Анна Рэй – Ассистент для темного (СИ) (страница 12)

С белобрысым сразу все стало ясно, а вот мнение наместника я бы послушала. Кристиан мне понравился: приятный, улыбчивый. От него я ожидала разумного подхода. Но он лишь пожал плечами, тем самым показывая, что еще не определился. Плохо. В этом вопросе компромисс невозможен. Происходит самая настоящая дискриминация по магическому признаку! А переживала я, потому что Мартин был влюблен в Вилку, нашу подружку без магического дара. И они подумывали переехать в соседнюю Ликарнию — маленькую, но гордую страну, где все равны. Мы так надеялись, что в ближайшее время король Леопольдус примет решение! Но он не желал брать удар на себя, переложив ответственность на сына, а Кристиан не отваживался идти против местных сановников.

— Предлагаю обсудить это не здесь, — произнес Десмонд и покосился на меня. — Разместимся в столовой, Бонифаций подаст второй завтрак.

Светлый маг кивнул, поднялся с дивана и первым покинул кабинет, даже не попрощавшись. Хотя чему тут удивляться? Он и не поздоровался. А вот наместник мне подмигнул:

— Еще увидимся, Мартин. Рад был познакомиться.

Десмонд вышел из комнаты последним и, прикрывая дверь, бросил мне через плечо:

— Работай, не отвлекайся!

— «Работай!» «Не отвлекайся!» — буркнула я, передразнивая хозяина, оставшись одна. — Я, может, тоже голодная, с утра лишь крошечную булочку проглотила, так спешила на работу!

Поворчав, уткнулась в документы, благо осталось всего две папки и небольшой ворох бумаг. Через четверть часа в комнату зашел Бонифаций. Он молча поставил поднос на столик возле дивана, посмотрел на меня, словно сделал одолжение, и горделиво удалился. Но после магического пансиона и дружбы с Этель и Мальвин, меня этими высокомерными взглядами не проймешь. Как только Бонифаций исчез, я подбежала к столу и в считанные минуты умяла завтрак, заодно раскаявшись, что обвинила хозяина в жестокости. Все же есть в нем что-то привлекательное, кроме широких плеч и темного завораживающего взгляда.

После двух съеденных ватрушек и фруктового салата работать стало крайне сложно, да и думала я теперь не о бумагах, а о гостях, с которыми мы наверняка еще увидимся. Правда, с белобрысой светлостью встречаться больше не хотелось.

Не успела передохнуть, в том смысле, что поработать, как в кабинет вернулся некромант.

— Мартин, едем! — приказал он.

— То «Мартин, отжимайся», то «работай», то «едем»… — пробурчала я. — Куда на этот раз?

Вот чего ему неймется? Посидел бы с друзьями еще пару часиков, обсудили бы жизнь в Протумбрии, вспомнили бы учебу в академии, а я бы как раз вздремнула.

— Допросим слуг лиры Лисяндры.

— Среди них есть умертвия? — скривилась я.

— Увы, нет, — посетовал некромант. — Но мне это дело категорически не нравится, а Капулько работает медленно, отчет полиции меня не удовлетворил. Ты, кстати, нашел папку с делом мастера Золомона?

— Нет, — уверенно ответила я и не соврала.

В этом некромант мог не сомневаться, я бы сама не прочь узнать о черном отступнике поподробнее.

— Странно, — расстроился Десмонд. — Наверное оставил во дворце.

Мне вновь пришлось сесть за руль «Монстры», но после «Букашки», как ни странно, я чувствовала себя увереннее. Мой мобиль-желторотик по дороге к дому начальника несколько раз глох, почему-то не срабатывал клаксон, хорошо старушка с ручным драконом оказалась проворной и вовремя отскочила с дороги. «Монстра», так я прозвала серебристый лупоглазый мобиль Десмонда, не ругалась и не фыркала, а плавно ехала вперед. Единственная проблема — слишком оттопыренные «уши», и, въезжая в дворцовые ворота, я в очередной раз свернула зеркало. Десмонд высокомерно заметил, что в этом месяце я могу остаться без аванса. Пфф! С таким водителем, как я, он вообще рискует досрочно перейти за Занавесь. Так чего переживать о каком-то зеркале и моем окладе, когда его жизнь в опасности? Вон перед глазами пример лиры Лисяндры… Кстати, о ней.

— А что, фрейлина жила во дворце? — поинтересовалась я, продвигаясь в глубь дворцового парка согласно указаниям начальника.

— Не во дворце, а в парковой зоне. Здесь также находится особняк наместника, стоят дома старшего советника Тори, судьи и младших советников. Одним словом, особняки тех, у кого нет собственного жилья в Протумбрии, — пояснил некромант.

— То есть жилье им оплачивают из королевской казны? Неплохо устроились за наш счет! — Поймав недовольный взгляд Десмонда, тут же переменила тему: — А правда, что из фрейлины при проведении ритуала выпили всю магию?

— Эксперты говорят, что магия сама угасла посмертно. Похоже, ритуал толком не завершили, — пожал плечами Десмонд.

— Так отчего же она тогда умерла, да еще и память потеряла?

— Лира Лисяндра погибла от отравления неизвестным зельем. Ты же читал протокол: рядом с телом нашли крупинки, сейчас полицейские эксперты проверяют состав.

Мы уже приблизились к одному из домов. Ограды здесь не было, от соседних особняков жилище отгораживали деревья и кусты. Охранников поблизости не наблюдалось, только общий высокий забор по периметру всего дворцового комплекса да стражи на въезде. Магическая защита на домах имелась, но я лишь мельком бросила взгляд и убедилась, что мои отмычки с ней точно справятся.

Полицейский, карауливший у входа, отправился за служанкой, а мы прошли в просторную гостиную. Десмонд остановился возле ритуального круга, изучая нарисованные на полу символы. Я же отметила обстановку — богатую, но кричащую и безвкусную. Одни обитые лимонным шелком диваны чего стоят. А уж на светлых стенах и паркете прекрасно отпечатались следы ритуальных знаков.

— Все же не понимаю, зачем проводить ритуал по магическому иссушению, если ее отравили? — удивилась я.

— Возможно, тот, кто подсыпал, а вернее, осыпал ее порошком, хотел лишить фрейлину памяти, чтобы я не смог провести посмертный допрос, — предположил некромант. — Не рассчитали с дозировкой, и зелье подействовало как яд…

В этот момент в гостиную вошла пожилая женщина, и разговор пришлось прервать.

— Вы служили у лиры Лисяндры горничной? — спросил Десмонд.

— И горничной, и камеристкой, и в доме убиралась, — закивала она. — Нас всего трое тут было: я, приходящая кухарка да Витас — водитель и он же охранник.

— Почему в ночь убийства лира Лисяндра оказалась в доме одна? — строго спросил некромант.

— Так отпустила нас хозяйка на ночь! — женщина понизила голос. — Наверное, кавалера ждала.

— Что за кавалер? Хозяйка вам говорила? — продолжил расспросы Десмонд.

— Нет, что вы! — отмахнулась горничная.

Я заметила мелькнувшее на ее лице сомнение и поинтересовалась:

— А к лире Лисяндре накануне заходил какой-нибудь мужчина?

Женщина замялась, но под грозным взглядом некроманта сдалась.

— За несколько дней до убийства хозяйка тоже отпустила нас пораньше. Но я замешкалась и видела, как в дом вошел интересный блондин. Он здесь рядом живет, маг, большая шишка.

Некромант явно понял, о ком идет речь, потому что расстроился.

— О чем они говорили?

— Этого я не знаю, но он пробыл тут буквально пять минуточек. Вышел недовольный.

— Блондин, говорите? Рядом живет? Так это был советник Тори! — немедленно догадалась я, радостно вскрикнув.

— Мартин, ты мешаешь следствию, — рявкнул на меня Десмонд и задал служанке новый вопрос: — Это вы обнаружили лиру Лисяндру утром?

Я нахмурилась: неужели Десмонд покрывает друга? А вдруг у белобрысого был тайный роман с потерпевшей? Вот и мотив для убийства!

— Нашла ее, бедняжечку, прямо здесь, — всхлипнула женщина. — Еще удивилась, что магической защиты на замке нет, кто-то снял…

— Так лер Тори и снял, — вставила я.

— Мартин, жди меня в коридоре! — гаркнул некромант.

Тяжело вздохнув, я подчинилась и вышла из комнаты.

Но так даже лучше. Пока Десмонд допрашивал служанку, я делала вид, что рассматриваю лестницу. Сама же на цыпочках, стараясь не шуметь, поднялась на второй этаж. Здесь находились две спальни, в одной из них была дорогая мебель, на кровати — шелковое расшитое покрывало без единой морщинки, а на окнах — роскошные тяжелые шторы. Комната, судя по огромному портрету невесты наместника на стене, принадлежала Красимирке. Выглядела спальня нежилой, и платье висело всего одно — для отвода глаз, шкаф я первым делом проверила. А вот в другой комнате царил беспорядок. Конечно же полиция здесь все осмотрела, но я-то знаю, как они работают. Поэтому первым делом заглянула под подушку и матрас. Обычно дневники хранят там. Разумеется, сунула нос в шкаф и в комод. Порылась в бюро. Никаких дневников, обличающих записей или прощальных записок не нашла — лишь маленькую пустую тетрадочку в сафьяновой обложке и с узором в виде сердечек на белоснежных страничках. В такой только любовные записки писать. Увы, странички были чистыми, поэтому полиция ее не взяла. Ну а я на всякий случай прихватила, запихнув за пазуху.

Кряхтя, полезла под стол, чтобы проверить, нет ли чего любопытного и там. И как только обнаружила торчащую из-под края ковра скомканную бумажку, услышала голос Десмонда:

— Мартин, что ты там забыл?

— А я… а у меня пуговица оторвалась!

Проползла на четвереньках мимо нанимателя, делая вид, что ищу пуговицу, а сама сжала бумажку в кулаке.

— Пуговицу ты, конечно, поищи, но тот листочек, что нашел, отдай, — строго потребовал некромант, раскусив мою затею.