Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 19)

На первом курсе развернулось настоящее партизанское движение под лозунгом «Достань Дейрон!». От Веелы и Ронана я не ждала ножа в спину, да и некоторые однокурсники просто молча не обращали на меня внимания, но большинство будто соревновались, как втайне от преподавателей и эфоров доставить мне как можно больше неудобств.

Липкая смола в волосах, которую я вычесывала потом несколько часов. Лужа воды на стуле. Надеюсь, что воды. Да, точно, воды. Они ведь не совсем сошли с ума? Жуки в пюре. Записочки, засунутые в щель под дверью: «Смердь предатилям!» Десятки и десятки мелких, изводящих, гадких случаев.

Я все чаще повторяла слова медитации: «Я ветер, я лечу свободно, преодолевая притяженье. Я поднимаюсь высоко, где нет сомнений и волненья…» Я старалась держаться подальше и говорила себе, что они просто придурки. Ну не колотить ведь всех придурков, которых встречаешь на жизненном пути?

И все равно эти неприятности не давали покоя, не давали расслабиться. Каждый день превратился в борьбу за выживание.

— Почему ты не пожалуешься эфору Эйсхарду? — спросила как-то вечером Веела, когда я заплетала ей косу на ночь. — Он должен знать.

Конечно, от Веелы не укрылось отношение однокурсников ко мне. Защитить меня она не могла, но, кажется, сочувствовала.

«Ха-ха-ха, — мысленно рассмеялась я в ответ на предложение пожаловаться Льду. — Очень смешно!»

Я так и представила физиономию гаденыша, расползающуюся в улыбке: «Да что вы говорите, кадет Дейрон? Обижают дочь предателя? Ути-пути, какое невезенье!»

— Сама справлюсь! — буркнула я.

Конечно, справлюсь. Я не рыдала, не жаловалась, никак не реагировала на издевательства. Однокурсники рано или поздно отстанут. Однако прошло уже три недели, а Вернону все не надоедало заводить народ.

Однажды на дежурство по столовой поставили два наших звена — мое и придурка Вернона. Он дождался, когда я останусь одна в кухне, и вразвалочку подошел. Я на раздаче раскладывала кашу по тарелкам, Веела, Ронан и Чес — парень из звена Вернона — эти тарелки разносили.

Я напряглась, когда за спиной выросла фигура здоровяка. Мы одни на кухне. Если нападет — буду драться. Но как же мне это осточертело!

— А ты крепкий орешек, Дейрон, — хмыкнул он. — Но тебя ведь все достало, согласись! Я могу это прекратить. Хочешь?

Я молча раскладывала кашу по тарелкам. Вернон подождал ответа, но, так и не дождавшись, продолжил:

— Всего-то и нужно: попросить прощения.

Поварешка выскользнула из руки, я сжала кулаки и все-таки повернулась. Он усмехнулся, глядя на мое взбешенное лицо. Этого он и добивался.

— За что? — прошипела я.

— Ты отдавила мне ногу! И так и не поцеловала!

Вернон резко подался вперед и схватил меня за рукав, дернул на себя, так что я впечаталась в широкую грудь. Лапищей поймал подбородок, задирая его кверху. Он явно собирался забрать «долг». Однако я точно не намеревалась отдавать этому гаду свой первый поцелуй. Ладонь нащупала ручку половника, я со всей силы лупанула Вернона по голове, заляпывая волосы, физиономию и форму жидкой кашей.

Он оттолкнул меня и расхохотался. Это был не веселый смех, а опасный, нехороший.

— Ладно, орешек. Продолжим игру. Знаешь, уже принимают ставки, кто придумает для дочери предателя самое изобретательное оскорбление. Кто первый доведет тебя до слез, железная девочка?

— Никто. И никогда, — процедила я сквозь зубы.

— Посмотрим!

…Так что жизнь в Академии не давала мне соскучиться. И пока главный приз в игре «Достань Дейрон» не достался никому.

Мы учились, тренировались, привыкали. Вернон сошелся с Медеей. Веела ворковала с Ронаном. Лед то и дело прожигал меня взглядом — ему не надоедало. Дороги в скомканном пространстве Тирн-а-Тор мы пока так и не видели, но станем видеть, как только дар начнет пробуждаться.

Как-то вечером я посмотрела расписание на следующий день и похолодела. Первым занятием стоял практикум по специализации. А в шкафу обнаружились новые, с иголочки, кожаная форменная куртка и брюки, черные ботинки на шнуровке.

Глава 25

Специализация — предмет, где не бывает лекций, только практикумы. Однако в первый раз всех кадетов собрали в аудитории, где обычно проходили занятия по истории, а за кафедрой мейстера Шоаха встал молодой худощавый преподаватель — мейстер Тугор.

Прежде мы его не встречали, но были наслышаны и теперь с трепетом вглядывались в черты лица — хищный длинный нос, тонкие губы и острые скулы — и пытались понять, каких изуверств ждать от этого человека, опасного даже на вид.

Впервые вместе с нами в аудиторию зашли эфоры, встали вдоль стен: ноги на ширине плеч, руки сцеплены за спиной. Лед расположился в центре, взглядом отметил всех своих желторотиков, задержал его на мне, мол, помни, Дейрон, я за тобой пристально слежу. Какая честь, Ледышка!

— Мейстер Тугор — куратор эфоров, — громким шепотом объяснял Барри кому-то из одногруппников. — Они ему подчиняются напрямую.

— А ты откуда знаешь? — не поверил Меррит.

Барри понизил голос и произнес едва слышно, но я разобрала слова:

— Случайно увидел, как он распекал эфора Хоффмана, а тот стоял вот так же, руки за спину, голову наклонил, и отвечал только: «Так точно!»

Я попыталась представить эфора Эйсхарда с понурой головой, и чтобы он смиренно соглашался с выволочкой, но воображение забуксовало. Казалось, будто Лед сотворен так, что шея у него не гнется и плечи не опускаются.

Мейстер Тугор застыл у кафедры, бесстрастно ожидая, пока мы рассядемся на скамейках и замолчим. Но первогодки никак не могли утихомириться — переговаривались, возились, вздыхали: мы все ужасно волновались перед первым практикумом.

«Они ведь не бросят нас в вольер к Твари! — убеждала я себя. — Это глупо. Нас станут готовить постепенно. Иначе так с первого практикума можно недосчитаться половины кадетов».

С другой стороны, после испытания в Лабиринте от руководства Академии можно ждать чего угодно. Вдруг они придерживаются принципа: закинуть на глубину и посмотреть, кто выплывет? Естественный отбор… Останутся самые сильные.

Мурашки бежали по коже, и, судя по взвинченным и бледным лицам, не только у меня одной. Однокурсники сегодня даже забыли, что им нужно задирать меня.

Мы никак не успокаивались и мейстер Тугор сделал знак эфорам. Короткие приказы командиров привели нас в чувство. Дождавшись тишины, преподаватель заговорил. У него оказался сильный, хорошо поставленный голос.

— Вы испуганы, — сказал он. — Вы не знаете, что готовит вам сегодняшний день. Некоторые из вас боятся не дожить до вечера. Я прав?

В аудитории повисла звенящая тишина — мы впитывали каждое слово.

— Хочу вас успокоить: сегодня никто не умрет. — Он сделал паузу. — Конечно, если будете слушаться беспрекословно меня и своих командиров. Потому что твари Изнанки есть твари Изнанки — остаются опасными, даже запертые в вольерах.

Мы все выдохнули как один. «Запертые в вольерах!» — вот что в первую очередь услышала я, да и все остальные.

— Практикумы по специализации проходят в подвалах Академии. Дар проявляется только в непосредственной близости от тварей. Ни лекциями, ни медитациями, ни физическими упражнениями его, увы, не пробудить. Начнем с малого — со знакомства с бестиями.

Фух, как же легко стало на сердце.

— После праздника Зимних Огней, когда вы сдадите зачет на прохождение полосы препятствий и зачет по бестиарию, постепенно начнем сражаться.

Первогодки заметно оживились. Страшные бои с тварями отодвигались на несколько месяцев, а полоса препятствий совсем не так пугала, как живые, смертельно опасные существа.

Эфоры с улыбками наблюдали за своими кадетами. Они прекрасно понимали, что те чувствуют: когда-то и сами были на их месте — перепуганными желторотиками.

— Сейчас вы все построитесь за своими командирами. Они отведут вас в подвалы Академии, на средний уровень, где обитают не самые опасные бестии. Как раз вчера в Тирн-а-Тор доставили блика. Это второй блик в зверинце.

Блик, блик… Я порылась в памяти, вспоминая лекции мейстери Луа. Точно! Блик — бестия второго класса опасности. Он чем-то похож на собаку, если бы собака была покрыта костяными пластинами вместо шерсти и имела пасть с тремя рядами заостренных зубов. Эта тварь умела исчезать из поля зрения и тут же появляться в метре-двух — бликовать. Отсюда и название. Не успеешь и глазом моргнуть, как эта гадина висит у тебя на ноге, намертво вцепившись зубами.

— А теперь скажите мне, дар какого эфора напоминает способность блика? — неожиданно спросил мейстер Тугор. — Знаю, вы уже у них все выспросили. Давайте, смелее.

Эфоры обменялись взглядами и ухмылками, а первогодки зашумели, делясь мнениями. Я посмотрела на наших. Атти чесал затылок, Нелвин морщил лоб, переводя взгляд с одного эфора на другого. Ну и тугодумы. Я сразу догадалась. Наклонилась к Фиалке и произнесла одними губами:

— Лед.

Веела знала, что эфор Эйсхард заполучил от меня это прозвище. Наверное, он и сам давно в курсе — наверняка кто-то да доложил. Вот и теперь, когда мои губы беззвучно шевельнулись, я уловила льдистый взгляд.

«Посмотри уже на кого-нибудь другого!» — мысленно выругалась я.

Веела подняла руку.

— Это наш эфор Эйсхард! Он — мерцающий.

— Верно, кадет Ансгар. Вы заработали пять баллов в плюс. Кстати, только на моих занятиях вы можете получать поощрительные баллы, которыми, в случае чего, покроете штрафные. Удобно, правда?