Анна Осокина – Развод. P.S. Я все еще тебя… (страница 27)

— Доброе утро, — улыбнулся я, стараясь казаться вежливым. — А не знаете, где Елизавета?

— Знать не знаю, уехала куда-то с чемоданом пару часов назад, — с не очень довольным видом ответила бабка. — Чуть меня им не пришибла.

— Спасибо, — проговорил я и медленно развернулся к лестнице.

В голове проносилось множество вариантов. Она получила перевод и решила сбежать? Но почему? Ей же выгоднее тянуть из меня деньги и дальше. А что, если… Что, если она вообще не беременна? Что, если УЗИ поддельное?

Я готов был поверить во что угодно, спускаясь по ступенькам к выходу из подъезда и попутно набирая номер Веты. Почему-то думал, что та не поднимет трубку, но она ответила почти сразу.

— Паша, извини, — послышался ее твердый тон. — У отца случился инфаркт, мне пришлось срочно уехать.

На несколько секунд задумался: вранье или говорит правду? Не будет же она о таком лгать? Должно же быть для нее хоть что-то святое?

— Надеюсь, с ним все в порядке?

— Теперь да, он умер пару часов назад, — сказала девушка так, как будто говорила совершенно о чужом человеке.

У меня ком в горле встал. Слишком недавно я узнал о смерти собственного отца.

— Я могу чем-то помочь? — выдавил, не понимая, как себя с ней вести. Она казалась невероятно спокойной. Чересчур. Но, может, она все еще в шоке? Я сам долго не мог переварить вести о кончине папы. Не получалось в это поверить.

— Нет, но отложим анализ на несколько недель, я уехала в свой город, нужно организовать похороны и вступить в наследство на квартиру.

— Хорошо, конечно, — растерянно согласился я. — Вета, я тебя очень сочувствую, — все же выдавил напоследок.

— Не стоит, — все тем же деловым тоном сообщила она. — Он был тем еще козлом. — Не дав мне больше ничего ответить, Вета положила трубку.

Я застыл, глядя на потухший экран. Неужели у Веты все настолько плохо с родителем, что она так равнодушно относится к его смерти? Может быть, он ее бил? Или еще чего хуже?.. Не зря же она сбежала из дома, как только стала совершеннолетней. Юля наверняка знала, но спрашивать у нее я не собирался. Бывшая жена четко дала понять, что не хочет больше меня видеть.

Юля

Паша сдержал обещание: после того совещания, когда я дала ему пощечину, мы не виделись. Все вопросы решали уже привычным образом: через помощников, документами обменивались через курьеров. Я узнала, что у Веты умер отец, об этом рассказал мне Сергей, который, в свою очередь, получил эту информацию от Валентины.

Проигнорировала это, потому что просто не знала, как себя вести в такой ситуации. Вета не любила отца. Она считала его чужим человеком, ни разу не слышала от нее хотя бы одного доброго слова в его адрес. Не знаю, что она чувствовала, когда тот умер. Печаль? Облегчение? Да и нужно ли мне знать? Мы больше не подруги. Мы теперь тоже совершенно чужие друг другу люди. Так почему же меня это должно как-то волновать?

У меня было много других забот. К примеру, защита дипломной работы. Кстати, испытание прошло удачно, и я наконец вздохнула свободнее. Можно было прекратить зубрить материал ночи напролет. Я успешно сдала сессию и получила долгожданный диплом. Мысленно благодарила небо за то, что все перипетии случились со мной именно на пятом курсе, а не раньше. Долго в таком режиме я не протянула бы. К счастью, самое трудное осталось позади.

Стоял чудесный летний день, когда я полностью закрыла последнюю сессию, но не пошла отмечать это событие в кафе с одногруппниками, а полетела в офис, потому что из-за моего вынужденного отсутствия там накопилась куча бумажной работы. Да, у меня был секретарь, который избавлял от значительной части обязанностей, но все же многие документы без моего внимания оставить было нельзя. Только теперь я окончательно поняла, что руководить большой компанией, пусть даже совместно с другим акционером, — это значит не только встречаться с партнерами и инвесторами, проводить деловые обеды и ужины, совещания и планерки. Это еще и тонны документов, возы бумаг. И все они требовали моей подписи и подписи Паши. А отчим научил меня никогда не подписывать те бумаги, которые я не читала. Выучила это назубок и не собиралась пренебрегать наказом родителя, ведь знала, что он плохого не посоветует.

Я просматривала очередной отчет, когда в кабинет постучали.

— Юлия Александровна! — всунул голову в образовавшуюся щель довольный Витя. Он всегда обращался ко мне официально, если только мы не оставались наедине. — Можно?

После того случая на совещании, когда Паша, как собака, сорвался с цепи на нашего инженера, мы толком не говорили. Мне было очень неловко, что бывший муж так себя вел, и я ожидала, что Витя больше ко мне не подойдет, решив, что такое «счастье» ему не нужно.

— Конечно, проходи, — я улыбнулась и кивнула.

Сергей отлучился из кабинета, и можно было спокойно поговорить. Виктор сделал несколько шагов и вытащил из-за спины огромный букет желтых роз. У меня в голове сразу возникла песня, правда, про тюльпаны, но все же… вестники разлуки… Хотя, судя по выражению лица Виктора, ничего подобного в его планы не входило.

— Мне птичка на хвосте принесла, что большой босс защитила диплом. Поздравляю! — Он вручил мне цветы.

Я поднялась и с улыбкой приняла тяжеленный букет. Розы были крупные, яркие, мне даже захотелось их съесть.

— Спасибо, они очень красивые, — сказала я, борясь с искушением впиться зубами в мякоть лепестков. — Но почему желтые? Надеюсь, ты не испугался гендиректора и не собираешься нас покинуть? — замаскировала это под шутку и произнесла с улыбкой, но внутри вся напряглась. Хотела прощупать почву.

— С чего ты это взяла? — не понял мужчина.

— Ну как же, желтые цветы — символ разлуки. — Я аккуратно положила букет на стол.

Витя захохотал.

— Они просто мне понравились, это были самые яркие цветы в магазине, почти такие же яркие, как ты. Хотя… — Витя медленно обошел стол и, встав в шаге от меня, аккуратно поднес руку к лицу и легко намотал на палец мой локон. Волосы вились, когда я их специально не укладывала и не выпрямляла. — Хотя до цвета твоих волос им далеко.

С одной стороны, этот жест был очень интимным, и я не знала, стоит ли позволять инженеру вести так себя со мной. С другой стороны, несколько дней назад мы все же ночевали в одной кровати, пусть и ничего не случилось такого, о чем бы я могла потом сожалеть.

Я задрала голову, чтобы посмотреть в темные глаза собеседника. От него веяло жаром, который обещал бессонные ночи, и теплым уютом одновременно. Идеальный мужчина. Вот только было одно существенное но. Паша тоже казался мне идеальным еще до недавнего времени. У всех есть скелеты в шкафу. У всех. И я не имела права поддаться мимолетному влечению и снова ошибиться.

Он сократил оставшееся между нами расстояние и стал опускать голову навстречу ко мне. Я только наблюдала за тем, как его глаза становятся все ближе, и не предпринимала никаких действий, чтобы этому помешать.

Ладонь Вити мягко легла на мое лицо, он погладил меня кончиками пальцев и нежно улыбнулся. От этой улыбки я заволновалась, сердце вдруг сорвалось на бег. Я не была уверена, что хочу этого поцелуя. Дыхание сбилось. Не знаю, что увидел в моих глазах Витя, но он замер в нескольких сантиметрах от моего лица, с каким-то сожалением мягко мазнул по моим губам большим пальцем и со вздохом покачал головой.

— Ты очень мне нравишься, но вижу, что для тебя это еще слишком рано, малышка… — Он убрал руку.

— А как же шутки про большого босса? — расстроенно спросила я. Мне нравились наши подколки и даже иногда небольшие перепалки, нравилось с ним флиртовать, но к более серьезным действиям я действительно была пока не готова.

Он серьезно кивнул.

— Как только я выйду за эту дверь, считай, что ничего не было. Ты мой большой босс и только. Но когда-нибудь, когда ты будешь готова к новым отношениям… — Мужчина прикусил нижнюю губу, как бы намекая на что-то. — Я буду рядом.

— И ты готов на такое пойти? — не поверила я.

— Думаю, ты стоишь того, чтобы подождать, — Витя коснулся губами лишь моей щеки, мимолетно и ненавязчиво, почти в тот же миг отстранившись от меня. Он развернулся и стремительно направился к выходу. — Еще раз поздравляю с окончанием универа! — Он обернулся уже в дверях и сказал таким веселым тоном, как будто только что не смотрел на меня столь вожделенно.

Я медленно села, снова посмотрев на желтые розы. Выходит, все же символика не врет. Ведь в каком-то смысле они стали знаком разрыва наших еще не начавшихся толком отношений. Не удержавшись, я оторвала несколько лепестков и положила в рот, пожевав, но тут же скривилась и выплюнула. Было горько и противно. Как мне только пришла в голову мысль их попробовать?!

***

Наверное, это и к лучшему, что Виктор все решил за нас обоих. Вряд ли у меня хватило бы сил открыто оттолкнуть его, но и сближаться я пока не могла. Наши отношения переросли в разряд скорее дружбы, но с намеками на флирт. Нам по-прежнему было легко общаться, поэтому мы делали это с удовольствием. Часто ходили в новое кафе на производстве, а иногда ужинали где-то в городе. Я наслаждалась компанией этого мужчины, но больше он не пытался стать ко мне ближе: не приглашал к себе, не искал поцелуев или объятий. Не могла его ни в чем упрекнуть, и от этого даже терялась. Неужели такие люди на самом деле существуют?