Анна Раф – Измена. Предатель, это (не)твой сын! (страница 16)
Но теперь-то я хотя бы начал понимать истинную причину «побега» жены. Кто-то что сказал, что-то где-то увидела, нафантазировала себе, сделала какие-то понятные только женщинам выводы, и вуаля, причина для развода готова.
Честно сказать, от всей этой «женской логики» хочется стреляться. А поговорить? Нет? Сразу обрывать концы и бежать сломя голову – да.
Многозначительно качаю головой из стороны в сторону.
Я догадывался, что женщины – существа импульсивные, но и представить не мог, что настолько.
Вибрация мобильника заставляет отвлечься от собственных мыслей.
Достаю телефон и смотрю на экран.
Помощник Степан пишет сообщение, что Эвелина врезалась на своём внедорожнике в припаркованный у дороги фургон и сейчас едет в Центральное отделение полиции.
Добегалась, называется. А вернее сказать, доездилась.
И откуда у неё только такой дорогой премиальный автомобиль взялся? Хотя я догадываюсь. Оттуда, откуда же и желание разрушить мою семью. И что-то мне подсказывает, что сегодня на допросе Эвелина расскажет об истинных причинах совершённого на меня в Италии покушения гораздо больше, чем успели узнать безопасники.
– Мои ребята пишут, что Эвелина задержана, – показываю мобильник Татьяне и тыкаю пальцем в экран. – Интересно послушать, что она расскажет на допросе? Мне безумно. Наверное, много нового о себе узнаю.
– Не интересно, – фыркает девушка. – Ещё бы я не слушала рассказов любовницы своего бывшего мужа.
Любовницы… Хочется стукнуть себя по лбу.
– Ладно, чувствую, диалог у нас не пойдёт, – развожу руками.
– Как проницательно. Вот так бы сразу! – ускоряет шаг.
Так ладно, расклад дел плюс-минус понятен. Татьяна убедила себя в том, что я её предал, что изменял за спиной с её сводной сестрой. И, вероятнее всего, родная мать подлила масла в огонь, и сейчас Татьяну хрен убедишь в обратном.
С этими женщинами можно рехнуться. Другой бы на моём месте давно плюнул, но не я. Татьяна моя единственная. Я её люблю и никогда не откажусь от неё.
Те восемь месяцев, которые я провёл в бесконечных поисках жены, по праву считаются самыми худшими в моей жизни. Я не остановлюсь, пока не верну свою любимую. Докажу ей, что я чист на руки, что не опорочил нашу любовь изменой.
Только во всей этой истории есть одно «НО». Буквально только что Эвелина совершила покушение на мою женщину, и если бы я по счастливой случайности не оказался рядом, последствия были бы необратимыми.
Навряд ли это «битва» за моё сердце. Эвелине я сразу же дал отворот-поворот и указал, где её место. Да и автомобиль у неё такой, на который бы она копила не один десяток лет. А вывод отсюда следует только один: Эви – пешка в чужих руках и не принимает никаких решений самостоятельно.
Немного отстав, я всё ещё следую по пятам за Татьяной, которая катит впереди себя коляску.
– Сын… – задумчиво произношу я и наконец начинаю догадываться об истинных целях Эвелины.
Нет, не Татьяна была целью Эви, а мой сын. Мой единственный наследник, которому после моей смерти перейдёт всё моё многомиллиардное состояние.
Теперь-то все пазлы соединились в единую картину. Эвелина – та ещё крыса и работает на моих конкурентов. Судя по тачке, ей за грязную работу платят немало.
Достаю мобильник и пишу помощнику сообщение, чтобы тот окружил Татьяну круглосуточным наблюдением и охраной. Моих ребят девушка, само собой, не заметит, но будет под стопроцентной защитой. Ни одна муха не пролетит незамеченной.
Через десять минут мои ребята занимают свои позиции, и я со спокойной душой провожаю Татьяну взглядом.
С Татьяной мы ещё успеем помириться. Сейчас первостепенной задачей является понять, какой бессмертный решил угрожать жизням моих близких. Каждого, абсолютно каждого в порошок сотру! Дура Эви за свой проступок поедет срок отбывать далеко и надолго! Никому спуска не дам, всех покараю!
– Эвелина Александровна, вы отрицаете, что собирались совершить убийство? – задаёт свой вопрос следователь, на что девушка в категорическом жесте мотает головой из стороны в сторону.
– А ничего, что камера, установленная на лобовом стекле моего автомобиля, всё записала? – ухмыляюсь, перешагивая через порог кабинета.
– А вот и наш свидетель, – улыбается следователь. – Здравствуйте, Владислав Константинович, только вас и ждём.
– День добрый, Ярослав Владимирович, – крепко жму старому приятелю руку.
Передаю следователю флешку с записью с видеорегистратора, и тот включает небольшое кино, на котором отлично видно, как гражданка Белова на всех скоростях несётся по тротуару прямо на девушку с коляской и как я в самый последний момент отталкиваю её в сторону.
– Какая хорошая камера. Обвиняемую за рулём автомобиля можно разглядеть в мельчайших подробностях. Даже морщины на лбу видно, – ухмыляется полицейский. – Продолжим дальше отпираться или всё-таки будем работать со следствием?
Глава 19
– Меня заставили, – Эвелина начинает реветь горючими слезами, осознав, что отпираться нет никакого смысла.
– Отлично. Давайте начнём по порядку: кто заставил? – следователь задаёт свой очередной вопрос.
– Я не знаю имён, – бубнит сквозь слёзы. – Я не видела лиц. Мне дали денег и сказали, что делать.
Сейчас больше всего на свете мне хочется выругаться матом. Дали денег, сказали, что делать, и она согласилась… Безумство и отвага, не иначе. Неужели у Эвелины совершенно отсутствует серое вещество, если она ни на мгновение не задумалась, что это может быть подставой?
Хотя… Вероятнее всего, девушка настолько была ослеплена большими деньгами, что о последствиях думала в самую последнюю очередь. М-да, на какие-то только ужасные вещи может пойти человек в угоду своей несоразмерной жадности.
– Ярослав Владимирович, включи, пожалуйста, камеру. Мне для жены.
– Пишет, – указывает на камеру, установленную в углу комнаты.
Киваю в ответ.
– Так, продолжим, – строго произносит следователь. – На столе бумага и ручка. Кто заставил, что заставил. Всё в мельчайших подробностях. Эвелина Александровна, поверьте мне на слово, в вашем случае работать со следствием выгодно в первую очередь вам. Ваш тайный покровитель, – изображает пальцами кавычки, – на помощь не придёт. Вы просто пешка в чужих руках, разменная монета и не более.
– А что мне за это будет? – не своим голосом скулит Эви и берёт в руки ручку. Видать, осознание содеянного медленно пришло к ней.
– Всё будет зависеть от состава преступления. Никто вам чужие грехи не приплюсует, будьте уверены.
– А теперь про грехи, – наступает моя очередь задавать вопросы обвиняемой. – Помнишь, приблизительно год назад мы с тобой встретились у ворот моего дома?
Девушка неуверенно кивает и скашивает на один бок неловкую улыбку.
– По выражению лица вижу, что помнишь, – улыбаюсь и едва ли не рявкаю: – Почему лифт сломался?! Это было подстроено?!
– Да… – произносит в ответ и обречённо опускает взгляд. – Семёныч сломал проводку.
Семёныч… Был у меня такой охранник, давно выгнал его. Вот и об очередной крысе стало известно.
– Продолжай. С какой целью остановили лифт?! – прожигаю девушку строгим взглядом.
– Попасть в ваш кабинет, – с силой прикусывает губу.
Дураком надо быть, чтобы не догадаться, что девушка боится рассказывать. Не удивлюсь, если её за разглашение информации запугали карой.
– Из тебя всё клешнями тянуть?! А ну рассказывай всё, что знаешь?! – не выдерживает следователь и орёт во всё горло.
– Маринка, ну секретарша передала мне ключи. Мы с Семёнычем пробрались в ваш кабинет и занялись сексом…
От услышанного я едва ли не охренел. Искреннее непонимание отобразилось на моём лице. А вот следователя это позабавило. Ярослав начал заразительно смеяться во всё горло.
– Сексом? Это шутка такая? Не терпелось поиграть в босса и подчинённую? – с трудом сдерживая смех, спрашивает следователь.
– Нет же… Мы должны были лишь изображать секс, но увлеклись. Мужика у меня давно не было. Вот и залезла на этого подонка. Залетела, родила девку, а он меня послал на три буквы, урод.
М-да, хоть стой, хоть падай. Даже не знаю, смеяться или плакать. Мне даже как-то немного жалко её стало, что ли.
– У нас было задание. Изобразить измену. Я подбросила в ваш пиджак записку, мол, мы спим и я беременна. Танька прочитала её и со всех ног рванула к вам на работу. А там мы с Семёнычем развлекаемся, а на фоне запись вашего голоса включена. Вот она и подумала, что я с вами сплю, – с экрана мобильника произносит Эвелина.
Разыграть сцену измены. Честно сказать, я и представить не мог, что такое возможно. Нет предела человеческой подлости.
– На утро я с тортиком заявилась и сказала Таньке, что у нас любовь и что мы всю ночь занимались любовью… – сквозь слёзы заканчивает свой рассказ.
Теперь-то всё встало на свои места. Для Татьяны я последний мерзавец, опустившийся до измены с её сводной сестрой.
– Зачем всё это? Ну бред же, – задаёт очередной вопрос следователь.
– Не бред. Заказчик не хотел, чтобы у Покровских были дети. Наследники… Вчера вечером со мной связались и приказали убить сына Татьяны. Предложили столько денег, что я не смогла отказаться.