Анна Осокина – Баба Яга ищет наследницу (страница 6)

— Так что у вас с дедом-то произошло? — спросила я, чтобы разнообразить путешествие.

— Это долгая история, — вздохнула Ряба.

— Ну, мы вроде как никуда не торопимся.

Ряба снова протяжно вздохнула. Никогда не подумала бы, что птицы так могут. Хотя я никогда и не думала, что курица может говорить, так что вздохи — это совсем цветочки.

— Всю жизнь служила я хозяину верой и правдой, — начала пернатая. — Золотые яйца, значится, несла.

— Так, погоди. Ты — та самая курица… ну… «снесла курочка яичко, да не простое, а золотое»?

— Не понимаю, о чем ты толкуешь, но да, я несла золотые яйца, — с гордостью заявила она. — Всамделишные. Жила с хозяином в избе, отдельно от других кур.

— А другие — тоже говорящие? — не сдержалась я.

— Разумеется, нет! — кажется, Ряба даже оскорбилась от такого предположения. — Они самые обычные птицы. Я такая одна!

Кивнула в знак того, что внимательно слушаю, и собеседница, недовольно поквохтав, продолжила:

— Так вот, была у меня своя подушка, жила я припеваючи. Хозяин избу старую снес да новую построил — хоромы! Как хозяйка померла, он на молодой женился. А я знай себе яйца ему золотые подносила. Да вот беда: стара я уже стала, не несусь больше. Дед все ждал, ждал, а когда понял, что я теперь бесполезная — к другим курам переселил, — Ряба всхлипнула и картинно закатила глаза. — Яся! Ты себе не представляешь, какая там, в курятнике, грязь! Какие эти курицы безмозглые! Как от их кудахтанья голова болит! А мне покой нужен и тишина.

— И что дальше? — решила немного подтолкнуть рассказчицу к сути, уж больно далеко она отошла от нее.

— Ну, а потом молодуха забрала все оставшиеся яйца золотые и сбежала от хозяина. А я ж видела: только он за порог, она в дом батрака нового приглашает. Да только не говорила старику ничего, обиделась я!

— Ну, поделом ему! Куда заслуженную пенсионерку из дома на старости лет выгонять? — поддакнула я.

Вряд ли Ряба знала такое понятие, но сделала вид, что все поняла, серьезно кивнув.

— Вот в голове у него и помутилось. Прибежал в курятник да давай орать на меня, чтобы немедля ему яйцо снесла! А как понял, что никакими уговорами этого не добиться, за топор схватился от злости. Я и побежала: через забор перемахнула и давай в лес. А там — ты.

— Да-а-а, дела-а-а, — протянула я и заметила, что лес закончился и начался сад.

Между тем время клонилось уже к вечеру. На яблочные деревья опускались сумерки. Мы вышли к избушке с другой стороны. Я хотела лишь забрать вещи и уйти на поиски другого выхода из этого мира.

В вечерней тишине услышала голоса. Очевидно, Яга разговаривала со своим вороном. Я замедлила шаг и прислушалась. Рябе тоже ничего не пришлось объяснять, она склонила голову, внимательно улавливая звуки.

Мы замерли за углом.

— Вер-р-рнется она, Ягуся, не пер-р-реживай.

— Если уж дочь моя не захотела остаться, то эта и подавно не поможет. Нет, Гаврюша, придется нам, как всегда, своими силами.

И так горестно звучали слова бабки, что даже сердце зашлось. Никогда раньше не замечала за собой такой сентиментальности.

— Так выхода-то из избы на другую сторону теперь нет, — продолжала птица.

— Отчего же? Изба выпустит ее за хорошее дело, может, вовсе и не поиск пропавшей царевны, а что-то совсем другое.

Яга вздохнула, а я загорелась идеей. Я спасла курицу? Спасла! Хорошее дело? Конечно!

Ряба хотела что-то спросить, но я шикнула на нее и бодрым шагом, уже не таясь пошла к двери.

— Добрый вечерочек, — улыбнулась во все тридцать два.

— А мы уж думали, ты насовсем ушла, — сразу встрепенулся ворон, который сидел на перилах.

— Так я за вещами. Вот, курицу спасла от умалишенного деда. Да не простую, а говорящую.

Баба Яга, сидевшая на крылечке в кресле-качалке, только без энтузиазма на меня глянула. Грустная она какая-то была, совсем без того задора, который я видела в глазах утром.

— Здравствуй, Ядвига Никитична, — наклонила голову курица.

— И тебе не хворать, Рябушка, — чуть подняла уголки губ старуха. — Что, совсем дед твой из ума выжил?

— Ох, — заквохтала птица. — Без Ярославы не знаю, что и делала бы! Чуть не зарубил, козел старый!

Я не стала больше медлить. Нашарила взглядом рюкзак, который так и лежал, как я его оставила утром. Аккуратно поставила птицу на крыльцо и, захватив вещи, не мешкая вошла в дом. Торопилась проверить теорию. Хватит ли спасения жизни Рябы для того, чтобы изба выпустила меня?

Я даже не закрывала за собой дверь.

— Ну, изба, ты все слышала. Я спасла курицу, — сказала громко. — Верни меня домой, пожалуйста! Избушка, избушка, повернись ко мне задом, к лесу передом, — прочитала я «заклинание» наоборот.

Все, кого я оставила на крыльце, вошли внутрь, с интересом глядя на меня. Кажется, никто не знал, что получится в результате.

Глава 3

Дверь с силой захлопнулась, я почувствовала, как изба поднимается на лапы и начинает разворот, но очень медленно, будто нехотя.

Внутри я ликовала. Домой! Я возвращаюсь домой! Наверное, мама уже волнуется. Я победно улыбнулась и повернулась к старухе. Она выглядела удивленно и даже озадаченно.

— Что ж, так и пойдешь на ночь глядя? — спросила Яга, когда мы завершили движение.

— Переночевала бы здесь, Яся, — подала голос курица. — Страшно ночью по лесу идти!

— А вдруг изба за ночь передумает и откажется меня выпускать? — нахмурились я.

— Что ж, давай поужинаем на дорожку, поди, весь день голодная, — снова подала голос Ядвига.

Только сейчас я поняла, что действительно проголодалась.

— Поужинать будет неплохо, — улыбнулась я. — Только можно в этот раз не суши?

Я их, конечно, люблю, но с утра наелась этим блюдом на много дней вперед.

Яга хлопнула в ладони, и до сих пор темная изба осветилась множеством свечей, стоявших то тут, то там. Старуха взяла скатерть-самобранку и расстелила ее на столе. Воздух тут же наполнился ароматами свежей выпечки и блинами! Божественный, непередаваемый словами запах!

— Прошу всех к столу, — пригласила хозяйка.

Я воспользовалась рукомойником, умылась и вытерлась белым полотенцем с красными узорами. Видно было, что вышиты они вручную. Еще бы. Вряд ли здесь возможно по-другому.

Села за стол и принялась накладывать себе блюда. Особенно привлекли внимание пышные ноздреватый блины, которые я полила медом и топленым маслом. Точно такие мне бабушка делала в детстве. Вкусно — не оторваться.

— Что вы с Кащеем решили? — спросила я в середине трапезы.

— Что-что? Раз царь-батюшка просит, надобно исполнять.

— Цар-р-рь-батюшка по пустякам Ядвигу Никитичну дер-р-ргать не будет, — подтвердил ворон.

— А что случилось? — всполошились Ряба.

Старуха пересказала ей содержание послания.

— Ах, ах! — запричитала курица. — Надо выручать царевну!

Почему-то после этих слов все дружно уставились на меня! Я не дура, сразу смекнула, к чему они клонят. Вот зачем был этот ужин!

— И ты, Брут? — выразительно посмотрела я на рыжую предательницу, хотя вряд ли она поняла, о чем я.

— Погоди, Яся, — кажется, Ряба по интонации догадалась, что ей надо брать на себя роль дипломата, — прежде чем отказываться, пойми, что Ядвига Никитична всю жизнь заботится о покое в Тридевятом царстве и о нас, волшебных существах. И теперь ей уже трудно мотаться туда-сюда, да и других дел полно на месте. Коль она сейчас на поиски Василисы отправится, кто охранять проход будет?

— Не хочу показаться грубой, — решила пресечь я манипуляции, — но при чем здесь я? Я только вчера вообще узнала об этом месте!

— Разве? — удивилась курица. — А мне почудилось, будто все это, — она подняла крылья, — для тебя знакомо.

— Из сказок! О вас каждый ребенок знает в моем мире! Но я никогда не думала, что это все может существовать в реальности!

Все замолчали.