультета классических механизмов вовсе не задумывался о нарядах и балах. Вот и сейчас, вместо того, чтобы ухаживать за какой-нибудь студенткой, мужчина что-то с жаром доказывал другу, размахивая руками. Но декан Морган, заметив вошедшую в зал Марвел, отвлекся от разговора и взором хищника следил за ее передвижениями.

Некоторые студенты уже танцевали, кто-то выходил прогуляться в парк к беседкам. На подсвеченных фонарями дорожках стояли железные баки с горячим дымящимся паром, позволяющим согреться в этот холодный осенний вечер. Лора потянула подруг к столам, на которых возвышались вазы из цветного стекла с фруктами и пирожными. В хрустальных розетках виднелись десерты: мороженое, желе и взбитые сливки. Огромные медные чаши были наполнены ароматным ягодным пуншем. Марвел улыбнулась, вспомнив неприглядный чан в гостевой алхимиков. Но в холле главного здания академии все выглядело иначе, чем на простой студенческой вечеринке: элегантно, изящно и со вкусом.

К девушкам подошли Фрайберг с Пирсом в компании мехмагов-старшекурсников. Студенты принялись ухаживать за адептками, предлагая напитки и десерты. Пирс склонился к Марвел, собираясь что-то сказать, но тут раздался громкий голос ректора Стерлинга, и все затихли.

– Дорогие студенты Академии магических наук и гости, – торжественно произнес лер Стерлинг. – Давайте забудем о тех недоразумениях, что возникли меж нами, и вспомним лишь хорошее. Несмотря на сложности, мы все же сделали шаг навстречу друг другу: обсудили возможное сотрудничество с коллегами, показали наши достижения в области дирижаблестроения и договорились об ответной встрече.

– Да-да, в следующем учебном году ждем вас в Дардании, – подтвердил вышесказанное ректор дарданского университета.

Мужчины, вторя друг другу, стали расхваливать систему преподавания двух империй, затем коротко прошлись по изучаемым предметам и особенно отметили преподавательский состав. Правда, в дарданском университете деканы отвечали только за организацию учебного процесса, а преподавали профессора и магистры, исключительно маги высшей категории. В Академии магических наук Белавии и факультетов было меньше, и преподавательский состав скромнее, зато технические достижения на высоте.

Марвел краем уха слушала ректоров, а сама рассматривала студентов и преподавателей, заметив, что ни мистера Ящерова, ни лера Берка в зале не было. Студентка потянула Пирса за рукав, решив, что тот в курсе событий. Наверняка, сестра делится сплетнями.

– Не знаешь, где императорские консультанты?

– Берк и Ящеров? – переспросил Пирс, а Марвел кивнула. – Они на официальном приеме у императора Алитара. Обсуждают недостойное поведение дарданцев и улаживают конфликт. Кстати, ваша «Заплатка» отлично себя проявила.

Значит, слухи о погоне за дарданцами дошли не только до студентов, но и до императора Алитара. Вдруг и экипаж «Заплатки» отметят? Хотя вряд ли. Адепты – птицы не того полета, чтобы услышать благодарность лично из уст правителя. А жаль, Марвел с удовольствием посмотрела бы на дворец и прогулялась бы по столице.

– Кстати, а почему Берк позвал с собой Ящерова на прием к императору, а не ректора дарданской академии? – удивилась Марвел.

– Потому что этот Ящеров оказался главой разведки Дардании, как и наш Берк, – понизил голос Герман. – Мне сестра по секрету сказала. Только ты обещай молчать.

– Конечно. – Марвел кивнула, сдерживая улыбку: вот так секретная информация начинает свой путь из кабинета ректора и оседает в комнатах студентов.

И теперь понятно, почему Берк в кабинете у ректора назвал Ящерова лордом Вивером, если, конечно, она не ослышалась. Впрочем, какое простой студентке дело до политики? Ее больше волновали танцы, а еще расследование гибели Алегрии, которое пришлось отложить.

Ректоры закончили выступление, и декан Арманьяк, явно уже принявший не один бокал пунша, громко выкрикнул: «А теперь танцуют все!»

– Да, дети мои, веселитесь, – хмыкнул ректор Стерлинг. – Но не забывайте, что на утро академия должна остаться на прежнем месте. Да и остров, желательно, тоже.

Студенты засмеялись, а музыканты заиграли громче. Юноши выводили в круг смущающихся адепток. Пирс вновь склонился к Марвел, но не успел вымолвить ни слова. Лора Кирана схватила капитана «Вихря» за руку и потянула в центр зала.

– Ты обещал мне танец! – жеманно произнесла девушка.

Судя по выражению лица, Герман был удивлен. Другие студенты не отставали от Лоры: Ликанов поторопился ангажировать Марину, Олаф с другом пригласили на танец ее соседок. Фрайберг бросил взгляд на лестницу, где лира Клэр по-прежнему кокетничала с деканом из Дардании: вздохнув, он углубился в беседу с Вайсом. Марвел же столкнулась взглядом с капитаном «Стрелы», который подпирал колонну. Парень подмигнул и направился в ее сторону. Адептка Уэлч тут же отвернулась, якобы заинтересовавшись десертами. С кем ей точно не хотелось общаться, так это с дарданцем, за которым она гналась утром на «Заплатке», рискуя жизнью.