Анна Рэй – Арианна и Царство Двух Миров (страница 12)

Я была полностью согласна с последним определением, вспомнив директора в гневе.

– У младшего Дариуса по материнской линии в венах течет кровь предков дракона Дэва, – продолжила ведьма. – По отцу он, как и лорд Люциус, из чистокровных темных магов, ведущих свой род от богини Инаны. Директор Люциус старше и приходится лорду Маркусу дядей, хотя у них разница в возрасте два-три года. Кстати! Когда младший Дариус злится, у него на лице проступают едва заметные чешуйки.

Я была поражена услышанным. Значит, вчера мне это не показалось!

– А почему у белых и темных магов разный характер магии? – поинтересовалась я, решив восполнить пробел.

– Насчет этого лучше у Брана спроси, он же историк магии, – предложила Этайн.

Оказалось, что у Брана Брикрена, как и у моего бывшего возлюбленного Риса, был редкий дар понимать языки и читать древние тексты. А еще магистр Брикрен был эмпатом – он чувствовал эмоции и видел образы, связанные с духовным развитием. Недаром он родился на Северных островах, где, по преданиям, все жители понимали язык птиц, животных и растений. Я бы сказала, что Бран был похож на мечтательного романтика с внешностью бога: высок, широкоплеч, с суровыми чертами лица и умными глазами.

– В различных источниках разные версии, – лениво отозвался Бран. – Мне ближе всего та, где говорится, что когда-то существовало древнее государство и магия была едина. Боги воевали и боролись за власть и земли, как это обычно бывает. И в результате раскололи страну на два царства – Темное и Белое. Люди и маги тоже разделились. И характер магии изменился. Было и третье царство – Подземное. В народе называлось Черным. Но со временем культ Подземного Царства отошел. Остались лишь черные маги, практикующие проклятия и гоетию – ритуал подчинения демонов, охраняющих врата Подземного царства. Есть еще серые маги – те, в ком остались внешние проявления древних магических существ…

– Это дискриминация, Тор, – перебила его Этайн. – Серых у нас теперь официально называют малыми народами, а их маленькие территории постоянно присоединяют к империи.

– Малые народы стараются жить отдельно, – подсказала я. – Мы, белые маги, можем воздействовать на серых, да и порой на темных магов заклинаниями, иногда действует защита и противоядия. Правда, снять серьезное проклятие, наложенное на темного мага, мы не в силах.

– Магический дар у каждого предопределен с рождения, и наша магия действует с ограничениями, – подтвердил Бран. – У белых магов в основе их силы лежит целительство и защита. У темных – стихийная и разрушительная энергия. Вот почему лучшие военные получаются именно из темных магов. Наша сильная сторона – это инициальная и боевая магия. Но что касается помощи простым людям, тут силы темных и белых магов равны.

– Тор, ну где у нас простые люди-то? – вклинилась в разговор Этайн. – У каждого человека есть дар. Тот же архитектор не построил бы этот безумный замок без магического полета фантазии. Магия есть в каждом! Вопрос в другом. Проявленная она или скрытая. Темная или белая. Или серая!

– Хороший довод в защиту людей, – улыбнулся Бран.

– Или в защиту магии, – парировала ведьма.

– Интересно, а у вас в Темном Царстве остался хоть кто-то, способный полностью перекидываться в зверей? – задалась я следующим вопросом. – У нас только жрецы-отшельники могут превращаться в священных животных. И некоторые серые маги остались наполовину людьми, как оборотни или вампиры. Но все они живут отшельниками – в глубинке и только среди своих.

– Так и есть, – отозвался Бран. – Перевоплощаться в животных могут представители клана оборотней, монахи-отшельники и черные маги. У остальных дар оборота практически утерян. У большинства темных магов остались небольшие внешние проявления. Например, у колдунов меняются черты лица, и они становятся похожи на животных во время ритуальных обрядов. Потомки рода драконов способны извергать огонь и покрываться чешуйками. А эльфы при проявлении магии становятся меньше ростом и у них удлиняются уши.

Бран улыбнулся, скосив глаза на Этайн.

– Ага, – тут же включилась она в игру, – а представители Северных островов превращаются в кусок льда и долгое время остаются замороженными.

– Ты не злобный эльф, – откликнулся Бран. – Ты очень злобный эльф!

Этайн склонилась к другу и, вытянув вперед указательный палец, грозно заявила:

– Помнишь мой принцип, Тор? Ты не достаешь меня, а я не трогаю тебя!

Я рассмеялась. До чего же они забавные, если так можно сказать о темных магах. В их компании я провела отличный вечер, практически позабыв о лорде Маркусе и его безумии. Но пора возвращаться к себе – завтра первый учебный день и необходимо выспаться. А заодно поставить двойную защиту против взлома моих апартаментов.

Глава 4

Сегодня, в первый учебный день второго семестра, перед началом занятий директорат планировал провести общее собрание адептов и преподавателей. По такому случаю надо было принарядиться. Я решила, что должна выглядеть элегантно, но неброско. Не хотелось привлекать излишнее внимание к своей скромной персоне. Выбрала черное приталенное платье, купленное в злопамятный вечер в салоне мадам Бриони. Но черный – это для темных, поэтому «разбавила» платье белым кружевным воротничком. Я крутилась перед большим зеркалом, как отъявленная кокетка, и глупо улыбалась. Вспомнила про красивые серьги с жемчужинами и такие же шпильки, которые прекрасно смотрелись в рыжих волосах, уложенных в замысловатый узел-улитку. Перед выходом из апартаментов накинула на плечи пальто, задержалась на секунду у порога и пожелала себе удачи.

В холле на первом этаже меня уже ждала Этайн. На ней был брючный кожаный костюм и кофта модного лилового цвета с серебристой вышивкой «Вечная магия». Взъерошенные волосы жемчужного цвета, пухлые губы и карие лучистые глаза придавали ее внешности детскости. Хотя мы с Этайн были ровесницами, она походила на выпускницу академии.

В кофейне мы встретили весь преподавательский состав. Со многими я уже успела вчера познакомиться, кроме директора Люциуса и его ассистента Тило Рилькена. С профессором Залевским мы перекинулись парой фраз, а затем он убежал в главный корпус. Мы же с Этайн заказали творожный пудинг и зеленый чай. Позже к нам присоединился Бран. Он сделал мне комплимент по поводу изысканного наряда и с ухмылкой спросил эльфийскую ведьму, указывая пальцем на неровные пряди:

– Модная в сезоне прическа «крушение хаоса»?

За что тут же получил пинок ногой под столом. Бран застонал, а Этайн кровожадно улыбнулась:

– Ты знаешь, мой принцип, Тор. Ты не достаешь меня, а я не трогаю тебя!

Я усмехнулась: мои новые знакомые больше были похожи на детей, чем на преподавателей. Как-то сразу прониклась симпатией к Этайн и Брану. Мне понравилась легкость нашего общения, когда не надо подбирать слова или заполнять паузы ненужными разговорами. Когда вы понимаете шутки друг друга, и в то же время никто не лезет в чужое личное пространство.

Спешно позавтракав, мы втроем добежали до здания академии. Сегодня шел снег, и холодный колючий ветер подгонял нас в укрытие. Когда в главном корпусе директор Брауни с нами поздоровался, я поняла, что не могу ответить, – у меня зуб на зуб не попадал. Ужасная была идея идти по морозу в легких туфельках.

А в огромном вестибюле студенты расположились ровными рядами в соответствии со своей специализацией. Всего шесть курсов по три группы на каждом. В группе было от десяти до пятнадцати адептов. И у меня тут же зарябило в глазах от разнообразия цветов и фасонов одежды. Студенты-юноши в основном носили кожаные или суконные сюртуки и узкие брюки, а девушки облачились в немыслимые бархатные и кружевные наряды, сдобренные массивными украшениями, которые они выдавали за амулеты. Радовало то, что некоторые учащиеся все же предпочитали строгие костюмы, это немного сгладило общую пеструю картину.

Преподаватели встали напротив адептов у подножия помпезной лестницы. Вероятно, директора академии будут выступать с приветственной речью на ее ступенях. Я заняла место рядом с профессором Залевским. Этайн встала по другую руку от меня, а рядом с ней, вальяжно облокотившись на перила, пристроилась профессор Бируни. Бран и чета Морготт находились позади нас, а леди Шизука замыкала хлипкие преподавательские ряды. К нашей учительской группе вскоре присоединился еще один молодой мужчина, и я с интересом принялась его разглядывать. Незнакомец был в черной рубашке, еще больше подчеркивающей бледность лица. Смоляные волосы были зачесаны назад и отливали синевой. Романтический, а точнее, демонический образ завершал крупный серебряный перстень в виде черепа. Я почувствовала легкое покалывание в ладонях от воздействия чужого амулета.

– Это Тило Рилькен, ассистент лорда Люциуса, – прошептала мне на ухо Этайн. – Говорят, директора Люциуса сегодня не будет. Он появится только вечером.

– Откуда ты знаешь? Мы же стоим здесь не больше пяти минут, – удивилась я.

– Мысли надо читать у правильных людей, – усмехнулась эльфийская подруга, покосившись на преподавателей.

В отличие от нее я постаралась отключить свой внутренний слух. У меня не было больших способностей к чтению мыслей, а вот эмпатия имелась. И от такого количества чужих эмоций у меня голова шла кругом. Как эмпат, я начинала каждому сочувствовать и за каждого переживать. Порой мне приходилось трудно, когда, находясь в толпе, я чувствовала эмоции и слышала разговор. И часто эти вещи не совпадали.