Анна Орлова – Лили. Дело 4. Золотой ребенок (страница 2)

– Но кто-то уже знает? Вас шантажируют?

– Что?! – она вздрогнула всем телом и промахнулась мимо пепельницы, этого даже не заметив. – Откуда вы?..

– Миссис Бойд, – перебила я, выдохнув дым. – Не нужно. Нетрудно догадаться, что у вас серьезные проблемы, и очевидно, что они как-то связаны с вашим сыном. Кроме того, об усыновлении наверняка многим известно. Например, осведомлены судья, директор интерната…

– Нет! – возразила она резко. Огляделась по сторонам и понизила голос: – Мы хотели проделать это тайно, поэтому договорились с его родной матерью. Она не могла оставить ребенка себе и хотела устроить его судьбу. Я притворилась беременной, а незадолго до родов мы со Стивеном уехали в Мехикану. Марк появился на свет в крошечном городишке, врача вызывали на дом. Женщину представили ему как миссис Бойд, мой муж показал доктору свидетельство о нашем браке, и тот ничего не заподозрил. Словом… словом, никто не должен был знать!

Должна признать, придумано неплохо, хоть и не без изъяна.

Давно поговаривают, что нужно сделать дела об усыновлении тайными, это намного облегчит жизнь и ребенку, и его новым родителям. Надо ведь щадить их чувства!

Кому приятно, когда тебя обсуждают за спиной, при этом в лицо выказывая сочувствие? Многие ведь до сих пор считают, что бездетность – это кара божья. В результате некоторые семьи даже преступают закон и подделывают документы, только бы скрыть, что ребенок приемный.

– Но все-таки узнал, – повторила я и чуть подалась вперед. – Послушайте, миссис Бойд, это глупо. Знала мать малыша – по меньшей мере, ей известна была ваша фамилия. И вы ведь не на улице с ней познакомились?

– Отец Марк, – выдохнула она и сжала виски тонкими пальцами. – Нет, он не мог! Отец Марк так нам помог, мы даже назвали мальчика в его честь!

– Очень трогательно, – пробормотала я, тщетно пытаясь скрыть иронию. Сколько раз за свою не такую уж долгую практику частного сыщика я слышала это «не мог, не могла», повторяемое на все лады?

Моя реакция от миссис Бойд не укрылась. Она поджала губы и распрямила плечи.

– Послушайте, мисс Корбетт! Я…

Я не дослушала.

– Вам нужна моя помощь?

– Да, – сникла она. – Да, вы правы. Вам виднее. Понимаете, мы с мужем очень любим Марка. Если станет известно, что он не наш сын, что он – незаконнорожденный… Это будет катастрофа.

– Сам Марк не подозревает?..

– Боже упаси!

– У вас вымогают денег?

Миссис Бойд помотала головой.

– Нет, пока нет. Угрожают, что история может попасть в газеты. Поймите, мисс Корбетт, – она накрыла холодной рукой мою ладонь, – мы бы заплатили! Только они ведь на этом не остановятся, правда?

– Скорее всего, – согласилась я и ободряюще похлопала ее по локтю. Ветер донес очередной многоголосый детский вопль. Хотела бы я знать, почему они так орут! Хотя нет, лучше не надо. – Не падайте духом, миссис Бойд, еще не все потеряно.

Она воззрилась на меня с такой надеждой, что мне стало неловко.

– Вы нам поможете?

– Попробую, – ответила я осторожно. – Сначала мне нужно посовещаться с напарником.

И нелишне будет прощупать ее мужа, хотя об этом я не заикнулась. Миссис Бойд вполне могла скормить мне эту слезливую историю в расчете на мою доверчивость. После «миссис Данхилл» я стала в таких делах очень осторожна.

– Конечно, – миссис Бойд полезла в сумочку и достала оттуда заранее припасенный чек и несколько измятых листков. – Вот, возьмите, это аванс и письма.

Я бросила взгляд на сумму – миссис Бойд не поскупилась – и спрятала бумаги в карман платья.

– Расскажите мне все, что знаете. О матери ребенка, об этом отце Марке.

– Я почти все вам уже рассказала, – она прикурила дрожащими руками. – Простите, я… я немного нервничаю.

«Немного»? Да она на грани нервного срыва!

– Так странно, – она криво, жалко улыбнулась. – Всегда считала себя хладнокровной. Как-никак, квалифицированный секретарь, обученный в любых ситуациях сохранять присутствие духа. Оказалось, что с близкими все намного сложнее.

Я сочувственно покивала, и она продолжила:

– Мать Марка зовут Илэйн Ллойд. Мы познакомились с ней без малого десять лет назад, в августе, а в ноябре родился Марк. Собственно, я почти ничего о ней не знаю, кроме того, что она танцевала в клубе «Розовый пеликан». Об отце мальчика она не рассказывала, заверила лишь, что он белый, здоров и из хорошей семьи. Нас познакомил отец Марк, Илэйн жила в его приходе и была в отчаянии. И я тоже, на свой лад. Понимаете, мы больше никому об этом не рассказывали, ни единой живой душе!

– Даже родственникам? – уточнила я недоверчиво, по опыту зная, как легко случайно проболтаться в кругу семьи.

– Никому, – она решительно помотала головой, отчего в ушах качнулись жемчужные сережки. – У Стивена никого нет. Мои родители тоже давно умерли, осталась только сестра, Алисия.

– И вы даже ей не признались?

– Нет, – она затянулась и медленно, явно пытаясь успокоиться, выпустила дым. – Марк – мой сын. Я старалась не вспоминать, что это не я выносила его под сердцем, понимаете?

В этом был резон, поэтому я ответила, что понимаю, и попыталась выжать из клиентки еще хоть что-то. Она стояла на своем, и в конце концов мы расстались, не вполне довольные друг другом. Я обещала подумать, возьмусь ли за дело, а миссис Бойд заверила, что будет держать меня в курсе событий.

Я разыскала Лиззи, чтобы попрощаться.

– Уезжаешь? – огорчилась она, на минутку отвлекаясь от капризничающих дочек. Еще бы, вокруг такое веселье, столько народу – а их отправляют спать! Дети супругов Райли унаследовали родительскую любовь к шумным компаниям. Гости у Лиззи с Сэмом не переводятся, тем более теперь, когда он решил баллотироваться в прокуроры, а жена по мере сил ему помогает.

– Увы, – развела руками я, старательно подавляя счастливую улыбку. – Дела.

Возразить она не могла, сама ведь подкинула мне эту работу.

Одна из близняшек, по-видимому, оскорбилась, что на нее не обращают внимания, и выдала такой вопль, что я едва не оглохла.

Я поморщилась и с трудом удержалась от желания заткнуть уши. Орущая годовалая кроха – это само по себе плохо, но когда их две, ситуация превращается в катастрофу.

– Будь внимательна! – повысила голос Лиззи, перекрикивая рев дочек. Глаза у нее были встревоженные. – Тебя ждут неприятности от близкого человека.

– Уверена? – насторожилась я.

Она печально кивнула и коснулась пальцем лба. Наш условный знак!

Я кивком поблагодарила за предупреждение и скомкано попрощалась.

Всю дорогу во Фриско я раздумывала, что бы это значило. Хотела бы я знать, кого Лиззи подразумевала под «близким»? Дэнни, Дариана, Рэддока? Или, быть может, тетушек? Родню – за исключением уже упомянутых кузенов – я близкими не считала, но у дара Лиззи могло быть свое мнение на этот счет. Быть может, близкие – это попросту те, кто живет рядом? Как знать.

Одно ясно, советом пифии пренебрегать не стоит, даже такой слабенькой, как Лиззи.

За размышлениями я почти не заметила, как такси въехало во Фриско и медленно поползло по крутым городским холмам. Очнулась, когда водитель отчаянно засигналил и заорал, махая руками:

– Зенки протри, совсем ослеп, что ли?! Коз-з-зел!.. Простите, мисс.

Я хмыкнула. Не самое крепкое выражение из слышанных мной…

Напарник предавался пороку, то есть пил в одиночестве.

– Дэнни, – я укоризненно покачала головой и присела напротив пьяного в хлам кузена. – Это еще что за новости?

– Имею право, – Дэнни дернул щекой и посмотрел на меня злым и поразительно трезвым взглядом. На столе перед ним стояла почти опустошенная бутылка коньяка, а у драгоценного моего напарника даже язык не заплетался! – Слушай, Лили, почему все красивые бабы такие с…

Я вздохнула. Пожалуй, насчет «трезвого» я поторопилась: налицо тяжелый приступ откровенности вкупе с осложнениями после любовной горячки. Лекарства от этой болезни пока не придумали. А жаль, ведь существуй отворотное зелье не только в сказках, его производители бы в золоте купались!

– Ты у меня спрашиваешь? – осведомилась я кротко.

– Угу, – чуть заторможено кивнул Дэнни и посмотрел так, словно всерьез ожидал открытия некой тайны.

– Мне-то откуда знать? Я на красавицу не тяну.

– Вот всегда так, – насупился Дэнни. На его вытянутую физиономию с оттопыренной нижней губой смотреть без смеха было трудно. – Кстати, ты слышала? Поговаривают, что выпивку скоро запретят.

Немного подумав, я решила пользоваться моментом, пока за глоточек горячительного еще не бросают в тюрьму. Раздобыв в буфете чистый бокал, плеснула себе немного коньяка.

– Недурственно, – одобрила я, сделав глоток. – Так вот зачем тебе нужен был подземный ход и друг гангстер! Боишься лишиться запасов?

Дэнни непонимающе хлопнул ресницами, затем ухмыльнулся:

– Ну так! Кстати, а ты тут какими судьбами? Ты же вроде укатила на уик-энд к Лиззи Райли.