Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 523)

Надеюсь, выражение лица у меня было достаточно сдержанно-протокольным, ехидная улыбка не просочилась, а то фотокристаллы щёлкали исправно. После этого заявления один из репортёров незаметно ускользнул за угол, очевидно не желая светить свою персону. Даже интересно, откуда он такой взялся, осторожный. Или просто без документов, надеялся подсунуть материал редактору и тем заработать немного очков? Оставшиеся представляли не самые надёжные, таких в Агифе я не знала, но всё же не совсем паршивые издания, так что я принялась исполнять обещание.

– К сожалению, я не обладаю никакой информацией по поводу произошедшей трагедии, кроме той, которую сообщили официально. За разъяснениями и подробностями вам лучше обратиться к страже. Сотрудники нашего посольства, к счастью, не пострадали. Великая Красная Орда решительно осуждает чудовищные действия преступников, повлекшие за собой жертвы среди мирных граждан и служащих Кулаб-тана. Выражаем глубокие соболезнования родным и близким погибших, желаем скорейшего выздоровления пострадавшим. Надеемся, что профессионализм стражи Агифы позволит в кратчайшие сроки установить, задержать и наказать виновных в соответствии с законом Кулаб-тана...

Речь лилась уверенно и спокойно, даже на последнем предложении я не улыбнулась, а сарказм… Ну какой сарказм в такой ответственный момент, право слово! Только искренняя скорбь о погибших, только уважение к стране пребывания.

– Послужит ли эта атака причиной отмены визита министра иностранных дел Орды?

Когда журналистов осталось всего трое и стало понятно, что я никуда не убегаю, они как-то самоорганизовались и перестали шуметь. Тем более интересовало всех примерно одно и то же, и какая разница, кто именно задаст вопрос? А еще все они были мужчинами, все – коротко стриженными, и традиции довлели даже над этой буйной братией.

– Теракт произошёл возле Внешнего Свода и, по-видимому, не имел своей целью сотрудников нашего посольства. Насколько мне известно, стража возложила вину за происшествие на «Байталу», а внутренние политические конфликты Кулаб-тана – это личное дело Кулаб-тана. Мы не вмешиваемся во внутреннюю политику суверенных государств. Визит Акзама Знака Победы касается только двусторонних отношений Кулаб-тана и Орды, поэтому министр принял решение не отменять визит и провести его в соответствии с согласованной повесткой. Никаких сообщений от принимающей стороны по поводу изменений будущей встречи также не поступало.

– Εсли вы говорите, что вашему посольству ничего не угрожает, почему вышли с охраной?

«Потому что у начальника охраны не к месту разыгралась паранойя», - могла бы сказать я, и очень хотела, но нашла в себе силы даже не фыркнуть насмешливо в сторону недовольно перетаптывающегося позади Сабира.

– Это не охрана, это помощь. Дело в том, что по просьбе одного из музеев я планирую посетить аукцион антиквариата, а некоторые предметы искусства весьма увесисты, вот коллега и вызвался помочь. На этом прошу меня извинить, аукцион вот-вот начнётся, не хотелось бы опаздывать. Идём, - кивнула я Сабиру.

Вовремя. Следом за животрепещущими вопросами посыпались обычные, вроде «правда ли что Орда снабжает «Байталу» оружием?» Поскольку на них и так приходилось отвечать слишком часто, а повторять по сотому разу одно и то же не хотелось, я просто их проигнорировала. Сабир морщился, но молчал, а вскоре журналисты вовсе отстали, стоило мне направиться к паре патрульных. Я-то просто дорогу уточнила, засомневавшись в последний момент у нужного поворота, но получилось удачно. Здесь вообще журналисты не очень навязчивые, да и немного их.

– Горазда ваша братия болтать, – задумчиво качнул головой Сабир.

– На скаку подковы снимете! Про охрану лихо отвязалась.

– Лихо, да. Но вы с парнями поскорее передумайте обратно. Если мы будем шататься по городу с конвоем, будет очень сложно делать вид, что мы совершенно не волнуемся относительно действий террористов.

– Так может лучше поволноваться? И позаботиться не о виде, а о безопасности? – неодобрительно проворчал он.

– Не сейчас, - отмахнулась я. - И уж точно не завтра, имей в виду.

Не забыть бы купить на аукционе что-нибудь недорогое и достаточно тяжёлое, чтобы нейтрализовать этого бдительного охранника.

ГЛΑВА 5. Консульская защита с использованием личных связей

По натуре я совсем не азартна, наверное, именно поэтому никогда не любила аукционы. Любые аукционы, но особенно те, на которых требовалось что-то приобрести. На сегодняшнем подобной ответственности на мне не лежало, так что неприязни к происходящему я питала меньше, чем обычно, но и удовольствия некоторых энтузиастов не разделяла.

Своего постоянного помещения у «Тайтилы» не было, что не добавляло аукционному дому очков престижа. На этот раз организаторы арендовали маленький зал театра, бывать в котором мне прежде не доводилось. Да и вообще вызывало сомнения, а действующий ли этот театр или от него уже давно осталось одно только помещение? Со сценическим искусством в Кулаб-тане дела обстоят печально, среди шайтаров очень мало любителей подобных развлечений. Под опекой эльфийского посольства хиреющий Академический театр Агифы превратился в нечто весьма приличное, за что ушастым можно было сказать спасибо, но посещали его, в основном, приезжие.

Публика собралась разнообразная и, по большей части, случайная, состоящая из туристов и прочих любопытствующих. Заметных коллекционеров было четверо. Конечно, в первом ряду сидел Лиграм, который яро защищал это мероприятие еще в музее, и активно участвовал в происходящем. На дальнем конце зала нашёлся и его извечный соперник – Дарнаш, и то обстоятельство, что они пока не сцепились за какую-нибудь ерунду, было делом случая. Не знаю, кто именно занимался организацией, но, заманив сюда этих двоих разом, он обеспечил себе отличные условия и хорошие шансы заработать. Если кому-то одному приглянется хоть что-то из лотов, то дальше можно успокоиться: торговаться будут долго и азартно, а цену задерут так, как устроителям и не снилось. Правда, Лиграм сегодня был с супругой, женщиной серьёзной, сдержанной и не разделяющей страсти мужа, так что и на рекорды рассчитывать не стоило.

Кроме этой заклятой парочки, присутствовал Худайназар Альбей со старшей дочерью. Эту молодую женщину я знала плохо, она редко появлялась на публике, но страсть отца разделяла и имела профильное образование – то ли искусствоведа, то ли реставратора.

Последним знакомым оказался Самандар Дардай – шайтар средних лет, чьё имя и фамилию я постоянно норовила произнести неправильно и потому каждый раз заранее проговаривала про себя. Он входил в Совет Старейшин и имел там немалый вес, но оставался при этом тёмной лошадкой. Умный, осторожный, себе на уме, он всегда держался в тени, никогда не допускал резких и категоричных высказываний и вообще предпочитал отмалчиваться, поэтому я по возможности приглядывала за ним. Обычно именно такие умные тихушники доставляют самые серьёзные проблемы и оказываются самыми опасными врагами. Но заметить за ним что-нибудь значительное пока не выходило: средний чиновник, средний коллекционер. Наверняка и у Шаисты, и у нашей разведки имелось на него более полное досье, но мне его никто не предлагал, а я не видела смысла разыскивать самостоятельно: в Совете больше сотни шайтаров, и этот далеко не самый приметный и интересный.

Вообще, весьма любопытная ситуация. Β Кулаб-тане матриархат, но заметных коллекционеров-женщин почти нет, как и в целом по миру. Местные женщины тоже почему-то не склонны к этому увлечению. Из тех, кто интересуется наследием троллей, вообще знаю только одну, но и у той это скорее побочный интерес основной страсти: она увлечена шайтарской скульптурой периода расцвета, а всё остальное приобретает только по случаю.

Когда я пришла, аукцион уже перешёл к четвёртому лоту, но в самом начале никогда не бывает ничего интересного. А тут не удивлюсь, если многие вещи не найдут хозяев. Вся надежда на туристов.

Первые несколько безделушек ушли быстро и именно к ним. Три простых статуэтки вековой давности, несколько тарелок периода первого эльфийского вторжения – вещи наверняка подлинные и как сувенир неплохие, но не те, которые способны заинтересовать ценителя.

А вот следом начались сюрпризы.

Очередным лотом оказался кованый с каменными вставками гарнитур садовой мебели начала этого века, выполненный в тролльем стиле – то есть просто, грубовато, почти без обработки. Гарнитур этот предусмотрительно выставили на сцену заранее, и распорядитель лишь сдёрнул укрывающее его полотнище. Странным был, конечно, не сам гарнитур, имевшийся в списке лотов с самого начала, а то обстоятельство, что его охотно купили, притом не кто-то, а Худайназар Альбей, чем озадачил не только меня – остальные знакомые с ним гости тоже заинтересованно зашушукались.

Дарнаш с Лиграмом всё же сцепились, но тоже неожиданно: за почти новый, хотя и премилый столик с красивой мраморной мозаикой. Причём у меня сложилось впечатление, что столик чисто по-женски приглянулся супруге Лиграма и торговаться тот начал из-за неё. Цена в конце концов взлетела больше чем на порядок, чего эта вещь определённо не стоила, но победа осталась за тем, кто начал торги: в конце концов ставку сделала супруга коллекционера, и Дарнаш не стал её перебивать – кажется, решил уступить женщине.