Анна Рад – Эпидемия Z. Книга 1-7 (страница 2)

Якоб последовал за указательным пальцем в перчатке. Балка, к которой была привязана верёвка, действительно была сильно повреждена. Опустив фонарь ниже, Якоб заметил среди пыли щепки.

— Хм. Должно быть, это животное.

Вигго нахмурился.

— Какое животное может так обгрызть дерево?

— Не знаю. Дятел? Бобёр?

Вигго резко вдохнул.

— Ох, чувак... посмотри на его пальцы, Якоб.

Якоб не мог поверить, что не заметил этого раньше. С пальцами старика было что-то не так. Кончики были белыми и тонкими. С первого взгляда показалось, что это отросшие длинные ногти. Но при свете фонаря стало ясно — это торчащие кости. Кожа и плоть были ободраны.

— Чёрт, — прошептал он. — Так это он повредил балку. Он скрёб её, пока пальцы буквально не сточились до кости.

Вигго переминался с ноги на ногу, глядя то на Якоба, то на покойника.

— Думаешь, он... передумал? Может, пытался подтянуться, но не хватило сил?

Якоб задумался.

— Не-а. Чтобы сделать такие зарубки, понадобились бы часы, если не дни.

— Значит, он сделал это до того, как повесился?

Якоб фыркнул.

— Уж точно не после.

— Это нелогично, Якоб.

— Что нелогично?

Вигго развёл руками.

— Зачем ему это? Если он пришёл сюда, чтобы повеситься, зачем сначала скрести балку?

— Понятия не имею. Может, он был псих. Не в себе.

Вигго снова покачал головой.

— Мне это не нравится, Якоб. Ничего из этого мне не нравится.

— Да брось, не будь тряпкой.

— Я думаю, нам надо вызвать шерифа.

Якоб вздохнул.

— Я же говорил, здесь нет связи. Пока не влезешь на макушку одной из этих сосен, никакого шанса поймать сигнал. И даже если дозвонишься, ты думаешь, Том сюда поедет? Сейчас, — Якоб глянул на часы, — семь утра, суббота и мороз. Ты же его знаешь, он ленивое говно.

— Да ладно, чувак. Я правда думаю, нам надо убираться отсюда. Тут что-то нечисто. Разве ты не чувствуешь?

— Я чувствую только, что начинаю замерзать, пока тут стою. Слушай, мы не можем просто уйти. Надо снять его и отвезти в больницу.

— Что? — голос Вигго стал визгливым. — Ты совсем офигел? А вдруг мы...? Зачем тебе...? — Он явно лихорадочно искал любой аргумент, чтобы отговорить Якоба, и выпалил: — Что твой отец скажет, если мы положим покойника в багажник его машины?

— Завернём в одеяло. Всё будет нормально.

— Но зачем вообще везти его в больницу? Уже слишком поздно.

— Им всё равно надо будет делать вскрытие в морге. Такая процедура. Я знаю, Аксель рассказывал. Так делают всегда, даже с теми, кто погиб в ДТП.

Вигго глубоко вдохнул.

— Слушай, чувак. Я знаю, твой брат устроился на эту работу, но это не значит, что ты вдруг стал специалистом по обращению с трупами. Я говорю — валим отсюда к чёртовой матери. Поедем обратно в посёлок и оттуда позвоним шерифу.

Пока Вигго говорил, Якоб понял, что уже принял решение. Часть его сама хотела сделать так, как предлагает друг. Но мысль о том, что они побегут в посёлок, как пара трусов, не давала ему покоя. Люди любят посплетничать, и через несколько дней все узнают про мёртвого старика. С другой стороны, история прозвучит куда круче, если в ней будет фигурировать, что Якоб и Вигго привезли тело с собой. Они не только нашли его, но и доставили домой. Почти как герои.

— Слушай, мы так и сделаем, — оборвал его Якоб. — Я его сниму, а ты сходишь к машине за одеялом. Это ответственный поступок.

— Но...

— Просто принеси чёртово одеяло, окей? И перестань быть таким слабаком.

Вигго уже собирался что-то сказать, но тут же замолчал, услышав слово «слабак». Это было волшебное слово. То самое, которым они дразнили друг друга, ещё с тех пор, как научились говорить.

— Ладно, — сквозь зубы сказал Вигго. — Но для протокола: я считаю, что это идиотская идея.

— Принял к сведению, — ответил Якоб, доставая из кармана куртки охотничий нож и раскрывая кожаные ножны. Он точил лезвие только вчера вечером, надеясь, что им получится освежевать оленя.

Ему и в голову не приходило, что нож понадобится, чтобы срезать мёртвеца.

2

Едва Вигго ушёл, Якоб пожалел, что послал его к машине.

Глядя на висящее тело, в домике вдруг стало тесно. Труп, несмотря на худобу, будто занимал собой всё пространство.

Якоб никогда в жизни не видел мёртвого человека. Животных — сколько угодно, когда они с Акселем ходили на охоту.

Но это совсем другое.

Это был кто-то. Мужчина. С именем. С прошлым. Наверное, с семьёй. Может, даже с детьми. Возможно, это мог бы быть его собственный дед, болтающийся здесь.

Он почувствовал неожиданный укол жалости к этому человеку. Что бы его ни мучило так сильно, что он решил прийти в эту глушь, чтобы покончить со всем, — это вряд ли было что-то приятное.

Соберись, тряпка. Вигго отлучится всего на пару минут. Если он вернётся, а ты всё ещё будешь тут стоять, он поймёт, что ты струсил.

Якоб глубоко вдохнул через нос и сунул фонарь в карман. Тут он осознал промах в своём плане: верёвка висит слишком высоко. Старик был ростом под метр восемьдесят, да ещё и висел на расстоянии вытянутой руки от пола.

Пока Якоб стоял, глядя на верёвку и прикидывая, как быть, тело медленно повернулось, и лицо снова оказалось перед ним.

Якоб положил руку в перчатке на руку старика и мягко развернул его обратно.

— Так будет проще, если ты на меня не смотришь, — пробормотал он, пытаясь разрядить обстановку. Но его собственный голос выдал, как сильно он напуган. Ноги стали ватными, а под слоями одежды даже выступил пот.

Он огляделся в поисках чего-нибудь, на что можно встать, но ничего не нашёл. Можно было выйти и поискать снаружи, но он знал — и там удачи не будет. Зато верёвка выглядела старой и ненадёжной.

Она очень хлипкая, ей нужен всего один надрез.

Якоб подпрыгнул и махнул ножом, промахнувшись на сантиметр. Подпрыгнул ещё раз, замахнулся увереннее.

Лезвие прошло сквозь волокна почти без усилия. Как будто верёвка только и ждала этого.

Якоб и мёртвец приземлились одновременно. Труп и правда был проморожен насквозь, его суставы не подались ни на миллиметр. Вместо этого тело на мгновение замерло на ногах, как статуя без постамента. А затем накренилось в сторону Якоба.

Он вскрикнул и отпрыгнул в сторону. Едва успел увернуться, когда труп ударился головой о стену и сполз на пол.

Якоб уставился на лежащего старика, сердце колотилось в висках.

— Ладно, — выдохнул он, издав нервный смешок. — Ладно, всё в порядке. Не очень изящно, но я его снял.

Он на ощупь убрал нож в ножны.

Лежа поперёк домика, старик почти достигал от стены до стены. Якоб не хотел касаться его без крайней необходимости, даже в перчатках. Поэтому он перешагнул через тело, взялся за конец верёвки, всё ещё обмотанной вокруг шеи, и потянул. Верёвка выдержала. Он развернул старика так, чтобы голова смотрела на дверь. Потянув сильнее, он смог протащить тело по деревянному полу.