Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 769)

— Вперед! — со взмахом меча скомандовал командир и сам рванулся в бой.

Солдаты, не разрывая строй, ускорили шаг. Удар, и первые бродяги начали корчиться, нанизанные на копья. Самое страшное, что те совершенно игнорировали Скатов, стараясь всеми силами добраться до ополченцев.

— Да смоет наших врагов волна! — с этим кличем Ганд врубился в центр толпы, круша врагов. Глядя на него, я понял, какой же я слабак, каждый его удар отрубал руки, прорубал тела, словно те были из соломы, а не из плоти и крови.

Он рвался вперед — к кровавым колдунам, а нам оставалось лишь быть безмолвными статистами, наблюдая, как сражается настоящий мастер. Не увидев своими глазами, никогда бы не поверил. Каждое движение несло с собой смерть, каждый шаг вел его к цели.

Беловолосый, обернувшись, что-то крикнул собратьям, а сам сотворил нечто невообразимое. Кровь вокруг него поднялась в воздух, игнорируя гравитацию. Сотник, похоже, что-то знал, поэтому несся к колдунам, как выпущенная из лука стрела, сметая все на своем пути. Колдун издал вопль, и безумцы пытались любой ценой остановить сотника.

Беловолосый творил какой-то танец, состоящий из ломаных движений, казалось, в его теле нет костей, а кровь вокруг него начала пульсировать в такт его действиям. Остальные колдуны одновременно перерезали глотки нескольким бедолагам и бросились бежать в разные стороны. Кровь, льющаяся из тел, стекала под ноги беловолосому и медленно поднималась по его телу, покрывая его, словно вторая кожа.

Все выглядело как какая-то фантасмагория, мой разум отказывался воспринимать то количество смертей вокруг. Сотник в прыжке рванул вперед, пытаясь достать колдуна своим клинком, светящимся ярко-синим цветом, и он почти успел. Шаг с линии атаки, и колдун единым движением вырвал позвоночник из сидящего перед ним человека. Кровавый доспех закрывал все его тело за исключением головы, а позвонки, которые вообще не должны были выйти из спины, превратились в подобие костяного меча, с которого медленно капала кровь, горящая чадящим дымом. Что за дерьмо тут происходит?

Солдаты и ополченцы стремительным наскоком добили оборванцев, а над площадью раздался громкий лающий смех. Смеялся колдун, с легкостью отбивающийся от Ската и одновременно убивающий все еще сидящих вокруг него людей. Лужа крови под его ногами занялась черным пламенем, а трупы убитых начали медленно подниматься. Куда я попал?

«Скоро придет время, и демоны Дзигоку выйдут наружу, но нет большей мерзости, чем могут сотворить люди, добровольно вставшие на путь служения Владыкам Зла.» Голос в голове заставил меня отвлечься на несколько мгновений от происходящего, а там уже творилось черт-те что.

Мертвецы бросались на ближайших людей, стараясь сожрать любого, кто попадет в их зубастые пасти. Десятники орали благим матом, пытаясь навести хоть какой-то порядок, сотник сошелся в смертельной схватке с колдуном, которого он уже успел пару раз достать.

Если каждый мастер колец силы может так, то я хочу стать таким же! Все выглядело как боевая хореография в китайских фильмах. Тут были и прыжки на несколько метров, и удары, срубающие колонны, и гребаная магия. Я смотрел и пытался понять: как? Как они это делают?

Шестое чувство заставило меня уйти кувырком в сторону, а на том месте, где я стоял, уже находилась человекоподобная тварь на четырех костях.

— Ррраарх, — из раскрытой пасти, полной внушительных зубов, в лицо ударил зловонный запах, а уши заложило от рева этой твари.

Шаг вперед, и шипы на перчатке влетают в зубы урода, кроша их прямо на лету. А краем глаза я увидел, что я не один стал жертвой нападения. Этих уродов была целая стая.

Больше всего это было похоже на освежеванного орангутанга, которого несколько месяцев кормили стероидами, а потом скрестили с дикобразом. Костяные шипы на каждом суставе, покрытые сочащимся то ли гноем, то ли ихором, не внушали доверия. Судя по натянутым под кожей мышцам, эта тварь была очень сильна. И скорость у нее была просто на высоте. Мне приходилось уходить от ударов когтей, как оказалось, уродец мог вставать и на задние лапы. В голове царил настоящий хаос, но чем дальше я двигался, тем больше мой разум успокаивался.

Смерть — часть жизни, а жизнь — часть смерти. Рано или поздно я сдохну, но сделаю это как подобает настоящему воину — в бою. Я всегда стремился к вершинам, хотел стать лучшим, сильнейшим. Я был неоспоримым чемпионом там, а здесь? Я почувствовал себя снова малолетним слабаком, утирающим кровь из носа. Никогда! Я никогда не сдамся!

Ярость заполнила все мое естество. Я стану мастером колец силы, я снова стану чемпионом и сломаю любого, кто встанет на моем пути. Тварь больше не казалась страшной, она была лишь препятствием, которое надо убрать с дороги. Серия ударов руками заставила ее отступить, а кости урода ломались так же легко, как и у людей. Со сломанными ногами уродец мог только ползать, пытаясь добраться до такой сладкой плоти. Я чувствовал его голод, его жажду вонзить свои зубы в мою плоть, и мне нравилась его жажда. Кровь, наполненная адреналином, заставляла меня двигаться еще быстрее, нанося удар за ударом. Уйдя от удара когтей, я играючи закончил эту схватку. Мой сапог раздробил ему затылок, прекращая мучения этого урода. И лишь когда тварь затихла, я обратил внимание на то, как на меня смотрят окружающие. Старик лекарь с усмешкой вытер тонкий изящный клинок расписным платком и с улыбкой произнес:

— Простите меня, мастер Ян, теперь я верю в то, что вы могли справиться с охотничьей стаей, — слова лекаря прошли мимо меня, а я почувствовал легкий холодок на зарастающих ранах. «Голодные духи всегда с тобой, корми их, и они отплатят тебе добром». В моей голове пульсировали слова призрачной старухи, именно такой холод я чувствовал от ее прикосновений.

— Солдаты! — голос сотника был усталым, а сам он шел по площади, заваленной трупами, кривясь от раны в боку, отрубленная голова колдуна лежала в луже уже не горящей крови. — Осмотреть раненых! Десять минут на передышку и в бой.

В одном из домов быстро организовали лазарет, где старик лекарь ругался, сквозь зубы заматывая командира Скатов.

— Ганд, как ты позволил ему достать себя? Это всего лишь жалкий кровавый колдун.

— Дядя, это не просто колдун. Он нес на себе знак демонов. Я с такими еще не сталкивался, они похожи на Упивающихся кровью, но техника боя совершенно другая, да и крови тут пользуйся — не хочу, — сотник морщился от каждого слова, судя по тому, как ему досталось, эти колдуны махо те еще противники.

— Ты понимаешь, что губернатор спросит с нас, как мы прошляпили колдунов на нашей земле? Инквизиция на земле клана — задача клана.

— Я простой солдат и не лезу в дела старейшин и главы клана, моя задача — выбить пауков из города. Не верю, что колдуны просто воспользовались моментом. Призыв одержимых с повторным поднятием мертвецов не делают на коленки. Это явно спланированная акция, а значит, полетят головы. Демоны, дядя полегче! — поморщился сотник, когда старик затянул последнюю повязку. — Я оставлю тебе полусотни бойцов, устрой здесь лазарет, оборону усилим ополченцами, а нам пора в портовый квартал. Мастер Ян, прошу вас остаться под защитой клана Ската, — он неглубоко поклонился мне, показывая свое уважение.

— Сотник, я иду с вами и это не обсуждается, — я должен увидеть своими глазами, что тут творится, а потом у меня будет много вопросов к деду. Теперь это мой мир и я не сдамся без боя!

Железный запах крови, смешанный с нечистотами и почему-то гнилью, стоял в воздухе. Солдаты, оставленные на охрану лазарета, собирали трупы в кучи, а десятники уже заново формировали боевые отряды. Ополченцы, сбившиеся в кучу, стояли в стороне, но стоило нам выйти, как от них отделился невысокий бритоголовый мужик, с ног до головы покрытый кровью, за его поясом висело два тяжелых мясницких ножа. Подойдя к сотнику, он ему поклонился со словами:

— Командующий, дозволь мне с братьями присоединиться к вам. Эти твари сожгли наш дом, — он стоял, согнувшись в поклоне.

— Вы будете только мешать, мы отомстим за ваше имущество. За компенсацией обратитесь к губернатору и представителю клана Скатов, — Ганд задержался буквально на секунду.

— Ни губернатор, ни Скаты не вернут мне сестру и мать. Командующий, я аколит кольца Земли, а братья адепты. Не милости прошу, мести и крови прошу, — голос мужчины звенел от ярости, а поза говорила, что он напряжен до предела.

— Как твое имя? — сотник задумался, прежде чем задать вопрос.

— Шен, командующий.

— Мне и моим людям ты только помешаешь, аколит Шен, — было слышно, как окровавленный мужчина скрипнул зубами. — Но за моей спиной внук Кровавого вихря, если он возьмет вас в свой отряд, то я не буду возражать.

— Господин Ву! — Шен склонился еще ниже. — Молю.

— Бери братьев и за нами. Не отставать! — поддавшись внутреннему порыву, я решил дать ему шанс.

— Вы не пожалеете! — он бегом мчался к группе ополченцев, а мы уже шли вперед.

Мастер Ян, теперь вы взяли ответственность за этих людей и их жизни будут на вашей совести, — и, словно совершенно забыв про меня, он начал отдавать приказы один за другим.

Городские бои для меня смазались в сплошную череду мелких схваток, в которых мы практически не участвовали. Стоило мародерам увидеть развернутые знамена Скатов, и они тут же пытались сбежать. Идиотов сражаться с профессиональными солдатами не было. Сотник не церемонился, освобождая столицу острова, беглецы падали от арбалетных болтов в спину, их топтали копытами лошадей, насаживали на пики. За эту ночь я словно очерствел — меня не трогали чужие крики, стоны умирающих. Зато я ощущал всем своим естеством течение энергии умирающих, казалось, протяни руку и ты ее коснешься, все это меня сводило с ума. Шепотки на грани сознания рассказывали о могуществе крови, зачем ломать себя в изнурительных тренировках, зачем чувствовать боль от ударов противника, когда есть махо — могущество чужой крови. Перед глазами возникли картины, как я в кровавых доспехах веду за собой армию кровавых рабов, готовых выполнить любое мое желание… Усилием воли я отогнал от себя видение, как беловолосый колдун превращает чужой позвоночник в меч и взмахом руки поднимает армию мертвецов в бой. «Дзигоку будет испытывать тебя, раз за разом посылая испытание твоего духа, и лишь воля сможет тебя удержать от пути Развращающей тьмы». Как же я тебя ненавижу, голос в голове! Можешь хоть немного объяснить, почему я? Но как всегда эта сволочь лишь продолжала молчать.