Анна Пожарская – Искра у древа жизни (страница 36)

– А дядя? – нахмурилась Элла. У нее уже был один страж Тмара, и повторения того финала не хотелось.

– Дядя погиб лет пятнадцать назад, – пожал плечами маг, наливая себе кофе. – Призрачные кошки… Тогда их пришло слишком много.

– Похоже, ничего не изменилось, – вздохнула Элла, с тоской глядя в свою пустую чашку и запихивая в рот очередную порцию безвкусной жижи.

– Вот не знаю, – Пилар пригубил ароматного напитка. – Я мужчина, и Дарсир встретил тебя, – тут он опустил глаза, будто юноша. – Ты можешь меняться, а, значит, можешь стать, как он, и подарить Дару ребенка. Чем не знак, что в Тмаре все изменилось?

– Знаки – такая сложная штука…

– Согласен, – Пилар кивнул вошедшей служанке с тарелкой. – Но время разгадать есть. —Отклонился, позволяя женщине поставить перед собой кашу и, прищурясь, посмотрел на Эллу. – Я, кстати, нашел тебе место. У Тариков старших. Главе семьи принадлежит городская верфь, пару лет назад он отошел от дел, и там сейчас заправляет его первенец. Обязанности, хоть и не по тебе, но по твоей чаше: лечебные отвары да заговоры на удачу. Если хочешь, после завтрака сходи, познакомься. Понравятся – будешь работать на них, пока не отчалишь к своим кмырам.

Элла нехотя проглотила последнюю ложку каши и принялась наконец за кофе.

– Ты говорил, что знаешь способы наладить работу чаши, – улыбнулась Элла. – Поделишься?

Пилар подавился. Откашлялся и кинул на Эллу виноватый взгляд.

– Ну, у меня тогда на тебя другие планы были… – вкрадчиво начал он.

– Сейчас ты мне помогать не планируешь? – нахмурилась чародейка и пристально посмотрела на собеседника.

– Я хочу тебе помочь, – Пилар поджал губу и совершенно неестественно дернул бровями, то одной, то другой по очереди: вверх-вниз, вверх-вниз, будто кто-то тянет за ниточки. – но Дарсир любит тебя. Не хочу его расстраивать. А самый лучший способ восстановить чашу – это ребенок от другого мага. У малыша нет своей чаши в утробе, и природа, чтобы он не погиб, восстанавливает материнскую. Вот и весь секрет. Странно, что ты о нем не знаешь…

Элла хихикнула в кулак.

– Я думала, ты дело предлагаешь, а ты…Ребенок – это на всю жизнь. Да и россказни все это. Болтовня.

– Ты бы все равно уехала к кмырам, – развел руками Пилар. – Так что, вроде бы и помог, и последствий никаких.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – Элла подмигнула и залпом допила кофе. – Пойду знакомиться с новым нанимателем. Где искать дом?

– Розовый особняк напротив святилища Латасара. Около таверны «Видавший виды свин».

Элла кивнула, вышла из-за стола, прихватила плащ и отправилась на улицу. Остановилась полюбоваться морем. Удивительно спокойное, оно, будто зверь, подставляло свою темно-фиолетовую спину теплым лучам осеннего солнца. Захотелось нырнуть и плыть, пока ноги не начнет сводить от холода. А потом обернуться змеем и опуститься на дно. Туда, куда не проникает ни солнце, ни звуки с суши. Где так спокойно, что перестаешь чувствовать себя живой.

Громко вздохнула. Решила не мучить себя. Нашла Дара заклинанием поиска. Судя по всему, маг сидел в своем кабинете и продолжал добавлять темную жидкость в бутыли с узким горлом. Интересно, что же он все-таки такое делает?

Припомнила старое заклинание. Незатратное, но сложное, не всегда поддающееся. Раздавила кристалл и прочла нужные слова. Обняла возлюбленного. Пусть объятия на расстоянии вовсе не такие приятные, как настоящие, но все равно ощущаешь в руках родное тело, его тепло, запах, слышишь, как бьется сердце. Закрыла глаза. Как же хорошо рядом с ним! Дар, похоже, почувствовал ее присутствие и, легко тронув за фантомные руки, потерся о них щекой: «Скучаю, солнышко мое». Элла испуганно отпрянула. Как раз в это время в дверь кабинета без стука вошла Мита. Чародейка выругалась и прервала связь. Как Дар стелится перед невестой, пытаясь заслужить ее прощение, видеть не хотелось.

Особняк, облицованный розовым мрамором, Элла нашла без труда. Открыла калитку, прошла сквозь ухоженный милый сад. Листья на деревьях уже пожелтели, но это только придавало им изысканности. Чародейка подошла к резной двери из темного дуба, взялась за колотушку в виде совы и постучала. Дверь открыли, и Элла замерла в изумлении и радости, не в состоянии и слова вымолвить.

– Ты выглядишь еще моложе, чем сто лет назад, дитя, – Улыбнулась Тума, пропуская чародейку в просторный, светлый, пахнущий розами холл. Она ничуть не изменилась. Все тот же покровительственный взгляд темных глаз, немного надменная красота и грация в каждом движении.

– Ошпаренные кони, – удивленно прошептала Элла и кинулась женщине на шею.

Тума обняла ее в ответ и чмокнула в щеку.

– Рада тебя видеть, дитя, – голос ее тоже не изменился: бархатный, с нежной хрипотцой. Выпустила Эллу из объятий и позвонила в колокольчик. – Какими судьбами?

Чародейка неловко улыбнулась. Она знала Туму еще со времен своего ученичества у Кнута, больше ста лет назад, но признаваться ей, что чаша сломана, отчего-то казалось постыдным.

– Я пришла наниматься на работу, – пролепетала Элла, стараясь не запнуться.

Тума задумалась.

– Так тебя Ири прислал? – подмигнула она.

– Ири? – чародейка решила, что ослышалась.

– Пилар, – махнула рукой собеседница. – Дружила с его матерью, пока та была жива. Мальчишки ее давно выросли, некоторые горожане их даже побаиваются, но для меня они так и остались: Ири и Ари.

Элла ухмыльнулась. Даже у собачек клички длинней, чем домашние прозвища близнецов. Пришла служанка. Тума велела ей накрыть стол на балконе и, увлекая Эллу на второй этаж по широкой мраморной лестнице, продолжила.

– С твоими силами у нас будет скучно. Мой очередной супруг подошел к своему пределу, и все, что нужно – облегчить его страдания. – Пожала плечами. – Кроме лечебных и уменьшающих боль отваров ничего не требуется.

– Я больше ничего и не могу сейчас… – Элла почувствовала, как кровь приливает к лицу. – Я, – тяжело проглотила слюну и понуро опустила голову. – Дочь умирала… Мне казалось, еще чуть-чуть и я вытащу ее. Казалось, не хватает самой малости…И я, – вздохнула. – Я взяла нужное у живого вокруг. А чаша лопнула. Знаю, я не должна была…

– Брось, дитя. Не кори себя, – мягко улыбнулась Тума. – Я бы поступила так же, будь я магом, а не источником. Скажу больше, мой отец чуть не выпил меня досуха, пытаясь спасти сестру. Только вот против законов мирозданья не попрешь. Большое везение, что потерял только одну дочь, а не обеих.

Элла сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Кажется, призналась в страшной вещи, а на деле та оказалась не такой жуткой… Собралась расспросить Туму, как вечная жила все эти годы, но в последний момент передумала. Расскажет сама, если посчитает нужным.

Служанка принесла кофе, печенье и ирис с орехами. Чародейка послушно уселась на предложенный хозяйкой стул и приготовилась слушать. Не тут-то было! Тума не была бы собой, если бы не пошла в наступление.

– Ты здесь из-за Ири или из-за Ари? – подмигнула она, отхлебнула кофе и отломила немного ириса.

Элла покачала головой.

– Из-за того, что один мой внук отнимает власть у другого.

– Жаль… – улыбнулась хозяйка. – Я уже приготовилась посплетничать про мальчишек, а у тебя, оказывается, хватает забот с родственничками.

– Сплетничай, – благосклонно согласилась Элла, откусывая печенье.

– Если тебя никто из них особо не интересует, хоть я в этом и сомневаюсь, то скажу кратко. Дарсир всегда больше тяготел к магии, Пилар к девочкам. А когда родители разъехались, бедняга Ари несколько раз убегал от отца сюда, но мать упорно высылала его обратно в Хлом.

– Он что бил его? – нахмурилась Элла.

– Ты с ума сошла! – Тума добродушно расхохоталась. – Попробуй обидеть подростка с такой чашей как у Ари, костей не соберешь. Нет, просто он страдал без Тмара.

– Тума, скажи, что ты будешь делать, когда твой муж умрет? – осторожно поинтересовалась Элла. История про братьев, конечно, забавляла, но чародейка так боялась проболтаться о беременности, что решила сменить тему.

Собеседница пожала плечами.

– Буду искать нового, видимо. Ты не хуже меня знаешь, вдовствовать мне нельзя, – состряпала улыбку и пригубила кофе. – Я и ослушаться воли отца не могу, и бордель в Хломе держать тоже не хочу. Хлопотно это. Надеюсь, благоверный еще недолго протянет. Потом найдется кто-то новый, – помолчала, еще раз приложилась к чашке и посмотрела на гостью: – А ты почему здесь, Элла? – Тума накрыла руку чародейки своей, намекая на ответную откровенность. – Вряд ли из-за того, что не знаешь какому из внуков помочь захватить власть.

– Отдавала амулет Тел-ар-Керрина тому, кому он предназначен. Много лет он был в семье Авара, но потом попал в плохие руки, – потерла лицо ладонями. – А сейчас не знаю, возвращаться к детям Повелителя неба или нет. Не нужна ни здесь, ни там.

– Не важно, где ты нужна, – ухмыльнулась Тума. – Важно, где живут те, кто нужен тебе.

– Тоже верно, – кивнула Элла и долила себе кофе. Посмотрела вниз, на площадь перед храмом Латасара. Отчего-то показалось, что от статуи бога отвалилась голова. Потерла глаза, пригубила напитка. Нет, все на месте. Жаль! Мертвый бог лучше спящего.

Пробыла у Тумы почти до обеда. Сошлись на том, что Элла покумекает до завтра насчет работы, но если не надумает, приятельница в обиде не будет. Чародейка попрощалась и направилась к морю.