Анна Платунова – Лекарство от разбитого сердца (страница 7)
Кабинет консультанта находился в конце коридора, в тупике, за ординаторской — если что, бежать недалеко.
— Фрей Арвелион Альтаэр довольно… эксцентричный, к нему надо найти подход, — предупредил Найт.
— Фрей? Он эльф?
Только эльфы именовали себя фреями, то есть свободными. Тесса каждый раз поражалась их высокомерию и заносчивости. К разговору с людьми, да впрочем, с представителями любых рас они снисходили так, будто делали высочайшее одолжение. Гномы их за это больше всех недолюбливали и прозвали носозадыми. Те в долгу не остались и презрительно величали гномов землеройками.
— Эльф, кто же еще, — усмехнулся Найт. — Зайдешь? Мне пора в приемный покой, с минуты на минуту придет начальник и захочет выслушать доклад о дежурстве.
— Спасибо, Найт, что бы я без тебя делала!
— Разобралась бы, — улыбнулся молодой целитель.
Тесса, волнуясь, оправила форму и постучала в дверь. В ответ — тишина. Она снова постучала. Молчание. Повернула ручку, та поддалась. Тесса тихонько толкнула дверь и заглянула в кабинет.
За столом у широкого окна сидел белокурый эльф — впрочем, разве бывают
Тесса сказала: «Ой!» и захлопнула дверь. Помялась на пороге, потерла лоб, но потом решилась на еще одну попытку. Надо постараться наладить добрые отношения с этим… носозадым!
— Можно?
— Если ты уже закончила с этими ритуальными танцами, можешь зайти. — Голос эльфа не выражал никаких чувств, кроме разве что презрения.
Тесса собрала храбрость в кулак и зашагала к столу, но по дороге под немигающим взглядом — как можно так долго не моргать? — сдулась и застыла где-то посередине между порогом и эльфом.
— Я… новая целительница — дона Коллин. Рада знакомству.
— Не вижу радости на твоем лице. Ах да, это фигура речи. Нелепые человеческие расшаркивания.
Тесса рассердилась.
— Хорошо, обойдемся без расшаркиваний! Я ведь смогу получить у вас консультацию по поводу лечения не-человеческих рас?
— Сможешь. И в следующий раз лучше это сделать
Он уже знает о ее ошибке! Наверное, все знают. Тесса прикусила губу, а к щекам прилила кровь — она всегда легко и быстро краснела и очень этого смущалась. Ну какой же неприятный тип, просто кошмар! А она-то думала, что с тьером Мортенсом по степени невыносимости никто не сравнится! Что сказать дальше? Извиниться? Но вроде перед фреем Альтаэром она ни в чем не виновата.
— Если у тебя все — можешь идти, — положил конец ее мучениям прекрасный и ужасный фрей.
Тесса попятилась и только усилием воли заставила себя развернуться и покинуть кабинет с прямой спиной. Оставалось надеяться, что общаться с фреем Альтаэром придется нечасто — лучше Тесса десять раз перечитает справочник и вызубрит его наизусть.
Часы, которые прилагались к форме и которые Тесса приколола к кармашку, показывали уже десять минут от начала новой смены. Она торопливо зашла в зал как раз в тот момент, когда господин Последний Шанс выслушивал доклад Найта о прошедшей ночи.
— Вчера, в полнолуние, у дона Вагнора произошел первый оборот. Родители не уследили, он выбрался из дома через подвальное окно и, как это часто бывает во время первого оборота, не контролировал животные инстинкты. Проник в мясную лавку, пытался укусить дона Эверта, за что и получил дубиной по голове. Потом дон Эверт сам же и доставил его в приемный покой. Рану я обработал, срастил, кости целы. Отоспится, и можно отпускать.
Парнишка-оборотень открыл глаза и с интересом прислушивался к рассказу о его ночных приключениях.
— Дядька Эверт хороший мужик, — хрипло пробурчал он. — Сказал, что отнесет моим родителям кусок говяжьей вырезки в знак примирения.
— Я бы на месте дона Эверта не мяса им отнес, а ремень! — сказал Найт. — Ты зачем развязал веревки, когда знал, что приближается твой первый оборот? А если бы ты на ребенка напал?
— Не напал бы, — пристыженно выдавил оборотенок.
— Не напал бы?..
— Дон Фери, — осадил разошедшегося Найта начальник отделения. — Наше дело лечить, а не воспитывать. Я хотел отпустить вас домой на несколько часов, чтобы вы отдохнули, но вижу, что новенькая не пришла…
— Я пришла! — возмущенно пискнула Тесса.
Ну почему, почему ее голос в минуту волнения становится тонким, как у птенца? И на щеки снова наполз предательский румянец.
Тьер Мортенс обернулся и удивленно посмотрел на нее. Молчал долгие несколько секунд. Потом сказал:
— Пока дон Фери отсутствует, будете моей помощницей. Слушаться беспрекословно! Это понятно?
За кого он ее принимает? За дурочку?
— Конечно!
Глава 7
Форма сидела на новенькой безупречно, выгодно подчёркивая стройную талию и аккуратную грудь. Волосы снова были забраны в строгий пучок, перчатки выглядывали из кармана, руки сияли чистотой — видно, Тесса только что применила заклинание мгновенного очищения.
Как бы ни хотелось тьеру Мортенсу придраться — пока было не к чему, но и радоваться раньше времени начальник отделения себе не позволял. Академия уже присылала к нему девушек-отличниц и подающих надежды молодых парней, никто из них надолго не задержался.
Дарен на миг заглянул Тессе в лицо и отметил, что она выглядит не выспавшейся. Ясное дело: либо позднее свидание, либо чтение любовных романов до рассвета. Ох уж эти юные создания!
— Перед рабочей сменой советую как следует отдыхать, — строго сказал тьер Мортенс. — Вы не хуже меня знаете, что магический резерв лучше всего восстанавливается во время сна.
— Да, я знаю. Вчера был трудный день, и я переволновалась из-за ошибки.
— Поэтому, придя домой, сразу же схватились за справочник по особенностям лечения других рас?
Глаза Тессы удивлённо округлились, и она кивнула. Он недоверчиво хмыкнул.
— Как вы догадались, тьер Мортенс? Именно так оно и было! Что, теперь не верите?
— Неважно, верю я или нет, мы проверим ваши знания на практике. Тем более что представители не-человеческих рас в нашей больнице не редкость.
В тот же миг дверь зала приоткрылась, и медсестра Мэри сообщила, что в приёмном покое уже появился новый пациент. Дарен задёрнул шторку возле койки парнишки-оборотня и велел Мэри приглашать больного.
Из коридора послышалось недовольное ворчание и кряхтение, и Тесса явно занервничала. Такие звуки мог издавать только гном! Она натянула перчатки и нетерпеливо шевелила пальцами, готовясь проводить диагностику. Тьер Мортенс решил, что позволит ей набивать шишки самой — пока пациентов немного, можно спокойно практиковаться.
Пожилого гнома не ввели, а втащили в зал неотложной помощи двое молодых сородичей — бедняга едва ли мог удержаться на ногах. Сыновья, а в родстве одинаково рыжих и бородатых гномов Дарен не усомнился ни на минуту, с помощью орка Орби взгромоздили отца на койку.
— Доктор Мортенс к вам выйдет, нужно подождать снаружи, — сказал орк и увел сыновей прочь.
Дарен вздохнул: установить диагноз было проще простого. Левая рука гнома являла собой жалкое зрелище — вся она, от кончиков пальцев и до плечевого сустава, превратилась в бугристый серый камень! Рубашка с обрезанным рукавом и потёртый кожаный жилет прикрывали грудь, но тьер Мортенс не сомневался: болезнь уже давно перекинулась и на рёбра.
— Дона Коллин, прошу вас. — Он сделал знак застывшей в нерешительности Тессе.
Ещё бы, девчонка наверняка видела подобное только на картинках, да и то — в учебниках каменная хворь изображалась в виде пятен на теле больного. Случай был крайне запущенный.
— Это… это каменная хворь гномов, — пискнула она и ухватила пациента за широкое запястье здоровой руки. — Пульс неравномерный, аритмия. Полагаю, болезнь могла проникнуть в лёгкие.
— Что будете делать в первую очередь?
— Проверю, насколько глубоко зашла трансформация тканей.
Дарен сложил руки на груди, предоставляя молодой целительнице полную свободу действий. Бесшумно возникшая у койки медсестра проворно расстегнула одежду на покрасневшем гноме. Не было похоже, чтобы тот стеснялся, скорее ему действительно было худо.
— Всё будет хорошо, не волнуйтесь, — шепнула Мэри и отошла.
— Да я вообще не хотел идти, — натужно пыхтел гном. — Как прихватило, так и отпустило бы! Они силой меня заставили, ух я им покажу дома!
— Покажете, конечно, но сначала нужно подлечиться, — сказала Тесса и принялась исследовать грудную клетку гнома, которая больше была похожа на пустынную землю.
Кожа с левой стороны груди пошла сухими пятнами, кое-где виднелись и трещины. Жёсткие рыжие волосы торчали, точно колючки.
Мортенс придирчиво следил за магическими потоками, что стекали с пальцев Терезы и проникали в тело гнома. Целительница стиснула губы и вся напряглась от усердия, но не торопилась. Что ж, уже хорошо, так она не пропустит ни дюйма поражённой ткани.
— Да-да, вот тута прям и колет! — воскликнул гном. — Давно уже, я и внимания не обращаю. Привык!
— Задета сердечная мышца! — вскинула голову Тесса, посмотрев на Дарена.
Он был уверен, что она хотела добавить «кажется», но вовремя вспомнила, как вчера начальник отчитал за это слово Найта Фери. Проверила ещё раз и уверенно кивнула. После обратилась к гному: