Анна Рад – Эпидемия Z. Книга 7 (страница 5)

Он снова пытается открыть глаза, и на этот раз получается. По крайней мере, ему так кажется. Веки такие тяжелые, что требуют усилий, чтобы поднять, и он не видит ничего, кроме темноты. Поморгав и напрягшись, он различает силуэт светловолосой женщины, лежащей рядом, повернутой к нему спиной. Она тихо спит. Очень похоже на Фриду. При виде ее пульс Акселя слегка учащается.

Боже, как я рад ее видеть…

Он не уверен почему, но то, что Фрида лежит здесь рядом, одновременно делает его очень счастливым и очень грустным. Он хочет протянуть руку и прикоснуться к ней, но боится это сделать. Проведя пальцами по ее волосам, он чувствует, что они тоньше, чем он помнил. А запах… почему она вдруг сменила духи?

Аксель поворачивает голову к окну — или туда, где должно быть окно. Но там только темнота. А звуки города… они все еще слышны, только совсем не те, что он помнит. Это не какофония машин, везущих людей на работу. Это скорее постоянное гудение. Как от генератора.

Что, черт возьми, происходит? Где я?

Аксель нащупывает на полу штаны, достает из кармана телефон. Включив экран, он направляет его свет на стену и видит, что окно там и вправду есть — но вместо жалюзи там шторы, и через них не проникает свет.

Я точно не в Торике.

Фрида — или кто там — хмыкает во сне. Аксель поворачивается и освещает ее спину. В этот момент он понимает, что это не Фрида. Ее волосы не от природы белые, а обесцвеченные, и короче. Он узнает Белинду, и в одно мгновение всё возвращается к нему.

— О черт… о нет… — Он садится и закрывает лицо руками. Всё возвращается. Каждая ужасная подробность. С самого момента, когда ему позвонил Якоб, и до того, как он заснул рядом с Белиндой прошлой ночью. Черт, я так хотел, чтобы всё это оказалось дурным сном…

— Это он и есть.

Голос раздается так неожиданно, что Аксель вздрагивает. Он роняет телефон, затем направляет его свет на конец кровати.

Якоб щурится от света, ухмыляясь.

— Эй, можно не светить прямо в лицо? Я хоть и мертвый, но светочувствительность никуда не делась.

— Какого черта ты здесь делаешь? — требует Аксель, затем, вспомнив, что рядом спит Белинда, снижает голос до шепота. — Ты что, блять, подглядываешь, как я сплю? Ты извращенец?

Якоб прикрывает глаза рукой.

— Я не подглядывал. Просто ждал, когда ты меня заметишь.

Аксель бросает взгляд на Белинду, которая ворочается, затем шепчет Якобу:

— Убирайся отсюда, пока она не проснулась и не увидела тебя.

— Всё в порядке, — говорит ему Якоб. — Она меня не увидит. Я в твоем сне, как и в прошлый раз. Помнишь?

— А, — произносит Аксель, наконец понимая, что Якоб прав. Что он, по сути, все еще спит. Это осознанный сон и очень реалистичный, но все же всего лишь сон. — Ладно, теперь понятно. Черт, я на секунду подумал, что мне повезло прошлой ночью, — бормочет он и смотрит на Белинду.

— Думаю, так и есть, — говорит Якоб, снова ухмыляясь.

— Не-а, — бурчит Аксель. — Во-первых, я ей не интересен. А даже если бы и был, мы бы ничего не смогли сделать при ее дочери.

— Не знаю, как у вас там получилось провернуть это, чтобы Роза не узнала, — говорит Якоб, вставая. Он обходит кровать и поднимает с пола что-то кончиками большого и указательного пальцев. — Но я почти уверен, что ты ей нравишься. — Он держит в руках маленький квадратный синий кусочек пластика. Это разорванная упаковка презерватива.

Аксель хмурится.

— Ты морочишь мне голову. Я бы на такое не пошел. Не так скоро после потери Фриды… — Его голос почти срывается, когда он произносит ее имя.

Якоб бросает упаковку и трясет рукой, словно стряхивая невидимые микробы.

— Тогда проверь сам, когда проснешься. В любом случае, я не для этого здесь.

— Тогда зачем ты здесь? Просто снова позлить меня?

— Приятный бонус, но нет. Попробуй угадать.

Аксель ненадолго задумывается.

— А, точно. Знаю. Ты пришел поговорить со мной о драуге. Как ты его называл? Что-то очень драматичное, вроде «древнее зло, которое пробудилось»… Ты собираешься научить меня, как его убить, да?

— Нет, — серьезно говорит Якоб. — Понятия не имею, как вам это провернуть. Мое лучшее предположение — разнести эту хрень на куски.

Аксель пожимает плечами.

— Ладно, тогда зачем ты здесь? Ну серьезно?

Якоб наклоняется чуть ближе.

— Я здесь потому, что ты, болван, не слушаешь.

— Что?

— Ага. Я проделал весь этот путь, чтобы связаться с тобой из чего бы ты это ни назвал… загробная жизнь, лимбо, я не знаю… а это непросто, понимаешь? Но я сделал это и передал важное сообщение. Нечто, что дало бы тебе покой или что-то в этом роде. И что ты сделал? Ты напрочь забыл о нем.

Теперь Аксель искренне озадачен.

— Послушай, я понятия не имею, о чем ты говоришь. В прошлый раз ты сказал мне только не сдаваться. И насколько я помню, я последовал твоему совету.

— Да, но ты забыл, что я сказал тебе в самом конце. Про таблетки.

Аксель хмурится.

— Таблетки…?

— Серьезно, чувак. Мама не унимается по этому поводу. — Якоб разводит руками. — Она говорит, что никто из нас не сможет обрести покой, пока ты не разберешься с этим. Думаю, она имеет в виду и тебя с отцом.

— Ладно, на заметку, — говорит Аксель, глядя на Белинду, которая тихо похрапывает. — Я все еще считаю, что это всё чушь. Это мой разум морочит мне голову. Ты не настоящий, нет никакой загробной жизни, и я не верю, что у тебя есть информация, которая волшебным образом наладит всё в моей жизни. Но я сыграю по твоим правилам. Хотя бы чтобы этот дурацкий сон закончился.

— Хорошо, — говорит Якоб тем самым тоном, который он использовал, когда Аксель был несправедлив. — Если тебя это устраивает, верь во что хочешь. Просто постарайся вспомнить, ладно?

Аксель усиленно думает.

— Ты говорил что-то о… каких-то таблетках, которых не было?

— Да. Отец ошибался. Таблеток уже не было. — Якоб произносит это медленно, слово в слово.

— Но я не понимаю, что это значит, чувак.

— Думаю, понимаешь. Просто это то, о чем ты не хочешь думать. То, что ты похоронил в себе.

Последнее слово вызывает дрожь в солнечном сплетении. Она начинается как легкая вибрация, затем быстро усиливается. Он прикладывает руку к сердцу.

— Черт… что происходит?

— Ты начинаешь вспоминать, — спокойно говорит Якоб, улыбаясь. — Наконец-то! — Кажется, он собирается что-то добавить, но замечает что-то с другой стороны кровати. Аксель следует за его взглядом, но ничего не видит. Якоб снова смотрит на Акселя. — Ладно, время вышло. Она сейчас проснется. В этот раз я правда ухожу.

Якоб поднимает руку в прощальном жесте, и Аксель отвечает ему тем же.

Затем раздается шум со стороны Белинды, и он смотрит на нее. Но она не шевелится. Он оборачивается обратно. Якоба нет.

Потом из-за спины Белинды появляется голова. Роза смотрит на него, ее глаза узкие и прищуренные.

— Аксель? Ты проснулся?

Аксель просыпается.

Глава 6

Моргая, он замечает, что комната как-то смещается. Это та же комната — та, в которой раньше спала бабушка Кристоффера. Но сейчас он видит ее по-настоящему, а не сквозь сон.

При свете телефона, все еще зажатого в руке, Аксель видит, как Роза трет глаза и зевает.

— Который час?

— Сейчас… — Он смотрит на телефон. — Четыре тридцать. Спи дальше.

— Но почему ты не спишь?