Анна Пожарская – Елена в лабиринте (страница 2)

Тяжело плюхнулась на кровать и спрятала лицо в ладонях. Не представляла, что делать дальше. Если бы четыре с половиной года назад, когда они с Димой только решили пожениться, кто-то сказал ей, что супруг самым банальным образом наставит ей рога, подняла бы на смех. А может, и вовсе назвала бы каким-нибудь нехорошим словом. Впрочем, тогда она не желала никого не слушать: ни подруг, ни коллег, ни даже отца.

Накатила очередная волна злости – на этот раз на себя. Из-за своего героя-любовника она четыре с лишним года не разговаривает с папой. Поругалась, разорвала все связи и отказалась от сытой спокойной жизни под родительским крылом. Все для чего? Чтобы в один из дней услышать, что муженек был пьян и забыл натянуть резинку? Скотина! А она дура! Хотя если бы Дима предохранялся, все могло бы кончиться куда хуже: она бы продолжала верить, что у них идеальная семья и большая чистая любовь. В общем, дура и есть, ничего не попишешь.

Зазвенел смартфон, и Лена посмотрела на экран. На нем красовалась игривая надпись «Родной Димочка». Да уж, роднее не придумаешь.

Отклонила звонок. Говорить с мужем сейчас не хватит ни здравомыслия, ни терпения. Прихватила электронный ключ, сумочку и вышла из номера. Посидит немного в баре. Вряд ли это решит все проблемы, но хотя бы избавит от искушения поднять трубку и устроить дешевый скандал. В конце концов, как ни старайся, сделать вид, что ничего не происходит, ей не удастся.

Свободных столиков не наблюдалось. Лена вздохнула и собралась было обратно в номер за одеждой, чтобы прогуляться в бар подальше, но сидящая в глубине зала коллега Юля помахала рукой. Лена улыбнулась и направилась к ней. Формально Юля была ее начальницей, но в ресторанном бизнесе Лена могла дать фору любому сотруднику их консалтинговой компании, и сначала они много общались по делу, а сейчас время от времени болтали и так.

В баре горел приглушенный свет, пахло кофе и алкоголем, а многочисленные посетители поддерживали стандартный уровень шума. Лена взяла себе коктейль и подсела к Юле за маленький круглый стол с высокими стульями.

– Решила расслабиться? – участливо поинтересовалась начальница.

– Есть такое дело. Устала, – Лена выдавила улыбку и помешала трубочкой содержимое бокала. Сейчас немного растает лед и она насладится знакомым мятно-лаймовым вкусом. Поерзала на стуле, устраиваясь поудобнее, тот оказался высоковат даже для ее роста почти метр восемьдесят. Посмотрела на Юлю. Удивительно! Собеседница, несмотря на метр шестьдесят с копейками, похоже, чувствовала себя отлично. Вероятно, сказывалось внутреннее состояние.

– Бывает, – начальница пригладила иссиня-черную кудрявую шевелюру. Заправила за ухо набежавшую на лицо прядь. – Я тоже хочу домой, не могу уже.

– Ты завтра и улетишь, это мне мариноваться до послезавтра.

– Так нужно, – подытожила Юля, будто оправдываясь. – У Миньки важное соревнование, не могу пропустить. Да и муж не поймет, скажет, что я за мать такая, что ничего, кроме аудита, не вижу. Вообще, работу пора менять. Одна беда, где найти такую же зарплату?

– Не знаю, – Лена пожала плечами и отпила коктейль. Прикрыла глаза, чувствуя, как прохладная освежающая жидкость с легкой кислинкой растекается по языку. – Я пока останусь. Детей у меня нет и не предвидится. Да и муж, похоже, тоже скоро того. Вырвется на свободу. Соколик. Куплю себя дружка в магазине для взрослых и буду мотаться по городам и весям. Знай только меняй батарейки.

– У тебя что-то случилось?

– Все сложно, – Лена не стала вдаваться в подробности.

Юля поймала ее взгляд и усмехнулась. Будто со стороны видела куда больше, чем говорила.

– Дружок из магазина для взрослых тебе, Ленок, не понадобится ни при каком раскладе. Желающие всегда найдутся. Далеко ходить не надо: Соломон Николаевич на тебя таким голодным взглядом смотрит, что даже наблюдать со стороны жарко.

Лену передернуло. Соломон Николаевич был одним из двух владельцев компании и действительно время от времени проявлял к ней интерес. Вот только ей он в отцы годился. Около пятидесяти, высокий и даже неплохо сохранившийся, кареглазый брюнет – босс не имел никаких шансов. Лена не любила таких и в более новой комплектации.

– Ему уже нужна женщина, способная распознать первые признаки инсульта, Юль. Я пока не дозрела. Надо сначала на подходящие курсы записаться.

Начальница рассмеялась. Задорно и весело, вовсю демонстрируя ровные зубы.

– Зря ты так. Людочка из бухгалтерии говорит, он еще о-го-го. Был у них недолгий роман в прошлом году сразу после корпоратива на день рождения компании. И нежадный. Что-то там с брюликом ей подарил и свозил в отпуск на острова.

– О… ну если с брюликом, тогда действительно не жадный, – Лена снова отпила коктейль, настойчиво ощущая, что надо взять чего покрепче. Припомнила Людмилу из бухгалтерии: милая молодая женщина с внушительным бюстом и наивным взглядом светлых глаз. Такую не грех одарить чем-нибудь приятным. Посмотрела на собеседницу и махнула рукой. – Ерунда это все. Мужчина или нравится, или нет, а острова не спасут ситуацию. И вообще, они со временем приложатся.

– Мне бы твой оптимизм, – вздохнула Юля, залпом допила кофе и встала из-за стола. – Пойду посплю. Завтра полдня надо поработать, а после как-то пережить разницу во времени.

– Давай. Сладких снов. Я посижу еще, – Лена потянула коктейль, мысленно прикидывая, что возьмет следующим. Ей спешить некуда. И вообще, когда появлялись серьезные поводы переживать, разница во времени теряла статус важного фактора.

Не помнила толком, как провела время до отъезда. Дмитрий названивал, пока не ушел в черный список во всех возможных местах. Легче, правда, от этого не стало. Хотелось разбить все зеркала в округе, чтобы не сравнивать себя с любовницей мужа, забиться в темный угол и нареветься вдоволь, но вместо этого Лена погружалась в отчеты, технологические карты, документы поставщиков, сертификаты и другие бумаги. Работа спасала. Выпихивала разум из пучины страданий в облака чисел, описательных строк, примечаний и выводов. Действовала как анестезия. Позволяла верить, что все происходит с кем-то другим.

По-настоящему больно стало в аэропорту. Подталкивая чемодан к стойке авиакомпании, Лена совершенно четко ощутила, что в Москве ее никто не ждет. Прилетит она или нет, не так важно. Отец давно вычеркнул ее из жизни, для старых подруг она уже почти пять лет недостаточно хорошо упакована, а муж нашел ей замену. Разве что Козлик, ее пушистый малыш, будет скучать какое-то время. А после и он привыкнет. Разум язвительно напомнил ей про Соломона Николаевича, и Лена чуть не плюнула с досады. Стало легче. Слезы испугались возмущения. Она усмехнулась и снова подтолкнула чемодан. Сейчас сядет в самолет, поспит и посмотрит на все другими глазами. Лететь до Москвы вечность без малого.

Ближе к стойке отпустило. Эмоции улеглись, и на душе стало спокойнее. Лена улыбнулась девушке в форме авиакомпании, протянула ей документы и попыталась утопить ручку чемодана, чтобы поставить его на транспортер. Не вышло. Видимо, в соединении что-то разладилось или сдвинулось с места. Лена нахмурилась, подергала ручку и повторила попытку. Тщетно! Вздохнула, стараясь успокоиться. В конце концов, тварь она дрожащая или чемодан одолеет? Надавила с силой и победила. Ручка спряталась. Лена положила багаж на ленту и довольно фыркнула. Скорее всего, по прилете будет сложно высунуть ручку обратно, но это будет после.

– Елена Геннадьевна, – позвала девушка из авиакомпании, и Лена напряглась каждой мышцей. Когда работник аэропорта вдруг начинает обращаться к тебе по имени, ничего хорошего это не сулит.

– Слушаю, – она постаралась спрятать волнение.

– У нас в компании проходит акция. Пассажира с самым большим налетом миль на рейсе мы пересаживаем в бизнес-класс. Сегодня рекорд ваш. Вы не против пересадки?

Лена нахмурилась. Конечно, она не станет возражать. Там хотя бы можно вытянуть ноги.

– Я согласна, – обрадовалась она. – Спасибо!

– Наша компания всегда старается удовлетворить потребности пассажиров, а иногда и предугадать их, – подытожила девушка и вернулась к возне с документами.

Лена довольно прищурилась. С некоторых пор она страшно ценила маленькие радости.

Соседом по креслу оказался настоящий красавец. Высокий крепкий шатен чуть за тридцать в дорогом деловом костюме и с портфелем премиальной марки. Лена с легким удовлетворением отметила, что на ней платье из старых запасов, и она вполне может сойти за свою. Обувь, конечно, выдавала другой статус, но хотелось верить, что никто не станет всматриваться. По большому счету ее переживания – ерунда, а людям вокруг плевать на всех, кроме себя любимых.

Мужчина поздоровался, окинул соседку оценивающим взглядом и уселся на свое место у окна. Лена вздохнула. Жаль, что ее посадили у прохода, хотелось посмотреть на вечерний город с высоты. Всегда нравились огни и ландшафты под крылом.

Взлетали на удивление хорошо. Лена порадовалась, что у нее не закладывает уши, и уставилась в окно. Возможно, соседу будет немного неудобно, но никто не мешает ему вежливо промолчать. Она же молчит о его навязчивом парфюме с ароматом морской свежести.

Вид завораживал. Полутьма не давала разглядеть подробности, но для детского восторга хватало того, что есть. Расчерченные подсвеченным полотном дорог жилые кварталы, темные, будто пушистые парки, вода и сопки. Лена смотрела во все глаза и чуть ли не охала от восторга. Видела с высоты столько мест и ни одного похожего на другие.