Анна Платунова – Чужая невеста (страница 5)

— А Ронан? Каково ему? Тебе его не жалко?

— Жалко — это неправильное слово, Аль, — тихо ответила Веела. — Ронан все знает и все понимает. Он не дурак.

Она пожала плечами.

— Наверное, так легче нам обоим — притворяться, будто впереди если не целая жизнь, то хотя бы несколько лет вместе: пока учимся.

Вель поглядела на меня в упор и сказала с горечью:

— Не одной тебе плохо, Алейдис. Но я знала, на что иду. Я сама дала согласие. Так что же теперь? К тому же… Наверное, я всегда понимала, что моя судьба предопределена с рождения, как ни рыпайся. Просто я решила жить здесь и сейчас, вот и все.

Веела взяла меня за обе руки.

— Ну а ты? С тех пор, как ты узнала, что одаренная, разве не поняла, что выбора у тебя нет? Мы не свободны. Ни ты, ни я!

Я тяжело дышала, но молчала, признавая ее правоту. Проклятье. Проклятье!

— После замужества мы станем сестрами.

— Я даже думать об этом не желаю! Об этом гребаном замужестве! О гребаном принце! О гребаном Импе…

— Тш-ш-ш!

Веела приложила мне палец к губам.

— У стен тоже есть уши.

Дни снова сменили друг друга, и вот я опять стою у приоткрытых ворот Академии, жду гонца от князя. Всадник на коне появился у кромки леса. Он ехал неторопливо, а не мчался во весь опор, как обычно. Но чем ближе он подъезжал, тем чаще колотилось сердце.

На плечах всадника лежала тяжелая меховая накидка, а черный скакун под седлом говорил о породе и выучке, он сильно отличался от крепких невысоких лошадок, на которых разъезжали гонцы.

За несколько десятков метров я разглядела и лицо всадника.

— Соскучилась? — усмехнулся князь Лэггер, спешиваясь и передавая поводья подбежавшему конюху. — Встречаешь как родного отца.

Я с трудом удержалась, чтобы не скрипнуть зубами. Да пошел ты! Именно так и поступают отцы: травят ядом, чтобы посадить на короткий поводок.

Князь протянул мне флакон с противоядием.

— Пей и пойдем. Настало время немного взбаламутить это стоячее болото!

— Вы о чем?

— Скоро все узнаешь!

Глава 6

Сегодня особенно тяжело было выносить лекцию мейстера Шоаха, негромкий голос преподавателя, шуршание листов, которые он перекладывал с места на место. Я бы отнесла лекции по истории к особо изощренным пыткам и наказывала бы проштрафившихся кадетов вместо карцера дополнительными часами занятий.

Я вся изъерзалась на месте. Начинала писать и бросала.

«Скоро!» — это слово горело огненными буквами перед моими глазами.

Зная любовь князя к безжалостным играм, я не сомневалась, что он приготовил для себя отменное развлечение. И к тому же куда-то запропастилась Веела: после завтрака она собиралась забрать из комнаты сумку с учебниками, но в аудитории так и не появилась.

Впрочем, ни я, ни Ронан, который сидел как на иголках, не сомневались, что Вель вызвал отец.

— Чего он от нее хочет? — в десятый раз за полчаса спросил Рон, чем снова приковал к себе недовольный взгляд преподавателя.

Ронан очень старался говорить тихо, но его гулкий голос просто не приспособлен для шепота. В такие секунды я вздыхала о счастливых деньках, когда Рон держал рот на замке, чтобы не подпалить Академию.

— Я не знаю, Рон, — терпеливо ответила я снова. — Правда. За последние несколько минут новой информации у меня не появилось!

Однокурсники оборачивались на нас и делали страшные глаза: «Да заткнитесь вы уже! А то оставят весь курс на дополнительную лекцию!»

— Давайте запишем годы правления императора Солара, — проскрипел мейстер Шоах. — И постепенно приступим к разбору деяний этого, несомненно, достойнейшего правителя. Отца нашего нынешнего императора — Аврелиана. Итак…

Уши заложило от душераздирающего воя, звук, казалось, проникал под кожу, заставляя вибрировать даже кости. Кадеты зажимали уши и в панике подпрыгивали с мест. Вскочили и мы с Роном. Все крутили головами и ничего не понимали. Мейстер Шоах, однако, сохранял удивительное спокойствие.

Сирена орала несколько секунд, а когда стихла, в голове еще продолжался звон.

— Что это было? Что за хрень! Всеблагой, я чуть булыжников не наложил! — одновременно заговорили первогодки.

— Давненько я не слышал сигнала к экстренному сбору всех кадетов, — покачал головой мейстер Шоах, неторопливо складывая свои разрозненные листочки с записями.

Его спокойствие и нас слегка привело в чувство.

— В последний раз слышал, когда сам еще был кадетом. Тогда молодой мейстер неумело наложил стазис на клетки, заклинание развеялось, твари сбежали. Тогда погибло несколько первогодков и парочка эфоров, которые пытались их защитить.

От невозмутимого тона мейстера Шоаха у меня волосы зашевелились на голове. И ладно бы это просто была страшная история, из разряда тех, какими преподаватели любят пугать беспечных кадетов, но мы только что слышали сирену, а значит, стряслось что-то жуткое.

— А сейчас-то что случилось? — Мейви задала вопрос, который вертелся на языке у всех.

Она испуганно прижималась к Миромиру, на кончиках его пальцев плясали электрические искры.

— Эй, Мир, молниями только здесь не швыряйся! — охладил его пыл Атти.

Мейстер Шоах пытался еще что-то сказать, но его слова утонул в общем гомоне.

— Всем молчать! — рявкнул Ронан.

Вот и пригодился его командный голос. Вмиг установилась тишина и мы услышали преподавателя:

— Ждите своих эфоров! Они отведут вас к месту общего сбора, где всем дадут дальнейшие указания.

Долго ждать не пришлось. Ярс ворвался в аудиторию одним из первых. Обшарил взглядом ряды и слегка успокоился, только увидев меня. Что он успел вообразить? Что князь Лэггер уже скармливает меня тварям по частям?

Вот как пить дать, без сиятельства не обошлось!

— Группа, ко мне, построиться!

На пороге появился эфор Хоффман, за ним эфор Навье. Бледные, встревоженные, они тоже ничего не понимали. Возникла суматоха, когда кадеты устремились к своим командирам, они толкались и создавали давку.

Резкие, короткие приказы не сразу смогли навести порядок. Ронан схватил меня за руку и поволок за собой, расталкивая однокурсников широкой грудью, как носом корабля.

— Куда мы? — спросила я у Ярса.

Он, словно курица-наседка, смотрел поверх голов и пересчитывал своих желторотиков. Или как ястреб. Да, пожалуй, на ястреба он больше похож.

— Приказано вывести во двор перед центральными воротами, — бросил он. — Из здания Академии.

Рон выругался. И мне тоже очень хотелось повторить отборную рыбацкую брань. Вывести из Академии — значит, сейчас оставаться в ее стенах опасно!

— Ты видел Вель?

— Бездна! Я думаю, кого я никак не досчитаюсь! — Ярс скрипнул зубами. — Не видел. Но уверен, что она в безопасности!

Он бросил на меня выразительный взгляд, не хуже меня понимая, что князь Лэггер не подвергнет риску собственную дочь. Хотя бы потому, что у него на Веелу большие планы!

— За мной! Вперед! — раздались команды.

Эфоры наконец навели порядок в сутолоке, выстроили свои группы и повели за собой. Привычные коридоры, изученные до последнего кирпичика, показались вдруг незнакомым лабиринтом, ловушкой, где из-за угла в любой момент может вырваться бестия. У нас даже нет с собой оружия! Ничего, кроме дара!

Ярс, сокращая путь, свернул на одну из серых дорог.

— Ого! — изумился Барри. — Я их давно заприметил, но думал, что это просто дымка какая-то. Испарение от камней из-за сырости.

— Сам ты сырость, — усмехнулся Нелвин. — И серость. Взял бы да опробовал! Как я!