Анна Порохня – Помещицы из будущего (страница 18)
- А батюшка, почему с ним не общался? – Таня не выдержала долгого стояния и все-таки присела на стул.
- Да как же почему? Федор Ефимович наставление дал! Сказал, проклянет, коли станет отец ваш брата искать! – удивилась Аглая Игнатьевна такому вопросу. – А как помер он, Алексей Федорович и сам не схотел брата видеть! Стыдился, что тот камнерезом был! Но в последнее время часто вспоминал… Видать, совесть мучила, что за всю жизнь так и не сподобился увидеться с Петром.
- И где же мы дядюшку искать будем? – задала я вполне резонный вопрос. – Кто знает, куда его занесло.
- Вот сие мне неведомо, - тяжело вздохнула нянюшка. – Может и такое приключится, что помер он. Но поискать надобно! Вот прямо завтра Захара в город отправим, пущай поспрашивает. Что, если кто знает о Засецком Петре Федоровиче? Особенно у купцов спросить надобно, они ведь много людей на пути встречают.
Нет, эта идея, конечно, имела право на жизнь, но верилось в нее с трудом. Слишком много было «но». Неизвестно, где сейчас находился дядюшка, жив ли он? И вообще, если он влачит жалкое существование, то вряд ли ему позволят опекаться двумя барышнями, которые владеют землями. Потоцкая уж точно к этому прицепится. Нет, тут нужно было думать и думать быстро.
Глава 21
После таких новостей у меня душа была не на месте. Я, не переставая, думала о том, что нас ждет и если честно боялась. Теперь мне уже это не казалось занимательным приключением и шансом прожить еще одну жизнь. Она могла закончиться, так толком и не начавшись.
Пока мы ждали горячую воду для купания, Таня подозрительно долго молчала. Я предполагала, что она тоже переживает о навязанной опеке, но нет, оказалось у подруги были совершенно другие мысли.
- Галь, ты знаешь, что мне в голову пришло? – наконец спросила она. – По поводу убитой сестры и ее венчания с этим Сашенькой?
- Что? – я удивленно посмотрела на нее. Если честно, это было последним, о чем бы я подумала в свете последних новостей.
- А ведь если они собирались венчаться, значит, священник должен был знать об этом, - подруга расхаживала с лицом сыщика с Бейкер-стрит. – Такие мероприятия оговариваются заранее. По крайней мере, я так думаю.
- Скорее всего, такое венчание проводят далеко от дома, - возразила я. – Ведь священники знают в приходе всех с детства и вполне могут рассказать родителям о готовящемся таинстве. Нет… я уверена, что в таких случаях не обращаются к своему батюшке.
- И то так… - вздохнула подруга, но тут же задумчиво протянула: - Я у нянюшки все равно о тайном венчании узнаю. Чтобы хоть примерно понимать, что да как…
- Что это вы голубушки узнать хотите? – дверь отворилась и в спальню вошла Аглая Игнатьевна. – Мыться сейчас будем. Свечерело уже.
За ней следом появилась Глашка с деревянной лоханью и странного вида лейкой. Она поставила все это на пол, где не было ковра, и ушла, что-то ворча себе по нос. Аглая Игнатьевна разложила на кровати чистые сорочки, рушники, а потом закатала рукава.
- Давайте барышни, кто первая мыться станет?
Таня быстренько разделась, забралась в лохань, и нянюшка принялась поливать ее из лейки.
- Нянюшка, а как это тайное венчание? – подруга подняла голову. – Это когда побег?
- А чего это вы любопытствуете? – Аглая Игнатьевна перестала намыливать ее спину. – Удумали, поди, чего?
- Нет, интересно просто, - равнодушно пожала голыми плечами Таня. – Так расскажешь?
- Что ж тут рассказывать? Без родительского благословления, так сказать, по тайной любви и соглашению венчание это делается. Самокруткой в народе это действо зовется. Вот только частенько пользуются молодцы девицами неопытными! Чтобы капиталами завладеть! Ежели неравны они по положению… – нянюшка понизила голос и прошептала: - Или чтобы срам прикрыть! Коли уже дите под сердцем! Случай был с одной дворянкою, которую молодой да красивый офицер окрутил и уговорил на побег. Только женатым он оказался, а девица эта младенца приперла!
- И что с ней стало? – спросила я, начиная подозревать самые страшные вещи. А что если Варвара тоже была беременна?
- Да кто ж знает? Давно это было. – Аглая Игнатьевна обтерла Таню рушником и натянула на нее сорочку. – А вы мне даже не заикайтесь о таком! Или придумали себе, как опеки избежать?
- Нет! Глупости, какие! – я сделала большие глаза. – Еще чего не хватало!
Нянюшка пристально посмотрела на нас и пошла, звать Глашку, чтобы та вынесла грязную воду.
Я тоже помылась с помощью Аглаи Игнатьевны и вскоре мы с Таней уже сидели в кровати, попивая чай с молоком. Старушка собрала на поднос остатки ужина, который мы с удовольствием поели прямо в комнате, и только собралась выйти, как с улицы послышалась грустная песня. Кто-то так душевно пел, что я не выдержала и, открыв окно, высунулась наружу.
- Табор прикатил… - недовольно произнесла Аглая Игнатьевна. – На своем месте у реки стоят… Ложитесь спать, барышни. Поздно уже.
Она ушла, а мы задули свечи и вытянулись в кровати, чувствуя усталость. Она только сейчас дала о себе знать, медленно растекаясь по телу. Несмотря на пережитые волнения и неприятные новости, мои мысли начали путаться, и я вскоре заснула крепким сном молодого организма.
Мне снилась Потоцкая, стоящая у алтаря. Она была одета в свадебный наряд, украшена искусственными цветами и сильно нарумянена. Барыня улыбалась во весь рот и говорила почему-то мужским голосом:
- Стану попечителем и сразу замуж вас отдам! Чтобы под ногами не путались!
Проснулась я от того, что Таня трясла меня за плечо.
- Ты чего? – спросонья прошептала я. – Тебе не спится?
- Мне показалось, что окно хлопнуло, - шепнула она в ответ. – Где-то совсем рядом!
- Может ветер? – мне хотелось спать, а не прислушиваться к ночным звукам. – Тань, ложись уже…
- Какой ветер?! На улице что, ураган? – гнула свое Таня, явно не собираясь укладываться. – Пойдем, посмотрим! А если это воры?!
- А то местные воры не знают, что мы бедны как церковные мыши! – проворчала я, но все же села, опустив ноги на пол. – Ладно, пошли!
Мы накинули халаты, взяли свечу и выскользнули в коридор. В доме было тихо, я не слышала никаких подозрительных звуков, но подруга решительно шагала вперед. И вдруг я услышала тихий стук, он доносился из комнаты Варвары. Таня резко остановилась и я чуть не влетела в ее спину.
- Слышала?
- Может кошка? – мне стало так страшно, что ноги превратились в два свинцовых столба.
- Может… - в свете свечи лицо подруги выглядело бледным и каким-то потусторонним. – Или привидение…
- Таня! – прикрикнула я на нее, но сама думала практически, тоже самое.
Решившись, мы приблизились к спальне покойной сестры, и я надавила на ручку. Дверь медленно отворилась, обдавая нас сквозняком, а это значило, что в комнате было открыто окно…
Шагнув внутрь, я чуть не закричала, заметив какое-то движение, но вовремя остановилась, поняв, что это всего лишь штора. Она слегка шевелилась, напоминая парящий в воздухе силуэт.
- Я чуть в обморок не упала… - прошептала я, хватаясь за Танину руку. – Как же я испугалась… Мне показалось, что здесь кто-то есть…
- Есть… - подруга сказала это так тихо, что я еле разобрала ее слова. – Он стоит возле шкафа, за ширмой…
Чувствуя, как на меня накатывает очередная волна страха, я повернула голову и в полумраке увидела мужские сапоги. Начищенные до блеска они виднелись в пространстве между ширмой и полом.
- Попался! – рявкнула Таня, подбегая к окну. – Гал… Лиза, смотри, чтобы он в двери не выскочил! Вор! Во-ор!