Анна Осокина – Госпожа рабыня (страница 15)

— Что ж, быть посему! Когда я с ним познакомлюсь?

Она выпрямила спину и выставила вперед грудь.

— Через три дня я устрою пир, приглашу всех друзей. Мы не будем говорить, по какой причине собрались, но если вы с Фолкардом понравитесь друг другу, сразу же и объявим о вашей помолвке.

Ясна понимала, что выбор у нее, по сути, невелик. Рано или поздно ей все равно придется выйти замуж.

Отец поднял кубок:

— За мою дочь-невесту!

Все подняли напитки вслед за ним. Ясна поднесла свой к губам и поверх чаши посмотрела на Варграфа. Тот, перехватив ее взгляд, ухмыльнулся и, кивнув, приподнял свой сосуд, а потом пригубил. Ясна не чувствовала вкус того, что она пьет. Все было так внезапно. Все говорят, что этот Фолкард ей обязательно приглянется. А если нет? Как сделать так, чтобы отец на нее не сердился? И почему этот невыносимый наемник так улыбается? Нашел повод для радости! Его улыбка отчего-то сильно задевала Ясну, но она даже не могла понять, почему именно.

Ждана постаралась на славу. Ясна смотрела на себя в зеркало и не могла оторвать глаз от замысловатой прически. Она была высокая и открывала затылок, но некоторые пряди, которые служанка завила, небрежно обрамляли лицо. Царапина уже прошла, поэтому совсем не портила образ. Коралловые шпильки поддерживали прическу и при этом смотрелись яркими каплями на волосах. На Ясне было длинное платье из шелка цвета слоновой кости, подпоясанное широкой алой лентой, расшитой речным жемчугом. Широкие рукава опускались чуть ниже локтей, воротник стоял, закрывая шею сзади, но треугольный вырез намекал на то, что скрыто под платьем спереди. Ясна привычным движением покрутилась, но тяжелая юбка из нескольких слоев не собиралась подскакивать. Платье оказалось неудобным, Ясна осталась им не слишком довольна. Но когда к ней постучал Ямис и вошел, чтобы свести вниз, его выражение лица все сказало за него. Брат долго не мог подобрать слова, а потом наконец сказал:

— Ты выглядишь… величественно.

— Благодарю, — Ясна с очень серьезным лицом сделала несколько шагов к нему, выпрямив спину и высоко задрав подбородок, а когда он взял ее за руку, расхохоталась и, подпрыгнув, чмокнула его в щеку.

— Ты неисправима! — засмеялся он в ответ. — Ясна, там внизу твой будущий муж, будь серьезнее, — он говорил это, а у самого в глазах горели искорки смеха.

— Всенепременно, дорогой братец. Только это мой возможный будущий муж, — она выделила слово «возможный».

— Фолкард — молодой, симпатичный, насколько я могу судить со своей стороны, он много путешествовал и может рассказать интересные истории. Он тебе должен понравиться.

— Если бы все было так просто, — вздохнула Ясна.

— А что здесь сложного? Не понимаю.

Сестра взяла его под руку и направилась к выходу из комнаты.

— Ну, тебе нравится Лисия?

Ямис замешкался, не прекращая движения.

— Пожалуй, — пожал он плечами. — Она красивая девушка из хорошей семьи.

— Это все понятно, но она нравится тебе? Ты представляешь, как будешь ее целовать, когда вы поженитесь?

— Ясна! — возмутился брат.

— А что я такого спросила?

Они спустились по лестнице. Со стороны гостиной доносились звуки лютен, флейт и бубенов. Отец пригласил музыкантов, чтобы те разнообразили вечер. Ясна с братом под руку вплыла в зал. Мебель составили ближе к стенам. Туда же принесли несколько длинных дубовых столов с лавками, а посередине танцевали три девицы в очень пышных цветастых платьях. Волосы их, украшенные живыми цветами, были распущены, темными волнистыми водопадами спадая на плечи и спины. Танцовщицы могли бы сойти за сестер. Одна из них держала бубен и била им в такт заводной музыке, две другие крутились рядом с ней, при этом их юбки, словно язычки пламени, взмывали к потолку. Ясна на несколько мгновений замерла, завороженная движением танцовщиц, а потом почувствовала на себе чей-то взгляд.

— Я оставлю тебя ненадолго, нужно встретить Фолкарда с отцом, — кинул брат и исчез, она даже не смотрела, в какую сторону.

Вместо этого девица покрутила головой, чтобы найти того, кто за ней наблюдает. Некоторые гости уже собрались. Стоя или сидя небольшими группками, они разговаривали, кто-то смеялся. В одной из компаний стоял отец, занимая пришедших болтовней, в другой — мать. Слуги разносили еду и напитки. Все были при деле. И только один человек, сидящий у самого очага, в котором, несмотря на летнюю духоту, горел огонь, смотрел на нее. С такого расстояния в полутемной гостиной его глаза выглядели черными, но Ясна знала, что при дневном свете они насыщенно-синие. Он не оказал ей никаких знаков внимания, не поднялся, не поклонился и даже не кивнул, но его взгляд обжигал. Ясна застыла, словно он поймал ее в сеть. Внутренний голос шептал, что по всем правилам Варгроф должен встать, а вместо этого он сидит, будто тут самый главный, и только смотрит на нее неотрывно, скользя взглядом от ее глаз по тяжелому шелку вниз и обратно. Дыхание ее участилось, она хотела бы на него злиться, но отчего-то не выходило. Ясна мотнула головой, разрывая зрительный контакт. А когда снова глянула в ту сторону, наемника уже не оказалось в кресле. Она растерянно заморгала. Куда он подевался?

— Дочка! — услышала она голос отца, который спешил в ее сторону. — Хочу познакомить тебя кое с кем. Это мой друг — господин Диртам.

Рядом с отцом стоял довольно высокий мужчина в дорогом бархатном костюме. А подле того, по всей видимости, его сын Фолкард. Он был невероятно похож на отца, хотя и более тщедушный, на целую голову ниже, уже в кости, но в остальном: светлые волосы, серо-голубые глаза, чуть рыжеватая редкая бородка — это досталось ему от господина Диртама. Ясна посмотрела на представленного ей человека, улыбнулась и почтительно склонила голову, тот тоже удостоил ее коротким, но вежливым поклоном.

— Ясна, очень рад с тобой познакомиться. А это мой сын — Фолкард.

Девица перевела взгляд на молодого человека. Он смотрел на нее улыбаясь, но что-то в нем выглядело неестественно, будто он намеренно растягивал губы. До глаз улыбка не доходила. Да, наверное, он тоже не в восторге от того, что приходится быть здесь. Однако разве они имеют выбор? Отцы все решили за них. Ясна с детства знала, что так будет, поэтому не возражала, но это не значило, что она сильно радовалась такому положению дел. Хотя если посмотреть на эту ситуацию с другой стороны: не самой же мужа себе искать!

Фолкард протянул руку и выжидательно уставился на Ясну, не снимая улыбку с лица. Что-то останавливало ее, чтобы подать ему ладонь. Она на миг отвела взгляд от его светлых глаз и встретилась с темными — Варгрофа. Тот наблюдал издалека. И лицо его совсем ничего не выражало, будто он натянул деревянную маску. Это почему-то очень задело Ясну. Она желала, чтобы он проявил хотя бы какую-то реакцию, вместо того чтобы стоять бездушным истуканом! Хотелось топнуть ногой от бессильной ярости.

Она резче, чем нужно было, подала руку предполагаемому жениху и улыбнулась так широко, что почти сразу заболели губы.

— Для меня честь узнать вас, Ясна.

— Это взаимно, Фолкард.

Пока мужчины продолжали любезничать с ней и отцом, Ясна сверкала зубами так, что челюсть уже сводило, но при этом она то и дело бросала мимолетные взгляды в сторону охранника. Варгроф только ухмылялся на это, и Ясна отчего-то злилась еще больше.

Отец извинился перед своим другом и его сыном и, отойдя от них на несколько шагов, похлопал в ладони, обращая на себя всеобщее внимание. Музыканты перестали играть, а танцовщицы — двигаться.

Кровь отлила от лица Ясны. Ей показалось, что именно сейчас Траян объявит о ее помолвке, это означало бы, что выбора у нее не остается. Она еще питала призрачную надежду на то, что этот вечер закончится ничем. Девица ведь даже еще не поговорила с этим Фолкардом!

К счастью, хозяин дома лишь поприветствовал всех собравшихся и пожелал им хорошо провести время, а потом предложил всем сесть за столы и отведать угощения. Ясну, которая еще не успела отойти от испуга, ловко увлек за собой будущий жених. Он помог ей устроиться и расположился рядом, налив им в кубки напиток из глиняного кувшина.

— Я предлагаю выпить за наше знакомство, — поднял он свой сосуд.

Траян и Диртам предпочли сесть чуть поодаль, обсуждая какие-то деловые вопросы, по крайней мере, так показалось самой Ясне. Мужчины улыбались и выглядели котами, наевшимися сливок. Только она сейчас против воли ощущала себя мышью, которая находится во власти хищников. Как избавиться от этого странного чувства? Отец хочет сделать ей как лучше. Почему же она не может это принять? Усилием воли она заставила себя перевести взгляд на Фолкарда и улыбнулась, подняв кубок. Она должна дать ему шанс. Хотя бы попытаться наладить общение, иначе родители очень сильно расстроятся, а меньше всего на свете она этого хотела.

— Конечно, — Ясна поднесла свой кубок к его и легонько дотронулась краем.

Они оба выпили. Возможно, другие гости пили нечто иное, но в их кувшине находился клюквенный морс, Ясна этому очень обрадовалась, потому что после ночного приключения, когда она разбила лоб, не хотела бы еще когда-нибудь пробовать что-то более крепкое.

Жених принялся есть, а Ясне кусок не лез в горло. От вида и запаха еды начало мутить. Чтобы как-то отвлечься, она принялась оглядывать зал. Танцовщицы продолжали размахивать цветастыми платьями, только музыка постепенно замедлялась и становилась более мелодичной. Не задерживаясь надолго на девицах, Ясна продолжила обход гостиной глазами. Сердце екнуло, когда она снова увидела Варгрофа.