Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 405)

– Неари? Все хорошо, родная? Ты устала, я отнесу тебя!

– Нет-нет. – Я благодарно улыбнулась, но все же отвела руки мужа, когда он пытался подхватить меня. – Я хочу сама. Все хорошо, правда!

Дом еще спал, когда мы пришли, и на наш стук словно затаился. Думаю, наш старенький привратник какое-то время вглядывался в полутьму, не веря, что кому-то понадобилось колотить в дверь в такую рань, и наверняка уговаривал себя, что стук ему померещился. Я улыбнулась, представив эту картину. Мир укутывала тишина, я стояла на пороге родного дома, словно на короткий миг зависнув между прошлым и будущим, ощущая только покой и радость.

А потом дверь отворилась и началась суматоха, ахи, объятия, поцелуи, слезы. Повсюду зажигали свечи, служанок подняли из постели, и они, растрепанные, сонные, бегали по дому, разжигая камин и готовя ранний завтрак.

Мама никак не хотела отпускать меня, гладила по руке, точно поверить не могла, что вот она я – ее Маргарита, рядом с ней. Она говорила обо всем сразу, так что я перестала вслушиваться в слова и просто позволила ее голосу окутать меня. Меня увлекли в гостиную, усадили у камина, завернули в плед. Мама прикоснулась к моему животу, как к величайшей драгоценности. Папа, я видела по глазам, был горд и счастлив. Риан смотрел на меня с нежностью, и мне вдруг показалось, что брат сильно повзрослел за эти месяцы, и приятно было осознавать, что он, оказывается, тоже скучал.

Когда я уезжала из Орлиных Крыльев, я была жутко обижена на своих родных, я считала, что они продали меня, но теперь обида растворилась. В последнее время я, похоже, научилась прощать и понимать других людей лучше, чем за всю прежнюю свою жизнь. Я знала теперь: они поступили так вовсе не потому, что были безразличны к моей судьбе, они всерьез считали, что поступают так мне во благо. Они заблуждались, но теперь это вдруг стало неважно.

Отец повелел принести вина, и вот уже у всех в руках по бокалу, даже мне накапали немного. Мама что-то оживленно говорила Скаю, а тот, приподняв бровь, смотрел на меня, точно ждал ответа. Я прислушалась.

– …Так переживала. Думала, вдруг я совершила ошибку, и этот человек никогда не сумеет полюбить мою девочку, не сделает ее счастливой. – Мама гладила меня по руке, а глядела на Ская. – Но теперь вижу, что напрасно опасалась. Ты любишь мою дочь. Он ведь любит тебя, Ри?

Мама обернулась ко мне, а я смотрела на Скайгарда. Такой простой вопрос, но он застал меня врасплох.

– Любит, – ответила я и вдруг осознала, что не вру.

– Как хорошо, что он привез тебя прямо на праздник! Вот сюрприз так сюрприз! Мы даже подумать не могли!

На праздник? Мы со Скаем переглянулись – нет, ничего такого мы не планировали. Тут я поняла, о каком празднике говорит мама, а я и думать о нем забыла, хотя, когда была ребенком, обожала праздник Начала весны. Подарки, гости, веселье, можно не спать всю ночь напролет! Накануне праздника в лесу находили самое стройное и симпатичное деревце, срубали, приносили в дом и устанавливали в центре зала. Потом его украшали бумажными цветами и листьями, а на третий день сжигали на костре. Считалось, что такое подношение задобрит бога весны и сделает весь последующий год урожайным и удачным.

– Березку уже принесли, а утром приедут Франс и Аделина, и…

– А Валерия, а Кати? – не сдержалась я.

– Конечно, моя девочка! – Мама погладила меня по волосам. – Вот уж обрадуются твои кузины! Станете вместе украшать наше весеннее дерево. Хотя если тебе сейчас тяжело…

– Нет-нет, – воскликнула я. – Я с радостью! И танцевать буду тоже!

Я перевела взгляд на Ская, ожидая увидеть неодобрение – беременная женушка вздумала заниматься ребячьим озорством, но в его глазах я видела только нежность.

– И я танцевать буду, – сказал он. – Никогда не водил весенних хороводов.

– Да ты что! – ахнула мама. – А как же вы задабривали бога весны?

Скай закашлялся и поспешно сделал глоток вина, но мама уже отвлеклась от темы:

– А сколько времени вы пробудете у нас?

Я вспомнила, как лорд, провожая нас, прямо сказал о том, что времени у меня до конца новолуния. Несколько дней пролетят как один миг, и я больше никогда-никогда не увижу своих родных… Я почувствовала, как задрожали губы.

– Маргарита пробудет в вашем доме столько, сколько пожелает! – услышала я голос Ская и не поверила своим ушам, но он не шутил, я это ясно видела.

– А как же… – начала я, но не договорила, надеясь, что он поймет: «А как же король, он прогневается, он хотел поговорить со мной и, думаю, не привык ждать…»

– Все, кому нужно, подождут, – просто сказал Скай, и на душе снова стало тепло и легко.

Чего еще можно желать – я дома, где по мне скучали и любят меня. Завтра праздник, я увижу сестренок. Мы украсим весеннее дерево и станем водить хороводы, как в детстве, наговоримся обо всем. Хотя главного я рассказать не смогу, но Валерия такая болтушка и фантазерка, что все отлично придумает за меня. Впервые за долгое время тень, нависшая надо мной, рассеялась и отступила. Я сидела, завернутая в плед, в камине трещало пламя, меня окружали родные, которые смеялись, шутили, смотрели на меня с нежностью. А еще иногда я ловила на себе взгляд мужа, такой теплый и любящий, что невольно верилось – все обязательно будет хорошо, просто не может быть иначе.

Глава 22

– Ри! – Валерия повисла у меня не шее. – Ты здесь! С ума сойти!

Потом перевела взгляд ниже: накидка распахнулась и стал заметен мой живот. Сестренка ахнула и запрыгала на месте, хлопая в ладоши.

– Ах, Ри! Ты ждешь малыша! Как это прекрасно!

Она радовалась, как маленькая девочка, и мне вдруг показалось, что я старше своей кузины на целую жизнь, хотя мы были ровесницами. Скай, стоящий рядом, поплотнее запахнул на мне накидку, закрывая от прохлады раннего утра: вся наша семья ожидала приезда родных во дворе дома. Валерия перевела сияющий взгляд на Ская и, недолго думая, кинулась обнимать моего мужа.

– Поздравляю! Поздравляю вас обоих! Вы такие молодцы!

Если бы только знала, сестренка…

Позже мы с Валерией и Кати, удобно расположившись на диване у камина, крутили из бумаги цветы, болтая обо всем и ни о чем. Я заметила, что Кати стала относиться ко мне так, будто я повзрослела лет на десять. Думается, ее немного пугал тот факт, что ее кузина, которая еще этим летом, подоткнув подол старенького платья, вместе с ней ловила в пруду головастиков, теперь стала замужней женщиной с округлившимся животом. Кати бросала на меня быстрые взгляды и почти не разговаривала. Хорошо хоть, Валерия не изменилась.

Дождавшись, пока мы останемся одни в гостиной, она наклонила ко мне голову и спросила:

– Ри, расскажи мне… каково же это… быть с мужчиной?..

Щеки ее пылали, а Кати отвернулась и казалась полностью поглощенной закручиванием лепестков, но я знала – она тоже слушает. На секунду меня словно обожгло пламя. То самое пламя, что отбрасывало на потолок такие жаркие и страшные тени. Я вздрогнула, уколовшись иглой. Но… ведь это была не вся правда. И следом точно глоток чистого воздуха: платье, точно облако, опускается у моих ног, поцелуи от которых кружится голова и чувство бесконечного полета. И не страшно упасть, потому что он подхватит…

– Это прекрасно, когда ты с тем, кто любит, – сказала я, умолчав о том, как сложно все на самом деле в наших отношениях.

Я люблю вспоминать этот день. На время мне удалось забыть обо всех печалях и сомнениях. Мне казалось, что моя прежняя беззаботная жизнь вернулась ко мне.

Утром мы все собрались в гостиной, где на столе стояли легкие закуски и напитки: можно было в любой момент схватить с блюда тарталетку с сырным соусом или крошечное пирожное и продолжить беседу, устроившись у камина, где весело потрескивало рыжее пламя. Взрослые именно так и поступали: развлекали себя разговорами, с легкими улыбками наблюдая, как молодежь украшает Весеннее дерево. Мы с кузинами успели накрутить целый ворох бумажных цветов и теперь привязывали их к веткам березки, готовя деревце к празднику. Скай, как самый высокий, цеплял цветы на верхние ветви, сначала со скучающим видом, но потом я увидела, что он все больше входит в азарт.

– Нет, Ри, здесь уже достаточно алых, дай мне вот те два синих цветка.

– Ха! – крикнула Валерия, выхватывая синие цветы из моих рук. – Нет уж, Скаюшечка, они как раз мне нужны!

Скаюшечка погнался за Валерией, та с хохотом удирала, а позже к ним присоединялась Кати, выступившая на стороне сестры. Девчонки начали перебрасываться цветами, чтобы те не достались Скаю, и уверена, будь мой муж человеком, цветочки ушли бы у него из-под носа. Но мой дракон был таким быстрым, что поймал порядком потрепанные цветы на лету и с видом победителя привязал их на самую вершину березы. А потом обнял меня, сложив ладони на моем животе, потерся носом о щеку.

– Род Ньорд выиграл! – сообщил он.

– Ой-ой! – Валерия высунула язык. – Подумаешь! Ладно, прощаю тебя ради Горошинки.

Уже все в доме знали, что мы зовем малыша Горошинкой, и с готовностью подхватили игру.

После была прогулка в сонном весеннем саду, пробуждающемся к жизни. Солнышко заливало все вокруг обманчиво-ярким светом, но грело еще очень слабо – прохладный ветерок то и дело норовил распахнуть на мне накидку, и руки Ская тут же поправляли ее. Но мне нравилось ощущать кожей этот свежий ветер, наполненный запахом прошлогодней прелой листвы. Он нес в себе жизнь и надежду, еще пара недель, и сквозь бурую земляную корку пробьются зеленые стрелы ростков, распустятся первые листья, запоют птицы. Я так радовалась, что увижу все это!