Анна Рэй – Арианна и дары забытых богов (страница 3)

– Твоя разлюбезная Арианна подставила Блейка, – не сдавалась Соррея. Она никак не могла принять тот факт, что ее возлюбленный – не жертва, а преступник.

– Ты, похоже, забыла, что Блейк Дариус присутствовал при убийстве Россиуса. И, между прочим, по просьбе Блейка тебе стерли память, – резко ответила бабушка.

Но Рея не сдавалась:

– Он всего лишь защищал меня. Россиус хотел увезти нас в глубинку и разрушить привычную жизнь. А Блейк остановил брата и за эти годы столько для нас сделал.

– Ну да, именно он и сосватал тебя своему никчемному другу лорду Джарвису! И позже он манипулировал тобой, пытаясь пристроить в жены знатным лордам. – В голосе леди Анны я различила раздражение.

– Так было нужно, он мне все объяснил. В то время Блейк не мог раскрыть свои чувства и жениться на мне. Высшее общество нас бы не простило – ведь мы родственники, да и разница в возрасте большая. Это теперь все возможно, даже брак никому не известной белой магички и сына императора! – Соррея явно меня недолюбливала.

– Ты забываешься, Рея. И если ты намекаешь на Арианну, то в ней течет та же кровь, что и в тебе, – кровь рода Ассетта. Я просто не понимаю, как ты могла простить Блейка? – Бабушка Анна с недоверием смотрела на дочь, прижимая руку к сердцу.

– Я люблю его. И любила все эти годы, просто не осознавала. Ты должна радоваться, что твоя дочь наконец-то нашла свое счастье, – вскрикнула Соррея в ответ.

Мою родственницу было не переубедить, и доводы рассудка здесь бессильны. Она уже забыла, как лорд Блейк сватал ее к вельможам, как свел с Люциусом Дариусом, как фактически заставил пойти на преступление и подложить директору академии конфеты с ядом. Она была одержима Блейком, и все его минусы в ее глазах чудесным образом превращались в плюсы.

– А как же Россиус? Ты оставишь мальчика одного? – Вероятно, это был последний аргумент отчаявшейся матери, чтобы сдержать дочь.

– Росс уже взрослый, ему девятнадцать. И потом – есть же твоя расчудесная Арианна, пусть она и присмотрит за ним в академии, – огрызнулась Соррея.

Я хотела возразить, что, разумеется, мы с бабушкой Анной присмотрим за Россом, но не заменим ему мать. Но тут мы услышали, как дверь в гостиную с силой захлопнулась: сын не выдержал истерики матери.

Соррея гордо распрямила плечи и театрально смахнула слезу:

– Ты не слышишь меня, мама, и не хочешь понять. Жаль, что мы расстаемся на такой печальной ноте, но я не изменю решения. Мы с Блейком уезжаем через два дня. На мою свадьбу можешь не приходить. Ты всегда его ненавидела, как бы он ни старался нам помочь. Значит, так тому и быть.

– Девочка моя, ты совершаешь ошибку… – Леди Анна расплакалась, а я утешала ее как могла.

Рея стремительно покинула гостиную, как и сын, со всей силы хлопнув дверью.

Какое-то время мы просидели с бабушкой обнявшись, она все это время шептала, что неправильно воспитала дочь. Я не могла оставить ее в таком состоянии, и тут мне в голову пришла чудесная мысль.

– Леди Анна, а вы с Россом не хотите поехать со мной в Междуречье? Мы остановимся на несколько дней в доме моей покойной бабушки Арии – там, где жил отец с мамой. Там, где они были счастливы. Едем? – спросила я с надеждой в голосе, а заметив, как удивление во взгляде бабушки сменяется благодарностью, улыбнулась.

Через час мы с леди Анной и Россом входили в городской дом Маркуса, где нас ждали остальные. Коротко обрисовав ситуацию мужу и получив его одобрение, мы всей компанией переместились в Междуречье. Маркус помог с перемещением леди Анне, остался с нами на ужин, который мы заказали в соседней с домом ресторации. А затем я уговорила его остаться на ночь. После скромной церемонии обмена клятвами мы с ним провели в этом доме несколько волшебных дней. И сейчас воспоминания окутали нас, подарив еще одну незабываемую ночь и чудесное пробуждение в объятиях друг друга.

Любимый разбудил меня поцелуем, затем с сожалением произнес:

– Через несколько часов я должен быть во дворце.

– Очередное заседание? – спросила я у Маркуса.

– Да, слушают мой заключительный доклад и предложение по развитию империи на ближайшие семь лет, – подтвердил муж. – Сегодня выступаю я и Дормидонт. Бьорн и Александр Логресс выступят завтра. Герцог Вирту, леди Алиса, отец и Люциус уже сделали доклады.

При упоминании о Люциусе Дариусе вздохнула. Как ни странно, за это время мы лишь мельком встречались с ним. Я скучала по едким высказываниям лорда. Но с тех пор как мы с Маркусом сообщили семье Дариус о нашем браке, Люциус отдалился. Он все реже заходил к нам в гости, разговоры не клеились, шутки все больше сменялись сарказмом. Вероятно, мой новоявленный родственник обиделся на то, что мы не пригласили его на церемонию обмена брачными клятвами. А может, ему были неприятны воспоминания о позоре на банкете, где сразу две дамы претендовали на его руку, и Этайн спасла лорда от кабального брака. Мы с Маркусом стали свидетелями перепалки директора академии с эльфийской ведьмой, в которой лорд Дариус явно проигрывал. При воспоминании о Люциусе перед моим мысленным взором предстали и другие кандидаты на престол.

– А как ты относишься к леди Алисе? Она достойный соперник? – поинтересовалась я у Маркуса.

– Она достойный кандидат и очаровательная леди, – разъяснил муж, а затем сжал меня в объятиях. – Ты не хочешь, чтобы я участвовал в выборах?

– Не хочу, – вздохнула я. – Но, как ты уважаешь мое решение заниматься расследованием и помочь Рису, так и я уважаю твои решения и поступки.

– Мне с тобой повезло. – Маркус поцеловал меня трепетно, нежно, сжимая лицо в ладонях. – Люблю тебя.

– А я тебя. – Ответив на поцелуй, тут же отстранилась, услышав стук в дверь и голос Этайн.

– Я, конечно, все понимаю – у вас любовь и все дела. Но мы голодные, Ари. Хотелось бы позавтракать.

– Кухня в твоем распоряжении, – парировала я.

– Ага, только продуктов нет. Ты хоть намекни, где здесь рынок. Или закажем еду в ресторации? – поинтересовалась подруга.

Мы с Маркусом отстранились друг от друга, понимая, что мне необходимо позаботиться о гостях, а затем отправиться в храм. А мужу следовало переместиться во дворец, чтобы предстать на растерзание Совета ста тридцати магов.

По дороге на рынок мы с Этайн болтали про их с Браном поездку и наш с Маркусом обряд обмена брачными клятвами.

– Как вы съездили? Удалось найти редкие артефакты или забытые заклятия? – спросила я у подруги.

– Да, все отлично. Узнали много нового, обошли древние храмы и раскопки усыпальниц прежних правителей. Бран изучал книги, а я практиковалась в разных видах предсказаний: освоила гадание на песке, на костях животных и растениях. Но что меня печалит, все это лишь бытовой уровень. Серьезные видения приходят редко. Но я видела его в своих снах, – вздохнула Этайн, а я сразу же поняла, кого она имеет в виду.

– Ты видела Люциуса? И что он говорил? – оживилась я, но судя по испортившемуся у подруги настроению, в ее снах лорд не сказал ей ничего утешительного. Тем не менее, по словам ведьмы, весь этот месяц он присылал цветы и сладости – как только находил ее? Ведь они колесили по разным городам. Хотя для такого, как лорд Люциус, нет ничего невозможного.

– Он произносил слова клятвы, – продолжила свой рассказ Этайн.

– Какой клятвы? – удивилась я и застыла посредине улицы.

– Той самой, брачной, – хмыкнула ведьма, но в глазах не было веселья.

– А кто была невеста? И как все это произошло? В смысле в твоем сне. Как это было? – не отступала я с расспросами.

– Лорд Люциус приносил клятву верности в Храме двух богинь при дворце. Я не видела его избранницу, но выражение лица лорда прекрасно запомнила. Он улыбался и смотрел на нее с такой нежностью. – Подруга отвернулась, делая вид, что рассматривает дома. – Никогда не видела его таким счастливым.

– А вдруг этой избранницей была ты? – Я никак не могла успокоиться. Знала, что Этайн влюблена в надменного директора академии, и видела, что он тоже испытывает к ней чувства. Правда, пока не ясно, насколько эти чувства сильные.

– Точно не я, Ари. Он называл ее по имени, – ответила Этайн и грустно улыбнулась. – Свою избранницу он называл Лирана.

Мне нечего было ответить подруге, я доверяла ее видениям. И мне было искренне жаль: так хотелось верить в сказку со счастливым концом. А может, и хорошо, что у нее был вещий сон. Хуже, если бы она продолжала играть роль невесты и надеялась на большее, а Люциус нашел бы очередную леди Рею или Ингрид и окончательно разбил бы сердце моей эльфийке.

В этот момент случайный прохожий нечаянно толкнул нас и пробурчал:

– Так и собираетесь всем мешать, или вы пришли за покупками?

Обернувшись, увидели, что загораживаем проход к прилавкам горожанам, которые выбрались в погожий денек на рынок.

Вернувшись домой, мы на скорую руку приготовили завтрак, а закончив с трапезой, всей компанией отправились в Храм всех богов. Хоть путь и неблизкий, но природа была фантастическая, а погода стояла прекрасная. Бабушка Анна поддержала наш порыв, Росс вел ее под руку, а Этайн развлекала беседой. Я же общалась с младшим Бьорном.

– Я должен извиниться перед вами за то, что следил. И за то, что напугал вас тогда в переулке, – виновато произнес темный маг.

– Вы делали свою работу, я все понимаю. И потом – совместный бой с черными магами сближает, не правда ли? – успокоила я Ивейна. И тут же решила поинтересоваться: – Как себя чувствует ваша сестра? Как дела в министерстве?