Анна Радклиф – Тайны Удольфского замка. Том 1 (страница 44)

Скоро нечто другое привлекло внимание Эмилии: то были торжественные звуки труб, несшиеся издалека: заметив, что все гондолы поспешно выстраиваются вдоль террас, она накинула на голову покрывало и, выйдя на балкон, увидала вдали нечто вроде процессии, двигавшейся по каналу. По мере ее приближения трубы и другие инструменты стали сливаться в стройную мелодию. Словно из недр океана выступили сказочные божества города, на колыхающихся волнах показался Нептун с Венецией в виде его супруги-королевы, окруженные тритонами и морскими нимфами. Фантастическое великолепие этого зрелища среди величавых дворцов казалось воплощением какой-то поэтической грезы, и причудливые образы, созданные в воображении Эмилии под влиянием этой процессии, сохранились долго после того, как она проплыла мимо. Эмилия старалась представить себе, каковы должны быть жизнь и забавы морской нимфы; в конце концов она замечталась до того, что ей почти захотелось сбросить с себя человеческий образ и кинуться в зеленую пучину морскую.

— Как приятно, должно быть, — думала она, — жить в беседках из коралла и в хрустальных пещерах, на дне океана, вместе с веселыми сестрами-нимфами; прислушиваться к плеску струй над головами и к звучным раковинам тритонов! А после солнечного заката резвиться на поверхности волн, вокруг скал и вдоль пустынных берегов, куда задумчивый странник приходит грустить и мечтать! И вот я старалась бы размыкать его печаль сладкой музыкой и стала бы подносить ему в раковине нежные плоды, растущие вокруг Нептунова дворца!..

Тут ее отвлекли от грез прозаическим приглашением к ужину, и она не могла не улыбнуться, вспомнив о своих причудливых фантазиях и о том, как рассердилась бы г-жа Монтони, если б узнала, о чем она мечтала.

После ужина тетка ее долго не ложилась спать; Монтони все не возвращался, а Эмилия наконец удалилась на покой. Насколько ее восхищало великолепие гостиной, настолько поразил ее пустынный и запущенный вид полумеблированных покоев, через которые она принуждена была проходить, направляясь в свою комнату. По-видимому, эта анфилада когда-то пышных хором стояла необитаемой уже много лет. На стенах виднелись остатки ковровой обивки, на других стенах, расписанных фресками, сырость почти вытравила краски и рисунок. Наконец Эмилия достигла своей спальни — огромной высокой, пустынной, как и все другие, комнаты, с окнами, выходящими на Адриатическое море. В первую минуту на нее нахлынули грустные, мрачные впечатления; но вид Адриатики несколько рассеял ее; желая поскорее избавиться от удручающих впечатлений, она села за стол и попыталась уложить в поэтической форме свои причудливые грезы на тему о морских нимфах.

МОРСКАЯ НИМФА

Глубоко, глубоко в пучине морской Живу я среди гулких струй. Играю, резвлюсь у подножия скал, Что грозно торчат над поверхностью волн. Там, в пещерах сокровенных, Я слышу рокот рек могучих И направляю их течение сквозь Нептуновы волны Оплодотворять зеленые берега земли. Я посылаю прохладные потоки Тем нимфам, что живут в реках, озерах и ручьях. Сквозь рощи и обширные луга И в дикие, живописные уголки. Лишь только вечереет. Нимфы пляшут на цветущих берегах И в песнях имя мое восхваляют. Венки сплетают и под водою мне благодарность воссылают. Люблю в беседках я лежать из алого коралла И слышать рокот волн над головой. Сквозь слой воды следить за ходом гордых кораблей И бегом облаков веселых. Порою летом в тихий час полночный. Когда волна плещется о кузов корабля. Люблю я проявлять свои волшебные чары, Всплывая на поверхность луною озаренных волн. Когда весь экипаж погрузится в сон, А юноша влюбленный в задумчивости стоит, Облокотясь о борт, я нашептываю Ему такие напевы, каких не знает ни единый смертный! Его пытливый взор скользит по темным волнам, Но видит длинные лишь тени корабля. Вверху луна в лазурных небесах… Очарованный, он слушает, трепещет. Порою голос мой звучит одной лишь нотой Мелодичной — она звенит и угасает! Я пробуждаю звуки гулких раковин, И вот кругом вдруг раздается громкий хор! Юноша дрожит и, песнью очарован. Созывает весь экипаж; матросы молча нагибаются Вниз над высоким бортом, но тщетно прислушиваются - Песнь моя умолкла и чары все пропали! В лесистой бухте среди гор, Где на якоре стоит стройный корабль, В час сумерек с веселыми тритонами Я выхожу плясать в пору прилива. С сестрами-нимфами люблю резвиться я. Покуда солнце не взойдет над морем; Тогда проворно вниз спешим в свой дворец хрустальный Глубоко там, в морской пучине, среди лесов Нептуна. Под прохладными аркадами и беседками из трав Мы проводим томительные полуденные часы Там, куда не заглядывает солнца луч, И плетем из морских цветов гирлянды. Мы поем свои мелодические песни В сопровождении гулких раковин И журчания течений, что скользят проворно По нашим залам светлым. Там бледный жемчуг, голубой сапфир, Рубин кровавый и зеленый изумруд — Все камни самоцветные из купола сияют. Хрустальные колонны высятся со всех сторон;