Анна Пейчева – Селфи на фоне санкций (страница 7)

«Спасибки, но я пишу сюжет на итоговую… Опять допоздна задержусь…»

Хотя я бы с удовольствием повидалась с мамой – наши с ней графики катастрофически не совпадают, последний раз мы встречались несколько месяцев назад. Ту же губернаторшу Раису Павловну я вижу несравнимо чаще.

Но работа, как всегда, на первом месте. Я тоскливо потянулась к ящику рабочего стола и вытащила оттуда безвкусное и жутко надоевшее песочное печенье. Променяла я изумительные марципановые рогалики на новостную сенсацию! Живу прямо в полном соответствии с ненавидимым мной афоризмом «журналист должен быть голодным». Телефон защебетал, возвещая о поступлении нового сообщения от папы.

«Ничего, не сахарная, не растаешь. Пойду всем скажу, чтобы смотрели сегодня твой сюжет!»

Спустя пару минут он прислал еще одно сообщение, подлиннее:

«Только что звонили покупатели твоей квартиры, им выдали документы на собственность. Пора вывозить вещи и получать от них деньги. Как насчёт завтра? Сможешь свои пожитки на дачу перебазировать?»

Я обрадовалась. Наконец-то! Я очень любила свою квартиру, но уж очень она была маленькая, всего двадцать девять метров. Родители предложили ее обменять на двушку – с доплатой, полученной в результате продажи никому не нужной дачи. Скорее бы ее тоже втюхать кому-нибудь, тогда можно будет выбрать отличную новостройку, но только с отделкой. Неохота опять ремонт затевать. Я смутно вспомнила, Василий что-то там бубнил по поводу того, что он знает, как продать дом… Надо будет ему позвонить, спросить, что он имел в виду.

«Завтра всё перевезу», – ответила я папе.

«Тогда в чт в сейф. А там и до новой двушечки недалеко!», – вдохновил меня папа.

Отхлебнув поостывшего кофе из прелестной чашки и абстрагировавшись от фонового шума ньюс-рума, я принялась вводить в Яндекс различные запросы. И как это раньше журналисты писали свои статьи без интернета, не понимаю. Думаю, если бы по какой-то причине корреспонденты и продюсеры нашего канала остались без доступа к Википедии и другим виртуальным ресурсам, наш выпуск длился бы не более тридцати секунд и состоял бы из двух фраз: «Здравствуйте, вы смотрите телеканал ТТВ» и «Спасибо, что были с нами, до свидания!».

Вот и теперь я накопала в интернете много чего интересного. Например, на сайте федерального телеканала «Финансовые новости» я обнаружила прелюбопытнейший выпуск программы «Последние тренды», состоящий из получасового интервью с сыном нашей губернаторши.

Владлен Романов, типичный мальчик-мажор, чьи черты лица казались словно вырубленными топором (весь в матушку), развязно общался с приятным ведущим средних лет (родившимся, кстати, в Петербурге) Даниилом Резким. Которого я крепко уважала за объективность и профессионализм, а также за неформальный подход к созданию собственного образа – классический тёмный костюм он изрядно оживил своей наголо бритой головой и бунтарским ярко-синим галстуком в крупный белых горох. Даниила можно было легко представить верхом на навороченном байке, тем сильнее был эффект от того, что вы видели его в студии, рассуждающим о последних финансовых тенденциях.

– Итак, сегодня мы говорим об особенностях ведения бизнеса в условиях кризиса, наш гость – Владлен Романов, месяц назад ставший генеральным директором петербургской компании «Наша Маша». Владлен Витальевич, приветствую вас в студии «Финансовых новостей»…

– ЗдорОво, старичок! – без малейшего стеснения отозвался Владлен.

– Кхм, – Резкий на секунду оторопел, затем продолжил, – скажите, Владлен Витальевич, чем занимается ваша компания?

– Мы как супергерои – спасаем женщин.

– Нельзя ли поконкретнее? А то создается впечатление, что я беру интервью у Бэтмена.

– Можно, старичок, можно и поконкретнее, – снисходительно ответил Владлен. В его блестящем голубом пиджаке отражался свет софитов. – Мы спасаем женщин от прыщей, жирных волос и связанной с этим несчастной любви. Одним словом, мы производим косметику. Знаете наш девиз?

– Разумеется, – Резкий всегда основательно готовился к программе, – «Наша Маша всех краше». Однако меня волнует вот какой вопрос: отчет компании «Наша Маша» за первое полугодие никак нельзя назвать позитивным. Без слёз его читать невозможно. Попрошу редакторов вывести на экран цифры. Вот посмотрите, убытки невообразимые, фирма фактически тонет. Чем вы руководствовались, приобретая этот терпящий бедствие бизнес?

Владлен ухмыльнулся:

– Мы с пацанами разработали офигенный бизнес-план, – при слове «офигенный» Резкий страдальчески посмотрел в камеру, – всех деталей раскрыть не могу, но готов поспорить, что не позже чем через полгода весь Петербург будет пользоваться продукцией компании «Наша Маша». Мы выйдем на такие показатели, что, читая наш следующий отчёт, все опять будут рыдать – но уже от зависти.

Резкий прищурил глаза.

– Да, есть данные, что во время кризиса потребление косметики резко возрастает. Этот экономический феномен получил название «эффект губной помады». Помада для женщин – как табак для мужчин, она помогает отвлечься от тяжелой действительности. Давайте выведем график на экран, уважаемые редакторы! Спасибо. Итак, мы с вами видим, что индустрия красоты – это единственная сфера экономики, которая динамично развивается, когда всё остальное рушится. Однако, Владлен Витальевич, – повернулся он к своему гостю, – вы настолько уверены, что маленькая петербургская фирма, в штате которой, если не ошибаюсь, всего-то пара сотен человек и которую при всём желании нельзя назвать флагманом мировой косметической индустрии, выйдет победителем в битве с западными гигантами?

– А у меня есть в рукаве небольшая ядерная бомбочка, – вновь ухмыльнулся Владлен, явно чувствуя себя королём жизни.

– Что ж, – загорелся Резкий, – я готов с вами поспорить и взять в свидетели наших зрителей, что никакие ваши «бомбочки» не в силах изменить законы свободного рынка и здоровой конкуренции. В противном случае я сожгу прямо в студии свой диплом факультета высшего экономического образования Swiss Educational School. Предлагаю встретиться через полгода и обсудить ваш следующий отчёт.

Владлен протянул Резкому руку, украшенную чёрным перстнем.

– Замётано, старичок! Готовь свою швейцарскую промокашку и спички!

Уфф, вот это и есть высокая журналистика. Пока смотрела видео, даже не заметила, как сжевала всю пачку гадкого печенья. Интервью сразу всё прояснило. Стало совершенно ясно, что мамочка «золотого мальчика» Раиса Павловна отнюдь не только что придумала сумасшедшую на первый взгляд затею с отечественной помадой. Очевидно, это и есть та самая «ядерная бомбочка», которой хвастался Владлен: просто-напросто запретить западных конкурентов, подав это дурно пахнущее блюдо под острым соусом патриотизма. На наших глазах стартовал масштабнейший пиар-проект по раскрутке новой бизнес-игрушки сына губернаторши.

Итоговый сюжет сложился сам собой. Отрывок интервью из программы «Последние тренды», пара скриншотов из «Обменограма» парикмахерши, звонок в пресс-службу парижской косметической компании, представители которой с гордостью подтвердили, что губернатор Санкт-Петербурга Раиса Романова является их давним, постоянным и почётным клиентом. Ну и на закуску – стенд-ап с убийственным американским макияжем глаз и нелицеприятным для главы города выводом в финале.

С чувством выполненного долга я подошла к самому изящно оформленному столу в нашем захламленном ньюс-руме. Марианна продумала каждую деталь: на стене – стильные ретро-плакаты, изображавшие жизнь нью-йоркской редакции новостей тридцатых годов; возле монитора стояла крошечная печатная машинка (на самом деле – шкатулка для скрепок и прочих мелких канцтоваров); неизменный букетик свежих цветов в вазочке; чисто вымытая белая кофейная чашечка; и главное – ни грамма пыли.

Слегка подредактировав по мелочи мой репортаж, Марианна восхищенно выдохнула:

– Птичка моя! По-моему, сегодня ты долетела до каких-то альпийских высот журналистики! Это просто хит. Не знаю, как насчёт федеральной премии, но городскую ты стопроцентно получишь! Савелий обязательно выдвинет тебя в список номинантов.

Я самодовольно улыбнулась.

– И еще совсем скоро в кадр сяду… Может, для полного счастья меня еще и домой отпустишь? Раз мне так везёт сегодня, а, Марианна? За окном уже темно, а мне еще до Купчино пилить и пилить, к тому же завтра тракты, нужно попробовать выспаться…

Я сделала умоляющие глазки. Моя прекрасная начальница сперва засомневалась, потом махнула рукой. Аквамариновое кольцо блеснуло в свете люминесцентных ламп.

– Ну хорошо, беги, если что, Анжелику припашу.

И всё-таки – что за день!

#sainttropezminerals

Когда тебя отпускают с работы – нельзя терять ни минуты. Предложение действует ограниченное время! Так что я моментально схватила сумку, послала всем на прощание воздушный поцелуй и выбежала на улицу, где меня поджидал мой верный американский седан тёмно-синего цвета. Неподалёку, под уличными фонарями, прогуливался Василий: руки в карманах, беззаботный вид, теплый вечерний ветерок треплет короткие русые волосы. Он даже после тяжелого трудового дня умудрялся походить на довольного жизнью отпускника. Может, потому, что никогда не относился к своей работе серьезно?

Я приветственно помахала ему и открыла машину. На меня дыхнуло жаром. Палящее солнце за день превратило салон в раскаленную топку. Благоразумно избегая горячих кожаных сидений, я наклонилась, изогнувшись, завела мотор, врубила кондиционер на полную мощность, а затем распахнула все двери для проветривания. Вася неторопливо подошёл поближе.