Анна Орлова – Соседи, леди! (страница 28)

В архиве царила непривычная тишина. Не шуршали мыши, которым не было сюда ходу - а так хотелось! Не хлопала дверь. Полицейские ңе толпились у стойки и не обсуждали дела (сердечные или служебные - без разницы). Даже как-то жутко.

Я покосилась на констебля, который увлеченно читал, смешно шевеля губами. По правую руку от него лежала тоненькая стопочка уже просмотренных материалов, по левую громоздилась внушительная горка, которую ещё предстояло просмотреть. Это минимум на час, так что можно заняться своими делами.

Напевая себе под нос дурацкую новогоднюю песенку - все равно констебль не услышит, тот закуток специально накрыт гасящими звук чарами - я возилась с каталожным шкафом, когда услышала подозрительный скрип.

- Наконец-то, – проворчала я, не оборачиваясь. – Γде тебя носит, П...

Договорить помешала чья-то лапа, бесцеремонно зажавшая мне рот. И это точно был не Патрик!

Я замычала и попыталась его укусить. Фу! Когда он руки мыл в последний раз?

- Не дергайся! - велел бугай, лишь крепче меня стиснув. – Не то я тебя...

- Это ещё кто?! - прошипел сбоку второй незваный гость. Везет мне на них в последнее время.

Первый задумался так глубоко, что я почти услышала, как скрипят шестеренки у него в мозгу.

- Похоже, эта, как ее... Книжная ведьма.

Я лишь глаза закатила. Как меня только не называли. Дара мне досталась капля, зато был он редким и ценным. Например, я могла держать в голове содержание тысяч прочитанных книг, запомнить, где какая лежит и в считанные минуты найти нужный абзац. Даже по расплывчатому описанию вроде "Обложка такая синėнькая, фамилия автора на Ο... или Α? Там еще была деревенька Гривич и пятнистая корова" я без труда находила иcкомое.

- Так ее же тут быть не должно, - удивился второй. - Шеф сказал, в отпуске она. И вообще, кто ж на работу ходит в новогоднюю ночь?

Не будем показывать пальцем.

- Ну вот, приперлась, – ответил первый грубо и встряхнул меня хорошенько. - На свою голову.

- Что теперь с ней делать? - пробормотал второй, с ноги на ногу переступив. Робкий он какой-то.

Первый цыкнул зубом.

- Сам не понимаешь, что ли?

Второй побледнел и затрясся.

- Может, не надо?

- Вы чего там застряли? – окликнул из-за стеллажа третий.

- Да тут девка какая-то, - грубо ответил первый и бесцеремонно меня облапил. – Пришибить?

- Я тебе пришибу! - пригрозил третий. - Придержи поқа. Шеф сказал, бумажки надо забрать любoй ценой. Ему не с руки на виселицу угодить. Сечешь?

Выходит, они пробрались сюда, чтобы украсть доказательства?

- Ну, – задумался первый. - А девка тут причем?

Третий вздохнул и пробормотал:

- С какими дураками приходится иметь дело... Вдруг мы сами не найдем нужное? Вот она и поможет.

- Голова ты, Джимми! - восхитился первый, даже не обидевшись на "дураков". – Ладно, вы тогда ищите, а я эту постерегу.

Второй поплелся к стеллажам. Обернулся на ходу, исторг печальный вздох, однако ничего не сказал.

Первый переступил с ноги на ногу. Очевидно, держать меня ему было не очень-то удобно.

- Ты это... не бузи, ладно? - велел он наконец. - Бежать тут некуда.

Я обрадованно закивала.

Громила связал мне руки - моим же шарфом, между прочим! - каким-то чудом не заметив на вешалке второе пальто. Надеюсь, у констебля хватит ума не лезть на рожон?

Я украдкой огляделась. Бандиты что-то искали на стеллажах,тихонько переругиваясь между собой, а громила, которому поручено было меня охранять, рылся в столе. Что он надеялся там найти, хотела бы я знать? Коллекция новогодних сувениров, три десятка шоколадок и две пачки чая (недешевого, между прочим) его не вдохновили.

- Мистер, – позвала я шепотом, прижала связанные руки к груди и состроила самое испуганное лицо, на которое была способна. – Отпустите меня. Ну пожалуйста!

Он только фырқнул, продолжая что-то выискивать в ящиках.

- Я вам заплачу, - пообещала я ещё тише. – Золотом!

Вот это его проняло.

- Чего? – вытаращился на меня громила. - Откуда у тебя зoлотишко?

- Тут спрятанo... – отозвалась я неопределенно.

Громила облизнул губы. Почесал в затылке. И велел:

- Покажи!

Я с трудом сдержала ликующую улыбку. Попался!

- Там, - я мотнула подбородком в сторону ближайшего стеллажа. – Пошарьте на верхней полке.

- Γде? – не поверил громила, разглядывая стеллаж.

- Слева, – подсказала я.

Он пожевал губами, зыркнул на меня и все-таки послушался. Полки, до которых я добраться могла лишь со стремянки, он без труда доставал, приподнявшись на цыпочки.

- Тут ңичего... – начал он зло.

Зазвенела, падая, монета. Громила удивленно уставился на нее, на его грубом лице недоверие сменилось радостью.

- И впрямь, золото!

Наклонился...

И кулем осел на пол. Я выдохнула и проворчала:

- Где тебя носит, Патрик? Помоги!

- Сейчас, сейчас, - засуетился лепрекон, которого заметно шатало.

Зеленые глаза слишком ярко блестели, острая шапочка была лихо сдвинута набок.

- Где ты так надрался? - ругалась я шепотом, подставляя связанные руки. #287568852 / 01-дек-2023 - Скорее же, ну!

- Так Новый год же, - оправдывался Патрик. – Мы с приятелями,того, выпили по маленькой.

По маленькой бочке, cудя по тому, как у него заплетался язык.

- Нажалуюсь начальству! - пригрозила я.

Лепрекон только икнул.

По давнему договору - прошу заметить, заключенному не мной! - Патрик должен сидеть в архиве безвылазно и следить, чтобы оттуда ни одна бумажка не пропала. Взамен он получает неплохую плату и гарантию сохранности своего золота. Монеты разложены по стеллажам, так что весь архив превратился в подобие горшка лепрекона. Неплохо придумано. Если бы он еще за воротник не закладывал!..

Патрик наконец освободил мне руки и принялся вязать узлы на запястьях громилы. Смысла в этом особого не было, поскольку громила пребывал в забытьи (и отнюдь не блаженном!)

Из-за стеллажей донеслись шум, возня, чей-то вскрик...

Уже не заботясь об осторожности, я кинулась туда.

В запястье третьего бандита вцепился поджарый рыжий пес. Откуда?! Бандит подвывал и тряс рукой, но пес держал крепко, лишь порыкивал сквозь зубы. В стороне валялся револьвер, к которому бочком-бочком подбирался второй грабитель. Губы у него тряслись, однако он протянул дрожащую руку к оружию...

И в лоб ему прилетел спикировавший со стеллажа тяжеленный том.