Анна Перепелицына – Ловушки судьбы (страница 2)

Вдруг раздался звонок в дверь. Эмма подошла к двери и отворила её. Прямо перед ней стояла высокая, худощавая темноволосая девушка лет тридцати,в старинных очках и безвкусном платье, видно немного великоватом ей в поясе. Она робко сжимала небольшую сумку двумя руками перед собой.

– Здравствуйте, я гувернантка, меня прислали к вам на собеседование.

– Здравствуйте, проходите. Я сейчас оповещу хозяина дома о вашем приходе.

Эмма усадила девушку в большой и светлой гостиной, а сама прошла в кабинет к Николаю Ивановичу.

– Николай Иванович, гувернантка пришла, ожидает вас в гостиной.

Увидев, что он побрился и одел новый костюм, Эмма обрадовалась. Очень живо она подошла к нему, и поправила галстук.

– Вот так будет лучше.

– Спасибо Эмма. Я сейчас выйду.

Николай взял расчёску, причесал волосы и медленно пошёл в гостиную. Войдя в комнату, он увидел молодую девушку, сидящую на диване и теребящую свои ногти.

Девушка увидела входящего высокого мужчину средних лет, резко встала и первой начала речь.

– Здравствуйте, я Анна. – И протянув ему руку, продолжила разговор. – Меня прислали к вам. Мне сказали, что вам нужна няня для грудного ребёнка.

– Да, мне нужна няня с опытом работы с младенцами. Моя жена умерла при родах, малышке всего месяц. Мне нужно от вас полная отдача, знание педагогики и умение воспитывать. Вы будете постоянно проживать здесь, ваша комната будет рядом с дочкой. В ваши обязанности будет входить обучение и воспитание, а также всестороннее развитие ребёнка. Расскажите о себе.

– Я работаю гувернанткой уже около восьмилет, у меня была своя дочка, но, к сожалению, она умерла, семьи у меня нет, поэтому могу всецело посвятить себя вашей малышке и проживать здесь. Я владею двумя языками: английским и французским, по образованию я воспитатель и учитель начальных классов, поэтому смогу обучать вашу дочь. Кроме того, я окончила музыкальную и художественную школу, поэтому смогу дать вашей девочке дополнительное музыкальное и художественное образование. Всё остальное описано в моём резюме.

Она открыла свою сумку, достала оттуда папку, открыла её и взяла документ, потом протянула его Николаю Ивановичу.

Он внимательно прочёл резюме, удивлённо поднял брови, потом посмотрел на девушку и сказал:

– Отлично. Думаю, вы нам подойдёте. Мне нравится, что вы постоянно обучаетесь новым навыкам, и то, что кроме обучения основным предметам моя дочь сможет научиться рукоделию, истории и искусству. Когда вы можете приступить?

– Да хоть прямо сейчас.

– Отлично. Назовите адрес, и мой водитель привезёт ваши вещи.

– Спасибо, но у меня всё с собой, я оставила сумку на крыльце. Вещей у меня не много.

– Ну, тогда я скажу Эмме, чтобы она показала вамкомнату, где вы будете жить, а после завтрака я познакомлю вас с моей дочкой.

Николай Иванович, позвонил в колокольчик, стоящий на журнальном столике. И буквально через мгновение в комнату вошла молодая девушка, в чёрной униформе и белом переднике.

– Таня, скажи Эмме, пусть определит Аню в её комнату. Заберите вещи с крыльца и перенесите в комнату гувернантки, и накрывайте на стол, пора завтракать.

Последняя фраза, видимо, сильно удивила и обрадовала служанку, потому что её лицо сразу озарила радость.

– Хорошо, Николай Иванович, всё устроим. Пойдёмте, Анна.

Николай Иванович остался в комнате один, посмотрев в окно и немного помедлив, он развернулся и решительно пошёл в комнату дочери.

Раньше он не входил сюда. Свою дочь он видел только в родильном доме, когда забирал её домой. Ему было очень тяжело думать о том, что из-за беременности он потерял свою любимую жену, эта мысль причиняла ему сильную боль и не давала смелости посмотреть в глаза малышке. Он не считал её виновной в смерти матери, но всё же пока был не готов её принять.

Остановившись у двери в детскую, он осторожно открыл её имедленно подошёл к детской кроватке. Большая светлая комната, великолепная мебель и много игрушек. Милое гнёздышко, именно такое, какое хотела устроить Ольга, именно та мебель и та одежда, что выбирала она своим девочкам – тройняшкам.

Малышка безмятежно спала, её крохотные ручки лежали на подушке, тонкие белые волосы смешно завивались на лбу. Она была очень похожа на мать. Он стоял и смотрел на неё. Малышка поморщила носик и открыла глаза. Николай Иванович впервые взглянул в них. Это был тот самый океан, который он раньше видел в его жене. Огромные синие глаза, как бездонное море. Длинные чёрные реснички, напоминали куклу. Лёгкая слеза покатилась по его щеке. Убрав слезу ладонью, он наклонился и взял малышку на руки.

– Ну, здравствуй доченька. Как же ты похожа на маму. Мой ангел-хранитель, моё чудо, посланное Богом. Такие же глаза и ресницы, волосы и носик мамины.

Впервые за долгий месяц сердечная боль начала стихать, малышка смотрела на него и улыбалась. Он погладил её по головке и нежно поцеловал в лобик. Потом тронул пальцем её ручку. Малышка сжала его палец.

– Ой, какая ты сильная, моя девочка. Не переживай теперь папа с тобой. Теперь я не отпущу твою руку до самой смерти.

Он поднял голову к потолку и сказал:

– Спасибо тебе родная за этот подарок, который ты подарила мне ценой собственной жизни. Я буду любить её как тебя, и сделаю всё, чтобы она не повторила твою судьбу.

Сзади тихонько открылась дверь, вошла Эмма. Она подошла к Николаю Ивановичу, погладила его рукой по плечу и сказала:

– Вот, так-то лучше. Теперь всё будет хорошо. Она нуждается в вашей любви, а вы нуждаетесь в ней. Она ваша отрада, ваша крошка, ваша награда за страдания. Будьте с ней, и она исцелит вашу душу любовью.

По щеке Эммы потекла слеза. Быстро вытирая её, чтобы не наводить тоску на хозяина, она продолжила:

– Давайте я переодену Вику, и мы все вместе пойдём завтракать.

– Пожалуй, пора.

Он передал малышку Эмме, посмотрел ещё раз на неё, поцеловал в лоб и вышел.

– Ну, вот и, слава Богу. Наконец, твой папа начал возвращаться к жизни. Давай мы наденем красивое платье, поменяем подгузник, да, моя сладкая конфетка, и пойдём к папе. К тебе пришла новая няня, хорошая, ты скоро с ней познакомишься, вы подружитесь. Вот так, где наша колясочка, а ну-ка пойдём.

Эмма положила Вику в коляску, и покатили её в гостиную. В комнатеуже все собрались. Стол был накрыт красивой бежевой скатертью с нежной вышивкой, пахло свежим сваренным кофе и сыром, горячий омлет с зеленью так и призывал его съесть.

– Присаживайтесь, Анюта. – Указав рукой на стул, стоящий рядом с его стулом, сказал Николай Иванович.

Эмма привезла розовую коляску с рюшами, поставила между Николаем Ивановичем и Аней.

– А вот и наша Вика пожаловала, я ей сейчас бутылочку дам с молоком, а после завтрака нужно погулять с ней в саду, пока она не заснёт.

Анна посмотрела на ребёнка, мило улыбнулась ей и сказала:

– Какое милое дитя, прямо ангел. Красавица, дай Бог ей крепкого здоровья.

Эмма перекатила коляску с ребёнком к своему стулу, взяла бутылочку со смесью и дала её малышке.

– Какое спокойное дитя, ни звука не произнесла за всё время. Я с большим удовольствием прогуляюсь с ней.– Сказала Аня и принялась завтракать.

– Приятного аппетита всем. – Сказал Николай Иванович и приступил к завтраку.

Эмма одобрительно глянула на него и наконец, улыбнулась.

Раздался телефонный звонок. Николай Иванович вынул телефон из внутреннего кармана пиджака и ответил.

– Да, я слушаю, хорошо, я скоро приеду. Подготовьте для меня отчёты за месяц, и сообщите о собрании в 10.00. У нас накопилось много вопросов, которые не ждут больше отлагательства.

Николай Иванович, положил телефон, быстро поел, поблагодарил прислугу, встал и вышел на улицук машине. Впервые за долгое время домочадцы услышали звук его автомобиля, отъезжающего со двора.

– Он впервые за месяц вышел из дома. – Сказала Эмма. – Месяц назад его жена умерла практически у него на руках, у неё была тройня. Он не оправился от горя. Это была вторая беременность, первая закончилась кесаревым сечением, но малыш умер в роддоме на третьи сутки, он был недоношенный. У Ольги во время второй беременности на девятом месяце лопнул рубец от первого кесарева, и она и двое малышей погибли, выжила только Вика. Вика сильно болела, она провела в больнице четыре недели. Потом мы забрали малышку домой, и вот уже четыре дня как наша Викуля дома. Николай Иванович со дня похорон не выходил никуда, он и к дочке не ходил, практически не ел, совсем извёлся, похудел, такие синяки под глазами, бороду отрастил. Практически погибал. И сегодня случилось чудо. Только сегодня с вашим приходом он зашёл к дочери, взял её на руки, он впервые съел всё, что ему предложили, и впервые вышел в офис. Слава Богу, жизнь восстанавливается в этом доме. Он безумно любил свою жену. А Вика – копия мать: волосы, глаза, тонкие пальчики, щёчки, губы – всё, как у Ольги. Даже крохотный носик точно такой же. Видимо, поэтому ему тяжело на неё смотреть. А, кстати, пора бы переодеться, я выдам тебе форму, мне нужно узнать твой размер. А то твоё платье, немного тебе не по размеру.

– У меня сорок второй, а это платье мамино, она подарила мне своё любимое платье, когда была жива, а теперь её нет, это платье единственное, что осталось от неё на память, вот и ношу. Оно большое и удобное.

– Ты кушай, кушай, вон сама, худая какая.