Анна Осокина – На хрустальных осколках. Исцели мое сердце (страница 12)
Я отмахнулся от него и заварил кофе.
— Лех, я серьезно, хватит гнить в одиночестве. То, что ты пошел волонтерить, — это, конечно, круто. Но хватит себя гробить.
Я резко опустил чашку на столешницу, расплескав немного напитка, и повернулся к другу, сжимая челюсти.
— После ее смерти прошел всего год! Как ты можешь предлагать мне ехать смотреть на каких-то… — не договорил, иначе вышло бы слишком грубо.
Покачал головой и, оставив на кухне все, ушел на балкон. Уже почти стемнело. Я медленно вдыхал прохладный вечерний воздух, пытаясь успокоиться. Минут десять Илья меня не трогал. Когда мне стало лучше, я вернулся. Друг сидел на кухне, попивая зеленый чай, который сам же себе и заварил. На столе лежало два пригласительных.
— Успокоился? — как ни в чем не бывало, спросил он.
Я молча взял свой кофе и сел рядом с ним. Взгляд упал на листовки.
— «Голден Холл»? — прочитал я.
— Ага, знаешь этот клуб? — удивился он.
— Нет. Просто… слышал… где-то.
Почему-то не мог сказать Илье, что слышал это название от Беловой сегодня утром. Более того, она там будет работать вечером.
— Поедем?
Илья не собирался сдаваться, наверное, поэтому мы и дружили. Он был таким же упрямым, как и я. Из-за этого у нас частенько возникали конфликты, но мы всегда мирились.
— Поехали, — вздохнул я, не зная, почему соглашаюсь. То ли потому, что не хотел обижать товарища, то ли потому, что там будет Белова. Какие же глупости иногда лезут в голову! Она пытается испортить мне жизнь, а я и злиться на нее в не состоянии. Странно все это. Бесит, если честно.
— Тогда одевайся. В одиннадцать тридцать начнется показ, я не хотел бы опаздывать.
Я никогда не был любителем клубной жизни. Даже в студенческие годы не увлекался. А когда встретил Леру, так и подавно. «Голден Холл» поражал помпезностью. Он с лихвой оправдывал свое название. От количества источников света при входе рябило в глазах.
— Шикарно! — Друг огляделся, когда мы прошли охранника.
— С каких это пор ты стал ценителем моды?
Мы вошли в полутемное просторное помещение, посреди которого был установлен разборный подиум. Громкая музыка била в грудь.
— К черту моду! — воскликнул Илья, дурачась. — Ты посмотри, какие девушки вокруг!
Показ еще не начался, но среди гостей было на кого посмотреть. Только мне не хотелось. Глухое раздражение поднималось из середины груди. Зачем я сюда приехал? Рассердился на себя за то, что поддался порыву. Нужно было дома оставаться.
— Напитки? — К нам подошла официантка с подносом, на котором стояли бокалы на длинных тонких ножках.
Илья посмотрел на меня, как бы оценивая мое состояние.
— Спасибо, не нужно, принесите нам лучше сока, — сказал я. — Два апельсиновых.
— Хорошо, сейчас. — Девушка улыбнулась и направилась в сторону бара.
— А ты меня радуешь! — Илья хлопнул меня по плечу.
— Зря ты, что ли, на меня капельницу извел? — пошутил я, мимо моли выискивая взглядом знакомую голову с золотыми волосами, но никого похожего не нашел.
— Даже не надеялся, что она даст такой волшебный эффект, — засмеялся друг. — Но я рад, что ты одумался. Как считаешь, та барышня даст мне свой номер телефона?
Я проследил за его взглядом.
— Без вариантов, тебе там ничего не светит. — Я покачал головой, ухмыляясь.
— Спорим? — товарищ протянул мне руку, но я не успел ничего ответить, потому что на подиум вышел молодой мужчина в шикарном смокинге с блестящим воротником и принялся рассказывать, что за показ нас сегодня ожидает. Все гости подошли ближе к сцене. Стульев было мало, они стояли в два ряда вокруг помоста, и всем мест не хватило. Мы с Ильей, не претендуя на то, чтобы сидеть, приблизились, попивая напитки.
Я посмотрел на часы. Уже было без четверти двенадцать, а Белову я так и не увидел. Почему-то это мне не очень нравилось. Может, в ее рабочих планах что-то поменялось?
— Опаздываешь куда-то? — усмехнулся Илья.
— Да, в двенадцать я превращусь в тыкву, — пошутил в ответ, не особо интересуясь тем, что происходило на подиуме.
Я походил туда-сюда, ища глазами Белову, но, так никого похожего и не заметив, сел на диван у стены, вытянув ноги. Домой поехать, что ли? Думаю, Илья не станет возражать, тем более показ почти закончился, а он завел беседу с какой-то прелестной нимфой, которая вовсю с ним кокетничала. Илья был холост и одинок, а потому мог себе позволить любое внимание от девушек. Я вздохнул. Мы почти одного возраста, а я иногда ощущал себя рядом с ним стариком. Может быть, он и не заметит моего отъезда?
Вздохнул снова и, поставив пустой стакан, направился к выходу, не желая отвлекать друга от приятной собеседницы. Вышел в освещенный холл, музыка уже не звучала столь громко, и тишина давила на уши, оглушала. Здесь тоже были гости: кто-то выходил, кто-то заходил, кто-то направлялся в уборные.
Сперва я услышал знакомый голос с нотками гнева, а потом увидел недалеко от входа в туалеты Белову. Рядом с ней стоял высокий темноволосый мужчина в очках с массивной черной оправой. И что-то в их напряженных позах заставило напрячься и меня. Они явно не мило беседовали. Между ними как будто пролетали невидимые глазу молнии, которые, однако, явственно ощущались даже на расстоянии.
Он заступил ей выход из небольшого коридора с уборными. Белова нахмурилась и сжала губы в тонкую линию.
— Пропусти, мне нужно идти! — сказала она недовольно.
— Я хочу просто поговорить.
— Нам не о чем говорить, дай пройти, — кинула она ему грубо и попыталась обогнуть мужчину, но снова безуспешно.
Я весь подобрался, как будто собирался сделать прыжок. Это произошло неосознанно. И все же я не двигался. Стоял и не знал, что делать. По всему выходило, что она его знает. Мне нужно было идти своей дорогой, но я словно прирос к полу, не в силах ступить и шагу.
— Майя! — человек в очках двинулся ей навстречу, она отступила.
— Нет, Ром, нет. — Она качала головой, продолжая отступать, пока он не прижал ее к самой стене. — Уходи.
— Да что ж ты упрямая такая! — не выдержал он и схватил ее за оба предплечья.
Я даже не думал. Не заметил, как оказался рядом. Мозг словно не успел обработать движения тела. Очнулся, когда положил руку на плечо незнакомца.
— Какие-то проблемы? — хотел спросить спокойно, но ощущал, как где-то глубоко внутри клокотал гнев, и голос от этого чуть заметно дрожал. Надеюсь, другим этого не было заметно.
Он медленно повернул ко мне голову и удивленно посмотрел мне в глаза.
— Никаких проблем. Все в порядке.
На его лице читалась брезгливость. Да, кому будет приятно, когда до него дотрагивается чужой человек? Вот и Майе, судя по ее виду, было совсем не по душе от того, что этот очкастый мало того что не давал ей пройти, так еще и крепко схватил.
— Тогда отпустите девушку.
— Это моя жена! Идите куда шли! — начал заводиться брюнет.
— Майя? — я посмотрел на нее, взглядом спрашивая, правда ли это. В груди заворочалось неприятное ощущение.
— Бывшая, — она буквально выплюнула это слово в лицо мужчине.
— Пока еще нет, — зашипел тот. — А ты кто? — Он вдруг посмотрел на меня совершенно по-другому, очевидно, осознав, что я назвал ее по имени. И куда пропала вся учтивость?
— Конь в пальто. Отпусти ее немедленно!
Не знаю, почему во мне взыграли какие-то рыцарские чувства по отношению к этой женщине. Но я в любом случае не собирался ничего объяснять этому хаму. Тот резко выпустил руки Беловой и развернулся ко мне, на ходу занося кулак.
— Рома, не надо! — в ужасе закричала Майя.
Глава 4
И снова тело среагировало раньше, чем мозг. Я увернулся и тут же замахнулся в ответ. Попал. Удар у меня что надо. Особенно, когда нужно сбросить пар. Смешно сказать, но до смерти жены я ни разу не дрался, а в последнее время нервы сдают.
Мужчина в легкой дезориентации отошел он меня на пару шагов, держась за нос и сломанные очки.
— Пойдемте. — Я посмотрел на Майю. — Он будет в порядке.
Она не стала спорить, а быстрым шагом направилась к выходу, я не отставал от нее ни на шаг.