Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 545)
Я очень долго выбирала из двух платьев, но в конце концов сломалась и надела фиолетовое, о котором просил Шад. Потом Тахия заявила, что это никуда не годится. Пока я переваривала оскорбление, она призвала на помощь Табибу, и они в четыре руки взялись за мой скальп.
И я не знаю, на ком тренировались эти ненормальные женщины, но результат получился впечатляющим. Косу сложного плетения украсили парой ниток аметистов, отлично подошедших к платью, и отражение в зеркале заметно меня приободрило. Сознание собственной привлекательности никому еще не помешало. Даже когда жизнь рассыпается в руках, гораздо приятнее наблюдать за этим в красивом платье и с причёской.
Камни в тон платью одолжили у нашей главной сороки, Ирады. Эта достаточно молодая и подающая надежды орчанка занимала должность третьего секретаря, ответственного за работу с прессой, и всеми фибрами своей души разделяла любовь шайтаров к камням. Драгоценные, полудрагоценные, поделочные – она просто млела от них. Причём ещё и вкусы у неё были, как у местных: роскошным, но безликим бриллиантам она с удовольствием предпочитала узорчатую яшму или необычный агат.
Я не стала спрашивать, с чего вдруг именно сейчас Тахия решила поучаствовать в моих сборах. Было любопытно, но я слишком боялась услышать подтверждение своих подозрений. Что все давно уже обо всём догадались, что мои страхи читались издалека крупными буквами, что всё посольство в курсе моих переживаний и личной драмы, а Тахия по-женски решила меня поддержать. Не идиоты же они, в самом деле, а сил на конспирацию у меня уже не осталось.
Конечно приглашение пришло не на меня одну, а «с сопровождающим лицом». Мне очень хотелось – просто так, из общей вредности, - взять с собой военного атташе. Он попал к нам по военной, а не дипломатической линии, носил звание майора, был достаточно молод, холост и хорош собой. Обаятельный, спокойный и умный орк – не мужчина, мечта. Чем-то он здорово напоминал Шада. Не внешне, но общей внутренней силой и надёжностью. Конечно, позволить себе такой глупый демарш я не могла, потому что выбор спутника однозначно читался как некий намёк, и совсем не на мои личные обстоятельства. Немного поколебавшись, я всё же оставила Чагатая за главного – мало ли чем закончится эта встреча, лучше перестраховаться, – а с собой взяла первого секретаря, ответственного за экономические вопросы.
Отдельно этот выбор радовал тем, что Урах был крайне нелюбопытен и точно не стал бы интересоваться моим настроением и озвучивать собственные предположения. А вот Чагатай, я почти уверена, не сдержался бы.
В назначенный срок мы шагнули в портал. Сердце моё в этот момент испуганно колотилось где-то в горле, но… колотилось же. Значит, справлюсь как-нибудь, с малой помощью Предков.
ГЛΑВА 10. Волюнтаризм с серьёзными намерениями
Зала, в который нас сопроводили, я прежде не видела, он стоял закрытым. Наверное, именно потому, что был тронным, а сидеть на этом троне до сих пор было некому. Чёрный, белый и тёплый золотистый мрамор в отделке придавали этому месту торжественно-праздничный вид. Отличное было чувство меры и уместности у того, кто подбирал цвета и выкладывал узоры на стенах.
Ρедкий случай, зал находился не в глубине скалы, а имел окна: вдоль одной из стен тянулся длинный балкон, отгороженный высокими стрельчатыми арками. И я предположила, что мера эта исключительно функциональная: прежде Великая Мать вполне могла выходить на этот балкон, чтобы обратиться к народу.
Шаиста собирала гостей не развлечения ради, a исключительно по делу, судя по их количеству и составу. Было много знакомых лиц. Матери кланов, кажется, присутствовали все, я заметила даже Шаббо Афалай с её младшей – и теперь единственной – дочерью. Серьёзный знак уважения с её стороны, но она всегда чтила традиции.
Шаиста в чёрном с белой отделкой выглядела холодно и строго. И очень уместно. Как будто всегда царила в этом зале и этой стране, как будто не три дня назад она превратилась в Великую Мать из тихой хранительницы фондов музея. Хотя, Предки её знают, может, и правда – была, не просто же так она начала этот путь. Это дела шаманские, о чём и когда она договаривалась с духами – вряд ли посторонние когда-нибудь узнают.
Не обнаружив рядом с ней Шада, я испытала огромное облегчение и поспешила подойти, чтобы засвидетельствовать почтение хозяйке приёма. Формальные слова, формальные приветствия, задумчивый внимательный взгляд золотых глаз – и можно освободить место следующим гостям.
Первый раунд я выдержала, но он был самым простым. Потому что Шада я тоже вскоре заметила, его трудно не заметить, а уж в таком виде…
Кажется, на нём была новая форма, потому что подобным образом был одет не он один. Наверное, парадная, судя по расцветке – белый с алым. Левый рукав нормальный, длинный, а правый – короткий, и плечо словно залито кровью. Готова спорить, это всё – отсылка к их национальному герою, Гатолу Οднорукому. Выглядело оригинально и местами – впечатляюще. На Шаде с его бицепсами – особенно. На запястье – широкий браслет, какие я уже видела у бойцов «Байталы», на руках – перчатки с обрезанными пальцами, тело обхватывали ремни сложной портупеи.
Если бы кому-то в зале было нечем заняться, и он наблюдал бы за моими перемещениями, мог бы неплохо за мой счёт повеселиться.
Потому что я бегала от Шада. Не буквально, конечно, а с сохранением лица и приличий, но по сути...
Наверное, если бы шайтар задался такой целью, он бы без труда меня поймал, наплевав на всех, кто хотел с ним поговорить, но пока он не настаивал. А я делала всё, чтобы не столкнуться с ним случайно, всё же не так велик был зал и не так много здесь присутствовало гостей.
Церемония была короткой и какой-то будничной. Короткая речь, взятая с бархатной подушки корона – конечно, не древняя троллья, а самая новая, изящная, из белого золота с чёрными бриллиантами. Собственной рукой взятая: короновать её мог тот, кто стоял выше, а выше были только Предки, не их же просить о подобной услуге!
Потом – присяга кланов. Первой склонила голову Афалай – и я задумалась о подоплёке недавнего взрыва в эльфийском посольстве. Уж не купила ли Шаиста преданность одной из самых вздорных Матерей такой кровавой ценой?..
После этого я в свой черёд, сразу за уважаемой четой гномов, поздравила новоявленную правительницу от имени Орды и заверила в сохранении дружеских отношений. И даже не начала нервно дёргаться во время собственной короткой речи, хотя кожей ощущала взгляд одного небезразличного мне шайтара, который грозил прожечь дырку, и не одну. А потом…
А потом я дождалась, пока Шад отвлечётся, и шмыгнула на балкон, потому что не было у меня никаких душевных сил изображать гномьего истукана дальше, а наоборот, отчаянно хотелось забиться в угол и прореветься. Последнего я себе, конечно, не позволила, ещё не хватало, но свежий вечерний воздух показался неплохим компромиссом.
Балкон был широким и пустым. Его центральная часть слегка выдавалась вперёд над Красной улицей, напротив Красных ворот, что окончательно подтвердило мои предположения о назначении этого места.
Вид отсюда открывался живописный, Верхний город как будто стекал из-под ног в долину. Огней в городе было меньше, чем обычно, но зато и пожаров не наблюдалась, и вечер был тихим, без стрельбы и взрывов – Агифу уже очистили от последних сторонников сброшенного Совета Старейшин.
К моему облегчению, одной только ролью сцены балкон не ограничивался, здесь было где пройтись и подышать воздухом, он тянулся вдоль всего зала. На колоннах висели светильники, и света они давали немного, но – достаточно.
С одной стороны пара шайтаров что-то негромко обсуждала возле перил, и я двинулась в противоположную. В отличие от балкона на башне, этот был достаточно ухоженным. Наверное, спешно привели в порядок перед коронацией, не показывать же гостям кадки с полумёртвыми сорняками. Здесь в каменных вазах сидели небольшие, но бодрые розовые кусты. Причём роза, кажется, была дикой, судя по большим шипам и некрупным цветам, но смотрелась уместно. И, главное, чувствовала себя прекрасно.
Я дошла почти до самого конца и там остановилась, облокотившись на перила. Вечер был свежим, откуда-то доносился слабый цветочный запах, и вскоре я поняла, что выйти сюда было правильным решением. Мне не то чтобы стало хорошо, но в одиночестве здорово полегчало.
Только одна я оставалась недолго. Зато можно было гордиться собственной выдержкой, потому что я не дёрнулась, когда неподалёку прозвучал спокойный, с лёгкой насмешкой голос Шада:
– И долго ты собираешься от меня бегать?
Я только крепче вцепилась в ограждение, успокаивая себя тем, что шайтар вряд ли рассмотрит побелевшие от напряжения костяшки пальцев. И ответила ровно:
– Я не бегаю.
– Да, ты скорее прячешься, извини, - хмыкнул он. - Хорошо, что проигнорировать этот приём ты не могла, а мать назначила его достаточно быстро.
– Что в этом хорошего? - я всё-таки заставила себя отцепиться от перил и обернуться к мужчине.
– Потому что мне начало надоедать это развлечение, и я уже склонялся к тому, чтобы взять ваше посольство штурмом.